Я художник. И у меня есть собственный приём: когда картина становится слишком «сюжетной» — просятся люди, ссоры, история «до» и «после» — я сливаю повествовательность в текст. Так картина остаётся картиной, а текст накапливается.
Начиналось всё со статей о своих работах, потом пошли рассказы, а накопилось на повесть — «Синтетическая история», первая часть уже опубликована.
Честно предупреждаю: визуальности в тексте много. Мир строится через детали, свет и паузы между действиями — будто читаешь картину. Знакомый так и сказал: «Ваш текст, Роман, написан глазами живописца, это видно, и это плюс». А дальше произнёс какую-то ахинею, которая мне не понравилась, — я его реплику сократил.
Да, о чём это я. Читайте: [https://author.today/work/548752]
Действие происходит в далёком будущем, где люди и машины сосуществуют давно и привычно. В центре повествования — не люди, а машины: роботы торгуют, спорят, ремонтируют друг друга и ведут себя как живые. Человеческое присутствие в этой истории ощутимо, но остаётся на периферии — как фон, на котором разворачивается история машин.
Завязка проста: андроид, лишённый прошлого, приходит на остановку с рекламой марсианских круизов, которую не меняли сто лет. Рядом с ним — маленький дроид, который хранит память о том, что сам андроид не помнит. Один ничего не помнит, другой помнит слишком многое — и в этом разрыве начинается история.
В повести есть тайна: седьмая ячейка, о содержимом которой читатель узнает только в конце. Первая часть — это путь к ней: восемнадцать глав, ремонтов и разговоров, которые поначалу кажутся бытовыми, но каждая деталь в них работает на финал.