-- : --
Зарегистрировано — 131 509Зрителей: 73 425
Авторов: 58 084
On-line — 45 905Зрителей: 9266
Авторов: 36639
Загружено работ — 2 255 817
«Неизвестный Гений»
Блог пользователя olegirussian
Блоги / Блог пользователя olegirussian
Главное было понять, какой должна быть книга, чтобы интересно читалась. Простой разговорный язык, минимум таблиц и формул. Побольше живых историй, шуток и анекдотов.
Вот, смотрите. Есть такое понятие – аэрозоли. Можно долго объяснять, что это такое. А можно просто рассказать историю, как я сделал в своей книге:
«В бытность студентом физтеха Уральского политехнического института я работал над дипломным проектом. По теме, связанной с получением пористого бериллия. Бериллий — металл удивительный, почти в два раза легче алюминия. А пористый бериллий даже в воде не тонет. В общем, космические корабли и всё такое.
Одна с ним беда: очень токсичен, в десятки раз опаснее ртути. Но в молодости о таких вещах не сильно задумываешься. Куски бериллия мы раскалывали молотком прямо на полу, и рядом частенько стоял заведующий лабораторией — значит, не так уж и опасно.
В тот памятный день я заканчивал спекать бериллиевую таблетку. Пористый металл при нагревании на воздухе легко окисляется, поэтому спекание проводят в герметичной камере, в атмосфере благородного газа — аргона.
И тут на пороге возникли посетители — физтеховское руководство. Поинтересоваться: а чо это вы тут делаете?
— Саша, таблеточку нам покажи, — обратился ко мне шеф-завлаб.
— Как раз поспела, — отвечаю.
Достаю таблетку, а она сверху беленькая, а не тёмно-серая, как положено. Окислилась, не доглядел. Как назло! В науке это называется визит-эффект.
Машинально, товар лицом показать, сдуваю эту самую белую пыльцу с таблетки. А дальше… вы фильмы с Джеки Чаном смотрели? Так вот, Джеки отдыхает. Каким образом пятеро профессоров-доцентов-кандидатов проскочило через неширокую дверь одновременно — разглядеть не успел: завлаб выдернул меня из комнаты за шиворот.
— А чо такого-то? Я этого бериллия столько измолотил в мелкие дребезги!
— Совсем сырой, — буркнул шеф.
И объяснил, что обычная пыль — да, малоопасна. Грубые частицы, крупнее пяти микрон, при носовом дыхании в лёгкие не проникают, осаждаясь в носоглотке.
Но, оказывается, существуют микроскопические частицы, которые как раз и называются — аэрозоли. Размеры их обычно в пределах 0,1–0,2 мкм. Мельче частиц обычной пыли, но крупнее молекул газов. Причём поверхность аэрозольных частиц всегда электрически заряжена. Одноимённый заряд не позволяет частицам слипаться между собой, и потому в атмосферном воздухе они долго не оседают, образуя устойчивую систему.
Аэрозольные системы часто встречаются в природе. Помимо ультрадисперсной пыли к аэрозолям относится дым — когда твёрдые частицы образуются в результате горения, возгонки или конденсации паров, — и туман, то есть аэрозоли с жидкими частицами.
И тот белый налёт на поверхности злополучной бериллиевой таблетки состоял как раз из частиц аэрозольных размеров.
Но почему аэрозоли считают более опасными, чем пыль и даже газы?..»
Или вот ещё, такое понятие – синергия, синергизм. Сложные объяснения сверхсуммарного эффекта лучше заменить коротким анекдотом:
— Алё, скорая помощь? Наш ребёнок играл во дворе, наелся песка. Мы напоили его водой. Что ещё можно сделать до вашего приезда?
— Не подпускайте его к цементу.
Просмотров: 197 Комментариев: 0 Перейти к комментариям
Вот, смотрите. Есть такое понятие – аэрозоли. Можно долго объяснять, что это такое. А можно просто рассказать историю, как я сделал в своей книге:
«В бытность студентом физтеха Уральского политехнического института я работал над дипломным проектом. По теме, связанной с получением пористого бериллия. Бериллий — металл удивительный, почти в два раза легче алюминия. А пористый бериллий даже в воде не тонет. В общем, космические корабли и всё такое.
Одна с ним беда: очень токсичен, в десятки раз опаснее ртути. Но в молодости о таких вещах не сильно задумываешься. Куски бериллия мы раскалывали молотком прямо на полу, и рядом частенько стоял заведующий лабораторией — значит, не так уж и опасно.
В тот памятный день я заканчивал спекать бериллиевую таблетку. Пористый металл при нагревании на воздухе легко окисляется, поэтому спекание проводят в герметичной камере, в атмосфере благородного газа — аргона.
И тут на пороге возникли посетители — физтеховское руководство. Поинтересоваться: а чо это вы тут делаете?
— Саша, таблеточку нам покажи, — обратился ко мне шеф-завлаб.
— Как раз поспела, — отвечаю.
Достаю таблетку, а она сверху беленькая, а не тёмно-серая, как положено. Окислилась, не доглядел. Как назло! В науке это называется визит-эффект.
Машинально, товар лицом показать, сдуваю эту самую белую пыльцу с таблетки. А дальше… вы фильмы с Джеки Чаном смотрели? Так вот, Джеки отдыхает. Каким образом пятеро профессоров-доцентов-кандидатов проскочило через неширокую дверь одновременно — разглядеть не успел: завлаб выдернул меня из комнаты за шиворот.
— А чо такого-то? Я этого бериллия столько измолотил в мелкие дребезги!
— Совсем сырой, — буркнул шеф.
И объяснил, что обычная пыль — да, малоопасна. Грубые частицы, крупнее пяти микрон, при носовом дыхании в лёгкие не проникают, осаждаясь в носоглотке.
Но, оказывается, существуют микроскопические частицы, которые как раз и называются — аэрозоли. Размеры их обычно в пределах 0,1–0,2 мкм. Мельче частиц обычной пыли, но крупнее молекул газов. Причём поверхность аэрозольных частиц всегда электрически заряжена. Одноимённый заряд не позволяет частицам слипаться между собой, и потому в атмосферном воздухе они долго не оседают, образуя устойчивую систему.
Аэрозольные системы часто встречаются в природе. Помимо ультрадисперсной пыли к аэрозолям относится дым — когда твёрдые частицы образуются в результате горения, возгонки или конденсации паров, — и туман, то есть аэрозоли с жидкими частицами.
И тот белый налёт на поверхности злополучной бериллиевой таблетки состоял как раз из частиц аэрозольных размеров.
Но почему аэрозоли считают более опасными, чем пыль и даже газы?..»
Или вот ещё, такое понятие – синергия, синергизм. Сложные объяснения сверхсуммарного эффекта лучше заменить коротким анекдотом:
— Алё, скорая помощь? Наш ребёнок играл во дворе, наелся песка. Мы напоили его водой. Что ещё можно сделать до вашего приезда?
— Не подпускайте его к цементу.
И ещё я искал особую форму подачи материала. И тут повезло – попалась на глаза книжка, написанная в форме разоблачения мифов. ОНО САМОЕ! Чем хороша эта форма? Она разрушает привычные представления, а это всегда вызывает интерес. Смотри-ка ты! Все считают вот так, а на самом-то деле – вон оно что. И ещё разоблачение мифов позволяет рассказать историю, а это оживляет любой текст, ведь интересная история проникает в сердце.
Я понял, что нашёл нужные ключики. И стал было набрасывать план будущей книги. И,,, и ничего у меня не получилось. Не умещались материалы в одну книгу. Получалось, что нужна серия – как минимум пять книжек. Страшное дело. А, ладно! Глаза боятся – руки делают. Название серии родилось само собой: «Занимательная экология без завирательной мифологии».
Впрочем, лучше один раз увидеть – вот что из этого потом получилось: первые издания книжечек серии «Занимательная экология без завирательной мифологии».
Писал я авторучкой, компьютером не владея. Осваивать комп я начал, когда мне стукнуло шестьдесят. У меня даже стола своего не было. Жили в однокомнатной квартире, и письменный стол я отдал сыну-школьнику. А сам клал на диван фанерку, поверх неё – бумажный лист, садился на пол – так и появились рукописи первых пяти книг.
Просмотров: 197 Комментариев: 0 Перейти к комментариям
Я понял, что нашёл нужные ключики. И стал было набрасывать план будущей книги. И,,, и ничего у меня не получилось. Не умещались материалы в одну книгу. Получалось, что нужна серия – как минимум пять книжек. Страшное дело. А, ладно! Глаза боятся – руки делают. Название серии родилось само собой: «Занимательная экология без завирательной мифологии».
Впрочем, лучше один раз увидеть – вот что из этого потом получилось: первые издания книжечек серии «Занимательная экология без завирательной мифологии».
Писал я авторучкой, компьютером не владея. Осваивать комп я начал, когда мне стукнуло шестьдесят. У меня даже стола своего не было. Жили в однокомнатной квартире, и письменный стол я отдал сыну-школьнику. А сам клал на диван фанерку, поверх неё – бумажный лист, садился на пол – так и появились рукописи первых пяти книг.
Писательство моё начиналось с научно-популярных книг, без них не пришёл бы я к художественной литературе. Не родил бы ни одной книги фикшн, как сейчас выражаются. Но сперва – небольшая предыстория.
После института я устроился на Уральский электрохимический комбинат – крупнейший в мире завод по обогащению урана. Три года поработал в основном цехе, потом перешёл в инженеры-исследователи лаборатории охраны окружающей среды. А когда на комбинате мне стало скучновато – уволился и поступил в Институт повышения квалификации атомщиков, здесь же, в Новоуральске. Там преподавал охрану окружающей среды и радиационную безопасность. Эти же темы я давал и студентам-вечерникам Новоуральского технологического института (сегодня это филиал МИФИ).
И столкнулся я вот с какой проблемой. Давать слушателям весь материал с нуля – не хватало времени. А учебники в то время – это был образец того, как не надо писать: толстые, унылые, много формул и таблиц. Воды много. И я понял, что надо написать свою книжку, особенно по экологии. Чтобы студенты и слушатели читали её самостоятельно, а сложные вопросы мы разбирали бы на лекциях.
Материала к тому времени у меня было полно. Плюс практический опыт. И были образцы прекрасных книг. В первую очередь – любимые с детства научно-популярные книги Якова Перельмана.
Идею своей книги – сходу назвал её «Занимательной экологией» – я вынашивал года два – три. Не спешил. Знаете, как жили древние греки? Историки выяснили, что у эллинов не было понятия времени в современном смысле: надо успеть, план и т.п. Они снаряжали корабли, плыли куда-то, открывали новые острова, высаживались там. Если нравилось – могли жить годами. Потом плыли дальше; соскучились по родным Афинам возвращались. Вот и я так же готовился, никто не подгонял.
Просмотров: 204 Комментариев: 0 Перейти к комментариям
После института я устроился на Уральский электрохимический комбинат – крупнейший в мире завод по обогащению урана. Три года поработал в основном цехе, потом перешёл в инженеры-исследователи лаборатории охраны окружающей среды. А когда на комбинате мне стало скучновато – уволился и поступил в Институт повышения квалификации атомщиков, здесь же, в Новоуральске. Там преподавал охрану окружающей среды и радиационную безопасность. Эти же темы я давал и студентам-вечерникам Новоуральского технологического института (сегодня это филиал МИФИ).
И столкнулся я вот с какой проблемой. Давать слушателям весь материал с нуля – не хватало времени. А учебники в то время – это был образец того, как не надо писать: толстые, унылые, много формул и таблиц. Воды много. И я понял, что надо написать свою книжку, особенно по экологии. Чтобы студенты и слушатели читали её самостоятельно, а сложные вопросы мы разбирали бы на лекциях.
Материала к тому времени у меня было полно. Плюс практический опыт. И были образцы прекрасных книг. В первую очередь – любимые с детства научно-популярные книги Якова Перельмана.
Идею своей книги – сходу назвал её «Занимательной экологией» – я вынашивал года два – три. Не спешил. Знаете, как жили древние греки? Историки выяснили, что у эллинов не было понятия времени в современном смысле: надо успеть, план и т.п. Они снаряжали корабли, плыли куда-то, открывали новые острова, высаживались там. Если нравилось – могли жить годами. Потом плыли дальше; соскучились по родным Афинам возвращались. Вот и я так же готовился, никто не подгонял.
Самое важное назревает в детстве. Как пел Высоцкий: «Значит, нужные книги ты в детстве читал!». У меня тоже началось с любви к книгам. В школе, потом в техникуме – зачитывался Стругацкими, журнал «Искатель» очень нравился, научно-популярные книги – Яков Перельман «Занимательная физика», «Занимательная математика».
Проблема была с деньгами. 1960-е – это вечное желание покушать. Стипендия в техникуме – 22 рубля в месяц. На нынешние деньги это где-то 4 - 5 тысяч рублей. Чего только не придумывали, чтобы утолить чувство голода. Поделюсь секретом – дешевле всего обходились кукурузные палочки. Питаясь исключительно кусочками этой высушенной пены, можно было протянуть неделю до стипендии.
Покушать – ладно, но ведь хотелось и почитать. Голод ещё похлеще – когда денег не хватает на книги. Что в советское время книги были дешёвые, а нынче стали дорогие – недоразумение или плохая память. Хороших книг в открытой продаже не было – дефицит. Сейчас всё проще: были бы деньги – купить можно почти всё. А тогда за читабельными книгами приходилось охотиться. Проще всего их было приобрести – но уже по рыночным ценам – на чёрном рынке. Знаменитая ж/д станция Шувакиш – полчаса электричкой на север от Свердловска.
Цены, это уже в 1980-е, были такие: однотомник Михаила Булгакова, включающий «Мастера и Маргариту» – 80 рублей. На нынешние деньги (умножаем на 200) получается около 16000 рублей. Двухтомник Пикуля «Слово и дело» – 150 рублей (нынешние 30000 рублей).
Многие из купленных в то время книг до сих пор в моей библиотеке, и потраченных в своё время денег не жалко: не прочитай я этих авторов –не было бы и моих собственных книг. А насчёт про сегодня – верно сказано: если ничего не покупать, то цены у нас нормальные.
К настоящим, бумажным книгам у меня отношение особое. Время от времени мне снится сон. Будто приехал в город, из тех, что мне по сердцу: то ли это Обнинск, то ли Озёрск, что в Челябинской области. И вот иду по улице и замечаю впереди какие-то деревянные прилавки, где торгуют книгами. И чувствую, нет, я точно знаю, что встречу там Книгу – ту самую, что полюбил с детства, которую долго искал, которая для меня дороже золота, которая сделает меня счастливым – и сейчас, вот сейчас она станет моей... И тут всякий раз просыпаюсь. Это ощущение я попытался выразить в своём первом романе; правда, при очередной редакции эту главу («Счастье») пришлось удалить.
Уверяю вас – если среди моих читателей есть собратья/сосёстры по перу, и вы хотите написать настоящую книгу – придётся закачать в себя сотни книг, причём не абы каких. Лучше всего это сделать до 16 лет. Иначе придётся навёрстывать, а это труднее.
Просмотров: 223 Комментариев: 0 Перейти к комментариям
Проблема была с деньгами. 1960-е – это вечное желание покушать. Стипендия в техникуме – 22 рубля в месяц. На нынешние деньги это где-то 4 - 5 тысяч рублей. Чего только не придумывали, чтобы утолить чувство голода. Поделюсь секретом – дешевле всего обходились кукурузные палочки. Питаясь исключительно кусочками этой высушенной пены, можно было протянуть неделю до стипендии.
Покушать – ладно, но ведь хотелось и почитать. Голод ещё похлеще – когда денег не хватает на книги. Что в советское время книги были дешёвые, а нынче стали дорогие – недоразумение или плохая память. Хороших книг в открытой продаже не было – дефицит. Сейчас всё проще: были бы деньги – купить можно почти всё. А тогда за читабельными книгами приходилось охотиться. Проще всего их было приобрести – но уже по рыночным ценам – на чёрном рынке. Знаменитая ж/д станция Шувакиш – полчаса электричкой на север от Свердловска.
Цены, это уже в 1980-е, были такие: однотомник Михаила Булгакова, включающий «Мастера и Маргариту» – 80 рублей. На нынешние деньги (умножаем на 200) получается около 16000 рублей. Двухтомник Пикуля «Слово и дело» – 150 рублей (нынешние 30000 рублей).
Многие из купленных в то время книг до сих пор в моей библиотеке, и потраченных в своё время денег не жалко: не прочитай я этих авторов –не было бы и моих собственных книг. А насчёт про сегодня – верно сказано: если ничего не покупать, то цены у нас нормальные.
К настоящим, бумажным книгам у меня отношение особое. Время от времени мне снится сон. Будто приехал в город, из тех, что мне по сердцу: то ли это Обнинск, то ли Озёрск, что в Челябинской области. И вот иду по улице и замечаю впереди какие-то деревянные прилавки, где торгуют книгами. И чувствую, нет, я точно знаю, что встречу там Книгу – ту самую, что полюбил с детства, которую долго искал, которая для меня дороже золота, которая сделает меня счастливым – и сейчас, вот сейчас она станет моей... И тут всякий раз просыпаюсь. Это ощущение я попытался выразить в своём первом романе; правда, при очередной редакции эту главу («Счастье») пришлось удалить.
Уверяю вас – если среди моих читателей есть собратья/сосёстры по перу, и вы хотите написать настоящую книгу – придётся закачать в себя сотни книг, причём не абы каких. Лучше всего это сделать до 16 лет. Иначе придётся навёрстывать, а это труднее.
Трибуна сайта
Наш рупор





