Наивная фантастика. Рассказы "Зыбучий песок", "Храм", "Автоответчик", "Не усомнись!.."

Зыбучий песок

Фантастический рассказ

Глава 1. В песках

Пустыня. Июльская жара.
Огромное белое солнце безжалостно выжгло почти всё живое на многие сотни километров вокруг. Скоро оно уйдёт за горизонт, чтобы в пески хоть на несколько часов вернулась жизнь.
Между немыми барханами, по едва заметной доро-ге движется автобус. Маленький, видавший виды, но «жи-вой» в огромной, вечной и «мёртвой» пустыне. Корпус ав-томобиля на поворотах раскачивается из стороны в сторо-ну, мотор работает на пределе.
На пределе и трое пассажиров автобуса. Вернее двое пассажиров и шофёр. Одежда у пассажиров казённая, в руках по пистолету. Потные насквозь майки и робы ви-сят мешками. Грязные лица, обветренные губы. В глазах усталость и злость, злость и усталость. Второй день без еды, не считая шофёрского обеда, сутки без воды.
Шофёр - низкорослый, узкоглазый человечек, не по своей воле везёт этих пассажиров по этой дороге. Один глаз совсем заплыл, под носом засохла размазанная кровь. Он пытался сопротивляться, но куда там... И зачем только он остановился и посадил этих двух попутчиков?
Все трое молчат. Молчат уже который час, с тех пор, как свернули на эту дорогу. Лишь рёв мотора заглу-шает молчание. За окнами ни души, ни травинки. Кругом мёртвый, раскалённый песок.
Того пассажира, что покрупнее, зовут Кифа. То ли имя, то ли кличка - не поймёшь. Он сидит позади шофёра. Его огромное тело раскачивается в такт машине. Кажется, что это он раскачивает автобус, а не наоборот, и что именно его громадный вес не даёт машине двигаться бы-стрее.

Второй пассажир выглядит куда скромнее: костля-вое тело, слабые руки, худое лицо, лысый череп, высокий лоб и хитрые глаза. Он - противоположность первого, ум-нее его и, значит, он здесь главный. Зовут его Иннокентий Рюрикович. Кличка: «Кеша-князь».
Первым нарушил молчание Кифа:
- Ну что, устал, папаша? - издевательским тоном, ни с того - ни с сего, спросил он шофёра и ткнул в его спину дуло пистолета.
Шофёр сначала хотел было сказать «Да», но почув-ствовав спиною железку, сразу замотал головой «Нет».
- Ага! Я так и думал, что ты вынослив, как трактор. А, Хаджи-Мурат? - сотрясая автобус, ехидно загоготал Кифа, смеясь над своей шуткой.
«Князь» на это лишь косо ухмыльнулся. Он пони-мал, что шутить и смеяться они будут потом, а сейчас...
- Меня зовут Саид! - еле слышно, обиженно про-пищал шофёр.
Кифа смолк. Ему вдруг показалось, что шофёр, ос-меливаясь открыть рот, слишком дерзок. Ну ничего! Там, откуда ушёл Кифа, и не такие обламывались. Лицо громи-лы перекосила злоба.
- Заткни хлебало и молись, сволочь! - злобно выда-вил он сквозь зубы и приставил дуло пистолета к виску шофёра.
Шофёр мысленно простился с миром. Но «Князь» вовремя остановил своего кореша:
- Брось, Кифа, не время, - сказал он. - Он и так в штаны насрал, а ты хочешь, чтоб и в салоне воняло. Включи-ка лучше приёмник, а то на нашей дискотеке что-то совсем скучно стало.
«Князь» посмотрел в окно, в даль.
- Так я же шучу, «Князь», - обмякнул гигант.
Он убрал пистолет и стал шарить за пазухой. В это время «Князь» обратился к шофёру:
- А ты мне скажи, Саид, где же твой колодец? Уж очень пить хочется! Понимаешь? Пи-ить, - «Князь» про-дублировал свои слова жестами.
- Моя понимать... Скоро, скоро... Совсем мало ос-талось, - перепугано пропищал шофёр.
Тем временем, «шутник» Кифа включил приёмник, который заранее был настроен на какую-то одну волну. Из динамика послышался невозмутимый голос дикторши, прерываемый треском радиопомех: «...хррродолжается поиск двух преступников, совершивших побег из ...хрринской тюрьмы. Преступники вооружены и очень опасны. По сообщениям хрр..., среди охраны есть убитые. Всем, кто хрр...» Динамик захрипел. Кифа потряс приём-ник и постукал им по коленке, но хрип продолжался.
- Это про нас, - ухмыльнулся он.
Приёмник заработал: «хрр... о погоде. На севере области... - голос вдруг прервался, затем зазвучал вновь. - Извините, только что принесли новую сводку... Сильный циклон с грозовыми дождями и сильным ветром хрр... се-кунду достиг северной границы области и движется на юг. По расчетам метеорологов подобный хрр... был зафикси-рован в этих краях восемьдесят три года назад. Летом хрр... года смерч, названный впоследствии «Рог дьявола» унёс жизни нескольких тысяч людей. Следите за хрр...» Приёмник захрипел снова, и Кифа нервно его выключил.
- А мы где? На юге или на севере? - озабоченно спросил он «Князя».
- На севере! - поглядывая в окна, безрадостно отве-тил тот.
Все замолчали. В салоне стало тихо. А за окном усиливался ветер. Стёкла стало забрасывать горстями пес-ка. Шум ветра стал громче, чем рёв мотора.
Неожиданно солнце стало красным, а затем бордо-вым. Стало темно, и шофёр включил фары.
- Это ещё что? - взорвался Кифа.
- Это, Кифа, хана! - нервно ответил «Князь». - Это «Рог дьявола», смотри!.. - «Князь» указал пистолетом че-рез стекло на что-то необычное вдали.
Ах, как он был красив, этот смерч, издалека! Тон-кая снизу, широкая вверху рыжеватая воронка уходила в чёрное небо и собою напоминала фужер красного вина. Дотянуться бы до него и выпить залпом!
- А-а-а! - испуганно закричал шофёр, увидев смерч.
Он затрясся в ужасе и бросил руль и педали. Авто-бус резко дернулся и тут же остановился. Мотор заглох. Кифа едва успел схватить шофёра за шиворот, когда тот собирался выпрыгнуть из дверей. Словно игрушку, вели-кан перетащил его в салон и бросил на пол.
- Заткнись, сука! - выдавил он сквозь зубы, раз-брызгивая свои слюни. Он угрожающе наставил на него пистолет. - Это ты нас сюда завёз, гад! Где твой колодец? Говори!..
Кифа схватил шофёра за грудки, шутя приподнял его над полом и мощно смазал ему в челюсть кулаком. Маленький человечек, словно мячик, отлетел к задним си-деньям.
- А-а-а! - не унимался он, размазывая по лицу кровь.
Он чуял приближение смерти. Зачем он посадил двух попутчиков? Зачем заехал так далеко? Зачем?.. Рас-плачивайся!
- Моя давно потерял дорогу. Моя не знает где я. Моя не знает куда ехать. А-а-а!.. - последнее, что произнёс этот человечек в своё оправдание.
Выстрел закрыл ему рот и глаза одновременно. Стрелял «Князь». Кифа уставился на него.
- Так будет лучше... для него, - пояснил «Князь». - Он умер мгновенно. Нам же придётся немного помучить-ся. - «Князь» коротко дунул в дуло пистолету и отбросил его в сторону. - Теперь он не пригодится, - добавил он.
- Как же это? Что же это?.. - затрясся Кифа.
Голос его стал таким же мягким, как и его ноги.
И вдруг беглецы почувствовали, что передние ко-лёса автобуса глубоко провалились в песок, и салон резко наклонился вперёд.
Солнце совсем «погасло», и в салоне стало темно. Тем временем автобус закачался из стороны в сторону, словно качели, и стал проваливаться в песок всё глубже и глубже.


Зыбучие пески здесь были большой редкостью. Их даже на карте никогда не отмечали. Но машину засасыва-ло именно в зыбучие пески. Этого беглые зеки, конечно же, не знали и знать не могли.
«Князь» сел на своё место, в бессилии обхватил го-лову руками и, молча, закрыл глаза. Кифа, напротив, стал метаться по салону, как слон в гигантской слоноловке, пытаясь как-нибудь и чем-нибудь приоткрыть «распро-клятые» двери. Но двери, хоть и гнулись от его ударов, но не поддавались, - их давно уж заклинило песком снаружи.

Сколько стараний и сил зеки отдали побегу. И всё для того, чтобы сдохнуть здесь, в железном гробу на колё-сах посреди пустыни.
Говорят, что перед смертью человек вспоминает своё прошлое. Каждому из них наверняка было что вспомнить.
И только тогда, когда под напором песка лопнули оконные стёкла, и песок полился в салон, оба зека закри-чали. Они не слышали друг друга. Они не слышали сами себя. Они не видели и не могли видеть, как сверху над ними выплясывал свой смертельный танец смерч. Этот «Рог дьявола», этот фужер с отравленным напитком, ко-торый сама Смерть поставила на нужное ей место.
А когда крыша автобуса скрылась под колышущи-мися песками, в это место ударила молния.
Говорят двум смертям не бывать - враньё! Здесь встретились сразу три смерти.
Дождя так и не было…

Глава 2. В гостинице

В жаркий полдень на улице провинциального горо-да К. появились два незнакомца. Они подъехали к гости-нице на шикарном белом лимузине. Первым из машины вышел здоровяк. Он торопливо открыл дверь лимузина со стороны тротуара и помог выйти другому, худому мужчи-не.
Если б кто-нибудь обратил на них внимание, то обязательно заметил бы, что одежда у обоих пассажиров совершенно одинаковая: что на одном, то и на другом. Конечно, безупречная, но одинаковая.
Они были, словно братья-близнецы, только в раз-ных весовых категориях. Белые носочки, чёрные модные лакированные туфли, сверхдорогие чёрно-бархатные кос-тюмы-смокинги от кутюра, эксклюзивные белоснежные рубашки, накрахмаленные воротнички. Ко всему прочему прибавлялись сверкающие на солнце золотые запонки и пуговицы, галстук-бабочка из золотой парчи. На головах у каждого по сверхмодной шляпе. На глазах – тёмные су-пермодные очки, опять же в золотой оправе.
Выйдя из лимузина, худой мужчина элегантно и наигранно снял очки и проморгался, затем, подозрительно осматриваясь вокруг, достал из нагрудного кармана пла-точек и неторопливо протёр им стёкла. Вслед за этим вер-нул очки и платок на прежние места, взял из машины ма-ленький кейс и зашагал к дверям гостиницы. Его крупный товарищ повторил все движения своего дружка, тоже взял кейс (точная копия первого, но гораздо крупнее) и поспе-шил вслед за ним в гостиницу.
Кто они были? Папаша с сынком? Бизнесмен с те-лохранителем? Или же просто приятели, - этого никто не знал.
Их встретил администратор гостиницы, который зачем-то стоял у открытых дверей, вместо швейцара. Про-хожих на улице не было, - все они отдыхали на пляже.
Администратор сразу же заинтересовался ими. Ещё бы! Получив чаевых больше, чем составляла его зарплата, он забыл обо всём на свете и, широко улыбаясь, впри-прыжку побежал прислуживать новым щедрым жильцам, показывать им самые лучшие комнаты.
Комнаты оказались смежные, как и заказывали, с хорошим видом из окон. Со слов администратора - лучше не найти. Правда, шиком не блистали. В обеих комнатах стояли широкие кровати и столы; на столах стояли венти-ляторы и валялись журналы, конечно, не новые. В общем, комнаты-близняшки, как и одежда их новых постояльцев.
После ухода назойливого администратора оба жильца разошлись по комнатам. Они синхронно положили свои кейсы на столы и во всей одежде разом упали в свои кровати.
- Вещь! - с наслаждением произнёс Кифа.
- Красота! - умилённо вторил ему «Князь».
Здесь, в этом городе, они наконец-то расслабились. А там, откуда они приехали, их давно уж искала полиция. Вернее не их конкретно, а тех грабителей, которые нагло и умело грабили банки. Причём, грабили средь бела дня, и, что самое интересное, не оставляли ни следов, ни отпе-чатков.
Свидетелей было множество. Но всякий раз они не-сли какую-то несусветную чушь о необычном или даже сверхъестественном явлении, после которого из банков исчезали и золото и драгоценности, все без остатка. Сви-детели так и не смогли дать внятные и полные ответы на вопросы полиции. И получалось, что самих грабителей так никто и не видел, да и не могли видеть, потому что...
Здесь автор остановится и начнёт повествование по порядку с того самого дня, когда был ограблен первый банк.

Глава 3. Супервор

Обычный субботний полдень.
Немногочисленная пёстрая очередь клиентов банка двигалась как всегда медленно, по-черепашьи. Люди нервничали, они устали стоять, а оператор, тучная и, по всей видимости, вредная женщина, наверное, назло им вя-ло, неохотно, но спокойно отсчитывала сдачу с каждой крупной купюры непременно мелкими монетами. Она да-же вспотела немного: капли пота выкатывались из-под во-лос, стекали с висков, огибали щёки и растворялись в складках на шее. Кондиционер в банке не работал кото-рый уж день...
Дверь в банк немного приоткрылась, и с улицы не-заметно подул свежий ветерок. Этот сквознячок пришёлся всем как нельзя кстати. Поначалу.
Вдруг ветер стал сильнее; враз захлопнулись все форточки, и в зал влетел ураган. В одно мгновение поток воздуха стал настолько сильным, что разметал все бумаги и документы, перевернул столы и стулья и, буквально, сбил всех людей с ног.



Ошарашенные этим явлением, клиенты, банковские работники и охранники разом повалились на пол. Их без-успешные попытки подняться тут же оборачивались но-выми и более серьёзными падениями.
Вдруг непонятно откуда взялся речной песок. Мел-кие песчинки стали безжалостно бомбардировать откры-тую кожу рук и ног, заставляя людей закрывать глаза и лица. Кто-то в суматохе попытался кричать, но коварный песок тут же набился ему в рот.
Несчастные люди в самых нелепых позах загора-живались от песка, кто как мог. Те, кто всё же смогли приоткрыть глаза, заметили, что ветер дул не с улицы, - дверь была закрыта. Ветер вообще дул ниоткуда и никуда.
Песок кружил на месте, вырисовывая собой некое подобие конуса, вершиной вниз. Это был самый настоя-щий смерч, только несравнимо маленький, комнатный. Пупсик, по сравнению со степным великаном.
В это время за окнами банка, на улице, всё было тихо и спокойно - ни ветерка, ни пылинки. Никто из про-хожих знать не знал и даже и не подумал, что в банке про-исходит что-то неладное.
Так продолжалось минут пять, не больше. Затем, весь этот кошмар прекратился так же быстро, как и начал-ся. Ветер и песок исчезли, будто их и не было вовсе.

Пострадавшие люди опомнились не сразу. Первым, вернее первой, кто подал признаки жизни, была женщина-оператор. Она, сидя на полу в углу своего отсека, громко завопила басом. От чего и другие женщины пришли в движение. Кто закричал, кто заплакал...
Охранники бросились к дверям. Там никого! Нако-нец-то догадались позвонить в полицию. И только сейчас в окна и в дверь банка стали заглядывать, встревоженные криками, любопытные прохожие.
А спустя несколько минут, все, наконец, услышали вой полицейской сирены.
Ни охранники, ни работники банка, пока ещё никто не знал, что из сейфов и хранилищ банка исчезло всё зо-лото и драгоценные камни. Все золотые слитки и камеш-ки, до последней крупицы! Бумажные деньги, коих в этот день было немного, как ни странно остались в целости и сохранности. И самое главное: все пломбы на замках ока-зались на месте, как будто сейфы и не открывались вовсе.
Интересно было и то, что приехавшие на место де-тективы не обнаружили ни крупинки, ни песчинки того самого злополучного песка, о котором хором твердили свидетели. «Такого не может быть! Нет ни одной улики, ни одного подтверждения показаний. Это похоже на сго-вор», - сделали вывод детективы.
Каково же было их удивление, когда через не-сколько часов в другом банке произошло точно такое же ограбление. Да ни в каком-нибудь, а в самом главном, центральном, где хранили золото и драгоценности самые богатые люди города. И опять показания свидетелей сво-дились к тому же злополучному песку.
В результате: городским властям пришлось в сроч-ном порядке отреагировать. И полиция принялась оцеп-лять квартал за кварталом. Все отпускники и заболевшие, кто мог и кто не мог тоже, в приказном порядке мобили-зовались и сразу же бросились на поиски преступников. Что тут началось?!
Мэр города выступил по телевидению и объявил о чрезвычайном положении. Все городские службы, без ис-ключения и буквально, были подняты на ноги.
Подозрительных людей стали задерживать по по-воду и без повода. Искали везде, даже в банях и зоопарке. Весь город вывернули наизнанку, но золота не нашли, оно исчезло, испарилось, будто его никогда и не было.
Как водится, объявили о награде тому, кто укажет местонахождение украденного золота. Целая армия поли-цейских с собаками-ищейками и добровольные помощни-ки сновали туда-сюда. День и ночь выли сирены.
Из Центра в город срочно выехала представитель-ная комиссия (львиная доля похищенного золота была из городского бюджета, а так же принадлежала каким-то олигархам).
Обидно, что никакого золота не нашли, зато с пре-ступностью в городе было покончено в раз. За очень ко-роткий срок отловили и посадили огромное количество наркоманов, хулиганов, насильников, проституток и про-чих... Ведь могут, если захотят!
Шум, поднятый телевидением и газетами, поверг в шок всю область. Назывались такие цифры похищенного золота, что волосы вставали дыбом. Вследствие чего, по городу незаметно поползли слухи о скрытой интервенции, о заговоре-перевороте, о конце света, о колдовстве...
Телефоны городских властей не на миг не смолка-ли, двери кабинетов городских чиновников просто треща-ли от напора, а пороги городской администрации просто пообились от ежечасного наступления многочисленных жертв ограбления - честных труженников-комерсантов. Они, бедалаги, тоже держали в этом банке заработанные деньги в золотом эквиваленте.
Длилась эта абракадабра с месяц. После чего силы властей, а вместе с ними и надежды иссякли, и о золоте стали вспоминать только в прошедшем времени. И только одно осталось вне сомнения: грабитель - суперпрофессио-нал, сделал дело суперчисто.

В то время, когда полиция мерила улицы и копа-лась в мусорных ящиках, два вполне мирных туриста, Ки-фа и «Князь», лежали на пляжном песочке и грелись на солнышке. Они были просто счастливы.
Горячий песок, изумрудное море и ласковое солнце - что может быть лучше? Только удачная кража!
И кто бы мог подумать, кто бы мог представить, что золотистый, искристый на солнышке песок, на кото-ром преспокойно полёживали туристы, и есть то самое украденное золото.

Глава 4. Трансформация

Сейчас, читатель, мы вернёмся на месяц назад, и ты узнаешь, что же произошло на самом деле с нашими ге-роями в песках. Ведь тогда они не погибли, нет, хоть смерть была так близко. Они просто переродились, точ-нее, перевоплотились. Да-да! Можете себе представить, они попали как раз в самый центр, в самое пекло, если можно так выразиться, природного катаклизма.
Что уж там происходило, - об этом можно лишь до-гадываться. Были бы они хоть на миллиметр дальше или ближе от самих себя, их бы сплющило, раздавило, разо-рвало и скрутило бы в пропеллер. Но они находились как раз в самом центре «лабораторной пробирки», и великий экспериментатор-Природа, а может, и сам Бог, сотворил чудо – «вылепил» людей из песка. А материалом для это-го, понятно, послужили беглые зеки.
Их тела так удачно трансформировались, что нико-му б и в голову не пришло, что эти люди - вовсе не люди, а некое подобие зомби. Они, как будто, родились заново; и они, вроде как, «живые», только теперь у них не бьётся сердце, они не дышат и не нуждаются в еде, зато искусно имитируют все движения человеческого организма. Они в огне не горят и в воде... А вот в воде-то, как раз, тонут. Но сами они об своих приобретённых качествах пока не по-дозревают.
Природа наделила их огромной силой и подарила им бессмертие. Но отобрала у них душу... А была ль у них душа?
При этом они, сами того не желая, обрели себе но-вых родителей. Их мамкой стал зыбучий песок, папкой - смерч, а молния была повивальной бабкой.

В тот же вечер после смерча Кифа и «Князь» вы-брались на земную поверхность. Нисколечко не напряга-ясь, они поднялись сквозь толщи песка, словно по верё-вочной лестнице. И чувствовали они себя при этом со-вершенно обычно, даже немного лучше, чем перед «смер-тью».
Ночью, вслед за «Рогом дьявола», они пересекли пустыню, пройдя легко около ста километров, и утром вышли к морю.
Кифа, который первый раз в жизни увидел море, закричал от радости, разбежался и с разбегу прыгнул в во-ду. И как же он удивился, когда вместо того, что бы всплыть, сразу же пошёл ко дну. Вода, как сквозь сито, прошла через его песчаное тело. Недоумевая, Кифа встал на дно и вышел на берег. Он абсолютно не чувствовал со-противления воды!
Об этой новости он рассказал «Князю». Сначала «Князь» удивился. Он попробовал зачерпнуть в ладоши воду, но не тут-то было, - вода просачивалась прямо сквозь кожу. После неудачных опытов, промучась с мину-ту, он махнул на это рукой и тут же об этом забыл, сказав: «Чему быть, того не миновать».
Второе открытие произошло в тот же день. Отдох-нув на берегу, дружки собрались в дальнейший путь. Сде-лав несколько шагов, «Князь» неудачно споткнулся о ка-мень и, падая, в один миг рассыпался на песчинки. При этом он совершенно ясно осознавал, где он и что с ним происходит, словно видел себя со стороны. Через минуту, встав на ноги, он снова превратился в человека, вернее, вновь обрёл человеческие формы. «Князь» снова повторил «опыт» - опять тот же результат.
Подошла очередь Кифе принять участие в «опы-тах». Теперь он нарочно свалился, и с ним произошло то же самое, что и с «Князем». Озадаченные таким обстоя-тельством, кореша стали падать снова и снова...
И после многочисленных тренировок они, наконец, научились рассыпаться почти мгновенно на песчинки и так же скоро собираться обратно. И что интересно: рассы-павшись на песчинки, они научились в таком «интерес-ном» состоянии передвигаться. Сначала вяло, медленно, словно барханы, потом быстро и стремительно, как ура-ган.
Такой способ движения, конечно же, понравился им больше, чем просто ходьба. И самое главное: они, на-конец, сообразили, что они собой представляют, дотумка-ли. И ещё они поняли, что теперь, для воровства, им вовсе не нужны ни оружие, ни отмычки. Да и скрыться для них - теперь сущий пустяк. Ведь песок не оставляет ни следов, ни отпечатков пальцев.

Третье открытие для воров стало особенно радост-ным. Произошло оно уже в городе, в ювелирном магазине.
Два «свежих» песчаных вихря, Кифа и «Князь», добрались до города с ветерком. На окраине они вернули себе человеческое обличие и вошли в город пешком, как и все обычные люди.
Привычка воровать самая приятная для вора, и не мудрено, что наши необычные герои задумали кражу. На подготовку к этому мероприятию не стоило терять время, и воры сразу же вошли в первый попавшийся ювелирный магазин. Каждый из них, по договоренности, заранее знал, что делать: Кифа обезвреживает охрану, «Князь» выбира-ет вещь подороже… Затем оба «линяют».
Закрыв за собой дверь, «Князь» осмотрелся, подо-шёл к витрине и, оценив её содержимое, попросил про-давца дать ему примерить понравившийся перстень-печатку с большим и, верно, дорогим камнем. Охранник, как это бывает, только что вышел покурить на улицу. И продавец, встревоженный отсутствием охраны, с большой неохотой подал перстень клиенту. Клиент не внушал ему доверия.
«Князь» с видом истинного знатока (он им и был) стал рассматривать товар. Перстень и в самом деле ему здорово понравился. Затем, чтоб притупить осторожность продавца, он стал расхваливать перстень и, вместе с тем, критиковать его цену.
Операция началась!
В магазин зашёл Кифа, следом за ним вернулся ох-ранник. Не успел охранник опомниться, как получил тя-жёлым кулаком прямо в нос. Ломая стёкла, он перелетел через витрину и свалился на пол уже без сознания. Оша-рашенный неожиданным нападением продавец от испуга присел и закрыл голову руками... С этого момента магазин полностью оказался в распоряжении воров.
Довольный хорошим началом операции Кифа уже занёс свой кулак, чтобы разбить остальные витрины, но «Князь» вовремя остановил его, потому что он увидел, что к магазину подрулил инкассаторский броневик. Такого поворота событий воры не ожидали. Они подумали, что сработала сигнализация.
А из броневика вышли трое вооружённые караби-нами инкассатора, которые сразу же направились к дверям магазина.
Думать нечего - надо удирать. Раз! И на том месте, где стояли воры, теперь закружили песчаные вихри. Как только инкассаторы приоткрыли двери, вихри устреми-лись на волю. Сбитые с ног потоком песка, инкассаторы схватились за оружие и стали палить по сторонам куда попало. Слава богу, что улица в тот час была безлюдна. Тем временем, вихри удалялись всё дальше и дальше...

Прибывшие на место происшествия полицейские, так и не смогли добиться от продавца и инкассаторов стоящего разъяснения. Охранник вообще ничего не мог вспомнить. В результате: грабителей не поймали, дорогой перстень не нашли и не вернули в магазин.

А Кифа с «Князем» были уже далеко. Они вновь превратились в людей и шли к морю, обсуждая по пути проваленную операцию.
- Нам светиться ни к чему, - с возмущением заме-тил «Князь». Кифа кивком с ним согласился. «Князь» про-должал: - Риск нужно свести к нулю и действовать навер-няка… Да ещё я этот перстень потерял... в суматохе. Раз-зява! - поругал он себя, с сожалением.
- Ну и хрен с ним! - поддержал кореша Кифа, хотя самому было до смерти жалко утраты. - Железка - так се-бе... Ещё добудем.
- Добудем, конечно, но обидно, - продолжал жало-ваться «Князь». - Со мной это в первый раз - потерять та-кую вещь! Но у меня такое чувство, что перстень я и не терял вовсе, он где-то рядом. - «Князь» обшарил карманы, но перстня не нашёл.

Наконец, дружки вышли к морю. Кифа предложил охладиться, на что «Князь» с радостью согласился, и они по привычке стали раздеваться. Как только «Князь» стя-нул с себя майку, Кифа испуганно уставился на его спину.
- Что это у тебя за пятно на спине? - удивлённо спросил Кифа.
- Где? - не понял «Князь».
- Да вот, под лопаткой. - Кифа показал пальцем на спину товарищу.
«Князь», как смог, перегнулся через плечо и по-смотрел на загадочное пятно под лопаткой. Золотистое пятнышко искрилось на солнце и слепило глаза.
- Ну-ка, убери-ка это с меня, - попросил он Кифу.
Кифа своими огромными пальцами принялся те-реть и щипать рёбра своего дружка в том месте, где сияло пятно.
- Потише, горилла, не дрова пилишь, - тут же одёр-нул его «Князь».
Но загадочное пятно не исчезло.
- Дай, я сам! - «Князь» вывернул назад руку и при-коснулся к пятну.

Вдруг «пятно» само спрыгнуло со спины и упало в песок. К великому удивлению, это оказался тот самый перстень, который считался потерянным.
- Выходит, он со мной путешествовал, на спине, значит, - вывел «Князь», задумчиво сдвинув брови и почё-сав свою лысину. - А ну-ка ещё раз попробуем...
Он осторожно положил перстень себе на ладонь, сжал кулак и, упав на берег, превратился в вихрь. Затем он вновь стал человеком и немного постоял, словно боялся разжать кулак. А когда, наконец, разжал, то перстня на нём не оказалось, он опять исчез.
В этот раз золотое пятно нашли на коленке.


- Чёрт, возьми! - с восторгом воскликнул «Князь». - Эта штука не хочет со мной расставаться, - и после ми-нутного колебания добавил: - Может, так лучше.

«Князь» уже догадался, что происходит. Он опять, но уже с видом знатока, прикоснулся к пятну, и из колен-ки выпал всё тот же перстень.
- Нет, лучше так! - радостно сказал он, затем он на-дел перстень на мизинец и стал им любоваться.

А Кифа пошёл «купаться» в море…

В этот день наши герои поняли ещё одну важную вещь: всё, к чему они прикасаются и вместе с чем рассы-паются в песок, тоже рассыпается на крупинки, на пес-чинки и сливается с ними воедино. Для профессиональ-ных воров эта новость стала лучшей из всех за последние дни.

Глава 5. «Золотые ручки...»

Подытожим наши расследования: два вора, беглые зеки, волею случая приобрели сверхъестественные спо-собности и, вдобавок, огромную силу. Теперь перед ними открылась фантастическая возможность безнаказанно гра-бить самые неприступные банки, вскрывать самые надёж-ные хранилища и сейфы. Стоит только прикоснуться к стальной дверке сейфа, и она рассыпается, превращаясь в металлическую пыль. Забирай золото и камни и никаких проблем! Ещё одно касание и, словно по волшебству, дверка приобретает прежние формы.
С подачи «Князя» обязанности распределили так: Кифа, как самый сильный, стал носильщиком. Используя сверхъестественную силу в другое, «мирное» время, он бы мог вскрывать сейфы, как консервные банки и проламы-вать кулаком прочные бетонные стены. Но этого теперь от него не требовалось. Он должен был просто брать то, что будет лежать во вскрытом сейфе и переносить это в более надёжное место, туда, где это никто не найдёт.
«Князь» взял на себя разведку объекта, устранение свидетелей и открывание замков. При отходе он восста-навливал всё (сейфы и замки), как было. И в результате такого сотрудничества, создавалось впечатление, что две-ри сейфов вообще никем не открывались, в то время как исчезало их содержимое.
Началась эра суперограблений. Сколько банкиры не старались защитить своё добро, их запасы таяли, как весенний снег. Не спасали ни новые электронные замки, ни сигнализация, ни охрана.
А нашим песочным ворам, в свою очередь, не тре-бовались ни маски, ни отмычки, ни оружие. Любые сейфы они открывали так же быстро и просто, как холодильник. Вооружённые охранники, при этом, им ни чуть не меша-ли. Пули и слезоточивый газ не могли причинить вред песчаным вихрям.
Однажды, после очередного налёта, «Князь» с удивлением заметил, что отнюдь не все золотые пятна, как прежде, отделяются от его тела. Некоторые, не смотря ни на что, остаются. Сколько он не прикасался к ним, пятна никак не превращались в украденные слитки, точно сами этого не хотели.
Если золото не станет «отмываться» - не помогут ни перчатки, ни тёмные очки. Ведь стать заметным, для профессионального вора - конец карьере. Это с одной сто-роны, а с другой: «Золотые ручки не испортят мучки». Эта пословица, как нельзя кстати, подходила для данного слу-чая, и «Князь» теперь повторял её по поводу и без него.
Он лелеял надежду, накопив достаточно денег, ку-пить в океане какой-нибудь далёкий остров и навсегда скрыться там от мира. Кифа, в отличие от своего кореша, никогда ни о чём подобном не мечтал. Он вообще ни о чём не мечтал. И пятна его ничуть не беспокоили. Раз они есть, значит, так надо, - считал он. У него вообще не было никакой цели в жизни, и именно по этой причине он пред-почитал держаться за своего кореша.

Глава 6. Засада

Переносить золото с каждым разом становилось всё труднее и труднее, даже огромному Кифе, с его тепе-решней сверхсилой. Несколько кило - это ни что, по срав-нению с несколькими тоннами. Ловко маскируя золото-песок среди обычного песка на пляже, наши герои шаг за шагом, город за городом, продвигались вдоль побережья к границе.
Оставался ещё один городок, а там - свобода! Но они не знали, что именно в этом городе им уготована за-сада, их уже ждут.
Проследив по карте маршрут гастролёров, детекти-вы предугадали появление их здесь, в приграничном го-родке. Всё золото из банков предусмотрительно перепра-вили в другие, отдалённые места. Причём, сделали это очень быстро и без лишнего шума.
В связи с огромной опасностью преступников, в город были стянуты спецвойска. Город буквально был ок-ружён со всех сторон плотным человеческим кольцом. Службы безопасности и здесь позаботились о секретности операции…
В банках день и ночь работали спецстроители, ко-торые готовили встречу грабителям. Но так как никто толком не знал с чем и с кем имеет дело, то и предложили обороняться необычным способом, по принципу «Клин клином...»
В пол забетонировали реактивные двигатели, огне-мёты, брансбойты и маленькие пушки. Сконструировали огромные машины, которые засасывали воздух, наподобие пылесосов. Только так, считали организаторы обороны, спецы, можно будет справиться с песчаными ворами и поймать их, кем бы они на самом деле ни были.
Работы уже заканчивались: убирали инструменты, строительные материалы и мусор, отмывали окна. Воен-ные вместе с полицейскими готовили оружие к бою.
«Князь» и Кифа, понятно, ничего об этом не знали и ни о чём не догадывались. Они и подумать не могли (в результате трансформации они вообще думали нечасто)…
Сначала они, как обычно, полежали на пляже, на своём золотишке, искупались в море. Затем преспокойно направились в ближайший банк. Они и не подозревали, что за ними уже давным-давно следят. Их вычислили. Всё сходилось: и фоторобот, составленный с продавцом юве-лирного магазина, и их «туристический» маршрут, и их появление в местах краж, а так же дела и документы, при-сланные из тюрьмы. Всё это сопоставили, и сомнения де-тективов сразу рассеялись. Да, - решили они, - это именно те бежавшие зеки, это именно те гениальные грабители, за поимку которых обещано большое вознаграждение. От-сутствовали только улики, но и без улик и так всё было ясно. Почти всё.
Анализируя свидетельские показания, детективы так и не смогли объяснить: кто же грабители на самом де-ле. Поэтому не осмеливались «брать» их на открытом месте, а сознательно их «вели» в ловушку.

В дороге «Князь» нутром почуял что-то не ладное, но вида не подал и Кифе ничего не сказал. Он понадеялся, что и в этот раз им всё сойдёт с рук.
Воры вихрем пронеслись по улице и влетели в банк. (В этот раз «Князь» следовал за Кифой.) Внезапно что-то громыхнуло, лопнули стёкла, и Кифу с одной сто-роны обожгло пламенем и ударной волной выбросило на тротуар. «Князя» тоже немного задело.
- Засада! - заорал он товарищу и рванул сматывать-ся.
Но Кифа его не расслышал. Он поднялся, собрал все свои силы и сгоряча опять влетел в банк. И снова удар! Пушечный выстрел разорвал песчаный вихрь на части. Кифа буквально рассыпался по тротуару.
А «Князь», тем временем, мчался прочь к берегу, к своему золоту. С испугу он забыл про своего дружка и сейчас думал только о том, как быстрее вместе с золотом удрать за границу.
Самый кратчайший путь лежал через море. Другие пути теперь казались ему небезопасными. Нельзя было рисковать, и «Князь» решил перейти море по дну. Вместе с золотом, конечно.


Он вихрем вобрал в себя всё золото, что лежало на берегу, не оставил ни крохи (оказалось тяжеловато), затем перевоплотился в человека и, не оглядываясь, торопливо шагнул в волны. Туристы, которые отдыхали неподалёку, не успели разглядеть: кто это был, и что он здесь делал, даже испугаться не успели, - «Князь» скрылся под вол-ной…
































А Кифа, в эти минуты, отчаянно сражался с бран-сбойтами, потом с огнемётами, увёртывался от пушечных снарядов.
Мощный поток воздуха из сопла реактивного дви-гателя прижал великана к стене. А с разных сторон улицы появились какие-то машины. «Это пылесосы, - с ужасом догадался Кифа, что было не свойственно его тупому уму. - Хитрые, черти! Пора делать ноги!»
Немедля, он пустился наутёк. Удирая, он сшибал на своём пути всё, что попадалось, и не заметил, как задел и уронил со строительных лесов несколько мешков с цемен-том. Мешки со взрывом упали на асфальт, а цементная пыль устремилась вслед за вихрем и смешалась с песком.

На пляже Кифа обернулся человеком, чем привлёк к себе внимание всё тех же отдыхающих туристов. На этот раз они с криками и визгами разбежались кто куда. Мину-ту-другую Кифа нервно озирался кругом в поисках своего дружка. Но «Князя» нигде не было, золото с пляжа тоже исчезло. «Единственный путь - через море, - на редкость быстро сообразил беглец и тут же принял решение: - Я иду вслед за тобой, «Князь».

Сказано-сделано: Кифа, не колеблясь, вошёл в во-ду. Но что это?! Он сразу почувствовал непривычную ско-ванность в движениях. Как будто он шёл не сквозь воду, а сквозь расплавленный воск, который медленно остывал и твердел. Каждый новый шаг давался ему с большим тру-дом. Так он шёл несколько минут. Он шёл из последних сил, подтаскивая за собой немеющие ноги и совсем не чувствуя своих рук. Он не знал, что цементная пыль, ко-торую он нечаянно вобрал в себя, оказалась высшей водо-упорной марки.



Примерно через полчаса Кифа уже почти окаменел, когда, наконец, заметил вдали своего кореша. «Догнал!» - последнее, о чём подумал каменный болван и навечно за-стыл на месте. Двигаться дальше он уже не мог, закричать тоже.
А «Князь» так и не заметил идущего позади друж-ка. В эту минуту, он стоял к нему спиной и, размышляя о своём, пристально вглядывался вперёд, в чёрную мглу морских глубин.
Золота для одного было слишком много, и идти с такой непосильной ношей дальше даже в воде «Князю» было невмочь. Но сбросить драгоценный груз он пока не решался – жалко. Отдохнув немного, вор продолжил путь.
Впереди чёрным ртом зияла впадина. Чтобы перей-ти её, сначала нужно было спуститься по склону вниз, за-тем подняться с другой стороны по противоположному склону. Но отступать было поздно и некуда, и «Князь» на-чал спуск.
Давление воды возрастало с каждым метром, «Князь» это почувствовал почти сразу. Сил у него почти не осталось, когда до дна было ещё далеко.

Откос в пропасть, по которому впотьмах спускался вор, оказался предательски коварным. Не успел «Князь» опомниться, как обо что-то спотыкнулся и покатился вниз. Краденое золото, в буквальном смысле, потянуло его на дно.
Для вора пришло время выбирать, что важнее: веч-ный металл или вечная жизнь. На размышления не было времени, и «Князь», желая освободиться от груза, коснул-ся золотого пятна на груди, но...
Но ничего не произошло, золото не отделилось. Он ещё раз коснулся пятна, - никакого результата. Сколь не старался вор избавиться от золота, оно проникло в него, смешалось с его песчаным телом и навсегда осталось с ним.


Бедняга быстро погружался. Бесполезно дрыгая ру-ками и ногами, он китился-падал в бездну. Помочь ему никто не мог, - здесь не было ни друзей, ни врагов. И наш «золотой» герой с песчаной душонкой быстро исчез во мгле чёрной бездны.

Эпилог

Прошло несколько лет. Про украденное золото ста-ли забывать. Слухи о перевороте и конце света, к всеоб-щей радости, не подтвердились. Грабителей так и не на-шли, они исчезли, словно в воду канули.
Однажды, в середине летнего купального сезона, в местный музей доставили огромную каменную скульпту-ру. То был мужчина. Каменные одежды на нём висели, будто настоящие. Лицо искажала гримаса. Что это было: то ли боль, то ли усмешка, - никто не смог определить и так и не попытался ответить. Под его глазами застыли ка-менные слёзы... Кто он был, - для всех осталось загадкой. Его нашли аквалангисты-любители под водой, в несколь-ких сотнях метрах от берега. Скульптуру почистили и вы-ставили напоказ. Как обычно, прошёл слух, что это живой, но окаменелый человек. И кто бы мог подумать, что это, в конечном счёте, было правдой.
Что касается посетителей, которые изредка, и толь-ко в дождливую погоду, захаживают в этот провинциаль-ный музей, то они до сих пор вздрагивают, замечая «жи-вой» взгляд каменного истукана.




Примерно в то же время, в некоторых провинци-альных газетах появилось маленькое, но интересное со-общение. Оно гласило: «на севере области, в песках, обна-ружили разбитый и на половину погребённый автобус, с необычным «мертвецом» внутри…
Как только машину откопали, труп тут же рассы-пался в прах, словно человек этот был не из плоти, а из песка. Ветер подхватил песчинки и унёс прочь.
А спустя несколько дней, в том же месте встретили призрак. Человек стоял на бархане и твердил одну лишь фразу: «Моя потерял дорогу...»


Январь 1998 года.






















Храм

Фантастический рассказ

Глава 1. В дороге

- Что случилось, сержант?
- Землетрясение. Сегодня ночью. Трещина в пять метров поперёк шоссе. Поезжайте в объезд. - Милиционер махнул жезлом в сторону развилки.
- А до города далеко?
- Отсюда, километров пятьдесят. - Объясняя, мили-ционер наклонился к ветровому стеклу. - Вместе с объез-дом под сто будет. Там на перекрёстках наши посты. По-кажут, куда ехать... Желаю удачи!
Милиционер козырнул и отошёл в сторону. А на дороге уже успели столпиться шумящие автомобили, за-прудив дорогу горящими огнями фар. Несколько человек в ярко-жёлтой спецодежде ремонтно-спасательной служ-бы направились к ним с разъяснениями.
«Что ж, объезд так объезд, никуда не денешься», - сказал себе Игнат и врубил скорость.

***

Счётчик «полетел» ещё на прошлой неделе, и Иган (так он называл себя сам, потому что с некоторых пор подписывался «Игн. Мороз», так как в школе в парал-лельных классах одновременно с ним учились ещё и Иван Морозов и Илья Морозулько), сбиваясь уж в который раз, сам подсчитывал столбики на обочине.
Он ехал уже третий час. Перекрёстки, мосты... Ни одной встречной машины, ни одной попутной. Нет ни ду-ши вокруг. А бензина осталось меньше полбака.
Быстро темнеет, скоро ночь, а дороге нет конца.
Иган устал крутить баранку, шутка ли - полдня за рулём. «Какой чёрт занёс меня в эту глухомань? Лучше было бы вернуться назад ещё там, на шоссе. Объезд?! Да какой, к чёрту, объезд! Кажется, я заблудился. Нет ни по-стов, ни указателей, никаких ориентиров, указывающих верность выбранного направления, ни названий. Ничего нет. Только деревья, деревья и кустарник, да ещё эти столбики. Хорошо ещё, что под колёсами асфальт (циви-лизация!). Тем временем, небо уже совсем потемнело.
Нет, на сегодня хватит. Доберусь до первой гости-ницы, сниму с себя эти джинсы и куртку, приму душ и спать, спать, спать... Вот уже и звёзды появились», - за-мечтался Иган, видя приближающиеся спереди огоньки, но ошибся.
Это светились огни деревни, в которую вела доро-га. Ещё один спуск, за ним подъём. Лес кончился внезап-но, как и асфальт. Из-под колёс, обдирая брюхо машине, дробью полетел гравий.
Иган остановил машину и осмотрелся. Выйти на воздух не было ни желания, ни сил. Теперь он знал навер-няка, что сбился с пути. Даже днём, Иган вряд ли без чьей-либо помощи отыскал бы дорогу, а сейчас был позд-ний вечер.
Закат в своём последнем издыхании осветил рав-нину и какие-то строения прямо по курсу. «А ты говоришь «звёзды», - упрекнул себя Иган. - Это ж свет в окнах. По-прошусь-ка я на ночлег, всё лучше, чем ютиться в маши-не. Хоть кости выпрямлю».
На малой скорости машина тронулась вперёд. До-роги здесь не было вообще, но местность была ровная. Игану приходилось лишь объезжать валуны и кочки, ко-торые выплывали из темноты перед светом фар…

Глава 2. Незваный гость

Через полкилометра Иган, наконец-то, остановил машину у первой попавшейся навстречу хижины и при-тушил фары. Из маленьких окон дома на землю падал тусклый, жёлтый свет.
Выйдя из машины, Иган подошёл к двери и посту-чал. Через некоторое время за дверью заскрипели полови-цы, залязгал железный засов, и дверь приоткрылась.
На пороге появился хозяин дома. Иган разглядел его: то был средних лет мужчина, одетый в рясу до пола. Перед собой в руке он держал свечу, пламя которой беше-но трепетало от слабого ветра. При этом лицо мужчины приобретало грозные, или даже угрожающие черты. Мо-нашеская стрижка, орлиный нос, глубоко посаженые глаза выдавали в нём человека сурового и набожного. Массив-ный культовый крест на шее довершал портрет слуги бога.
«Меня здесь явно не ждут, - первое, о чём подумал Иган, увидев монаха. - А этот - типичный инквизитор. Сожжёт на костре и глазом не моргнёт». Монах действи-тельно ни разу не моргнул и продолжал молча смотреть на незваного гостя, надменно и недружелюбно.

- Извините, я тут проездом, - начал было Иган, за-быв поздороваться. - Скажите, где?..
Но монах неожиданно закрыл дверь, выразив этим своё полное равнодушие и презрение путнику. Так пока-залось Игану.
За дверью, по всему дому опять заскрипели поло-вицы. Похоже, что обитатели дома засуетились. «Госте-приимством тут явно не пахнет. Что ж, постучусь к дру-гим...» - подождав немного, решил Иган.
Он повернулся и сделал шаг в направлении другого дома. Как вдруг дверь позади него отворилась, и на порог вышла женщина. Жестом она позвала Игана войти в дом. Отказываться было бы глупо, и Иган последовал за при-глашением.
Первое, что сразу бросилось ему в глаза, были све-чи. Вернее, обилие свечей. На столе, на полу, они горели повсюду. И от этого воздух был переполнен тяжёлым вос-ковым запахом.
Обитатели дома, а их оказалось пятеро, должно быть, находились в полугипнотическом состоянии. Со своих мест они тупо разглядывали гостя, не делая при этом никаких движений.
Кроме мужчины и женщины, Иган увидел в доме двух старушек и девочку, лет пяти. Все они были одина-ково одеты и удивительно похожи друг на друга.
Своим неожиданным вторжением Иган, видимо, прервал их молитву, так как помимо свечей, в доме было множество икон. В середине комнаты выделялась одна: своим размером и странным изображением на ней. Иган не успел полностью разглядеть рисунок: то ли колесо от телеги, то ли солнце с широкими лучами, - старуха быст-ренько прикрыла икону тряпицей.
Взволнованно, Иган обратился к обитателям хижи-ны:
- Я заблудился. Скажите, далеко ли от города ваша деревня?
Спрашивать название деревни Иган не стал, потому что плохо знал карту, и название ему ничего бы не дало. Был бы телефон, - было б гораздо проще. Но телефоном здесь явно «не пахло», и связаться с городом не представ-лялось возможности.
Не дождавшись ответа на свой вопрос, Иган попро-сился у хозяев на ночлег. Но никто ему опять не ответил. Лишь только женщина, которая открыла дверь, тихо по-хлопала гостя ладошкой по плечу и поманила рукой сле-довать за ней.
Только сейчас Иган заметил, что в доме нет крова-тей. Ни одной. «Странные какие-то, дикие. Лучше в ма-шине пересплю, чего доброго съедят ночью», - решил он, как вдруг услышал крик, от которого его сердце, казалось, замерло на мгновение.
Далёкий, душераздирающий крик донёсся с улицы. «Не здесь ли живёт собака Баскервиллей?» - с мрачной иронией спросил себя Иган, заметив, что по спине побе-жали крупные мурашки. От испуга его передёрнуло, а внутри похолодело. Иган вопрошающе посмотрел в глаза домочадцев - никакой реакции, никакого волнения.
- Что, чёрт возьми, здесь происходит?! Вы слыша-ли, хоть что-нибудь? - резко спросил он этих людей, но ответа не получил.
Ему показалось, что они знают, о чём идёт речь, но нарочно молчат.
Осторожно пятясь назад, Иган упёрся в дверь, на-шёл на ощупь засов и, открыв его, вышел на улицу.

Глава 3. На помощь...

Приятный свежий ветерок наполнил грудь свежим воздухом. Глаза немного отвыкли от темноты, и сначала Иган ничего не увидел, кроме включенных подфарников своей машины.
За ним из дома вышли все его странные знакомые. Они повернулись в одну и ту же сторону и, так же молча, стали смотреть куда-то в даль. Иган тоже посмотрел туда. Глаза постепенно привыкали к темноте, и на фоне звёзд-ного неба, справа и слева стали различаться очертания других хижин.
Возле них Иган увидел людей: такие же позы, та-кие же одежды. Хорошо видны были только лица, такие же безразличные и «каменные». Куда они смотрят? Что они видят в темноте? Этого Иган спрашивать не стал, - всё равно бы не ответили.
Иган никогда не был трусом, но его ощущения, в этот момент, были ему неприятны. Он поскорее впрыгнул за руль и завёл мотор. Затем он развернул машину и вклю-чил дальний свет фар.


«Оттуда раздался этот ужасный крик, - вглядываясь во мрак, решил Иган. - Там, наверняка, кому-то нужна по-мощь и, вероятно, там найдутся ответы на все мои вопро-сы. Я буду там!» Сказано-сделано: Иган врубил передачу, и его машина медленно тронулась с места.
В нескольких сотнях метрах дальний свет запылён-ных фар выхватил из темноты какой-то весьма громозд-кий объект. Издали трудно было представить, что это та-кое: то ли скала, то ли стена.
По мере приближения, объект стал вырисовываться и приобретать очертания. Это оказалась церковь. Таких красивых и высоких церквей Иган никогда раньше не ви-дел. А может, это ему только показалось, ведь всё-таки была ночь, и свет фар охватывал лишь нижнюю часть зда-ния. «Неужели здесь, в храме, произошло нечто ужасное?» - засомневался Иган.
Сердце, предчувствуя опасность, забилось чаще, в горле немного пересохло. Иган подрулил машину прямо к стене, остановился и заглушил мотор. В бардачке он оты-скал маленький фонарик и складной ножечек. «Может пригодиться!» - успокоил себя Иган и вышел из машины.
В траве, под ногами стрекотали кузнечики, где-то вверху каркали вороны. «А в машине-то теплее будет», - отметил Иган, когда почувствовал, что его немного тря-сёт. Он потёр кулаками локти и плечи и подошёл к храму.
На ощупь мраморная стена храма была холодная и гладкая, словно монолитная: ни зазора, ни трещины. Иган оглядел стену со всех сторон. Сквозь гладкую, лаковую поверхность стены кое-где виднелись трещины и неровно-сти. Издали, без сомнения, церковь казалась старой и вет-хой. Но вблизи она была, как новая. Эта мистификация была более чем подозрительна. Раздумывая над этим, Иган стал искать вход в храм.
Дверь нашлась чуть в стороне. Иган подошёл к ней и осветил фонариком. Металлическая дверь в два челове-ческих роста вся была зарисована необычными значками и исписана незнакомыми иероглифами. Сверху, над дверью, Иган разглядел большое изображение «солнца», такое же, как на иконе в хижине. Четыре широких каменных луча симметрично торчали в стороны, обрамляя центральный круг. «Похоже на орден», - помыслил Иган. Он подошёл поближе и предусмотрительно выключил фонарик.
Дверные створки были чуть-чуть приоткрыты. Из-за них, на волю, пробивались тонкие лучи слабого света.
Тихо ступая на порог, Иган потянулся к дверной ручке. Внезапно тишину вновь разорвал чей-то ужасный крик. Только этот был намного громче и тем страшнее.


Иган не на шутку перепугался. Он, буквально, рух-нул на мраморный порог и закрыл голову руками. Трепет-ный страх ещё сильнее охватил его. В ту же секунду, сверху, наверное, с колокольни, резко взмыла в воздух во-ронья стая, из-за чего на землю посыпались комья грязи и штукатурки.
Некоторое время вообще ничего не было слышно из-за шума и карканья. «Вот где поверишь в чёрта, - раз-мыслил Иган. - Что же там происходит?»
Шум постепенно стих, и Иган услышал, что за две-рью кто-то плачет. Какие-то секунды Иган колебался: ид-ти ему внутрь или не идти. Но всё ж решил идти, что бы там ни было. Он поднялся, открыл дверь и вошёл в храм.
Вот, что он увидел внутри: в просторном зале бес-порядок и грязь, ободранные стены и комья штукатурки на полу. Как будто, это была не церковь, а стройплощадка какая-то. Или здесь побывали вандалы, - всё здесь было разбито и изуродовано.
Источник света находился рядом с алтарём. Его мощности на всю церковь явно не хватало, поэтому в дальних от алтаря углах было темно и жутко.
Иган издали заметил у алтаря лежащего на полу человека. Не теряя ни секунды, осторожно переступая че-рез доски с гвоздями и через груды мусора и с опаской ог-лядываясь по сторонам, Иган поспешил к нему.
Человек лежал вниз лицом и не шевелился. «Не монах», - первое, о чём подумал Иган, когда увидел на лежащем человеке цветную рубашку и джинсы. Одежда была грязная и рваная. Длинные белые волосы на голове бедняги клочьями торчали в разные стороны. Его исцара-панные руки были протянуты вперёд, к алтарю. Из-под ногтей на грязный пол сочилась кровь. «Он или сума-сшедший, или его пытали, - решил Иган и ещё раз осмот-релся вокруг. Рядом не было ни души. - Или у него были достаточно серьёзные причины царапать пол».
Он припал на колено рядом с лежащим человеком и осторожно потряс его за плечо. Тот испугано дёрнулся в сторону, развернулся и уставился на Игана, полными от-чаяния, мокрыми от слёз глазами.
Иган пристально разглядел его лицо. Заросшее гус-той щетиной, оно было испачкано той же серой грязью, что и вся одежда. На вид мужчине было лет тридцать, не больше.

В знак добрых намерений, Иган протянул ему свою руку и спросил:
- Это ты кричал?
Странный человек не проронил ни звука. Казалось, он был крайне удивлён неожиданным появлением незна-комца. Удивлен и напуган. Но, вроде бы, понемногу при-ходил в себя.
- О-о-о! - выдохнул он, наконец.
Затем он закрыл лицо руками и заплакал.
- Ну, ну... - Иган успокаивающе положил руку на его вздрагивающее плечо. - Я друг. Я пришёл помочь. С тобой всё в порядке? - с сочувствием спросил он беднягу. - Расскажи мне, что с тобой случилось?
Парень стал успокаиваться. Грязными руками он вытер слёзы, ещё больше размазав грязь на лице.
- Я не сумасшедший, - всхлипывая, тихим хриплым голосом произнёс он, - Но скоро точно сойду с ума. Меня зовут Иван.
- А я Игнат, для друзей - Иган, - представился Иган.
Парни пожали друг другу руки, хоть было не до церемоний, и Иган помог Ивану подняться с пола. Иван тут же плюхнулся на табуретку, которая стояла рядом. Иган поднял другую, валявшуюся табуретку, стряхнул с неё пыль и сел напротив Ивана.
- Рассказывай! - тихо и дружелюбно скомандовал Иган. - Я слушаю.
Иван ещё раз вытер слёзы, сглотнул слюну и начал свой рассказ.

Глава 4. Экспедиция

- Многое может показаться странным, невозмож-ным, но ты верь мне. Лишь зная всё, ты сможешь помочь, - чрезмерно волнуясь, говорил Иван. - Я работаю... Я на-учный сотрудник Центра Исследований Аномальных Яв-лений, который находится в К-граде. Ты, может, слышал про нас. Наш Центр занимается исследованиями в воен-ных целях.
Полгода назад космический зонд передал на Землю данные, которые указывали на необычную аномалию здесь, в этой местности. Аномалия была связана с измене-ниями гравитационного, электромагнитного полей и неко-торых других характеристик. Естественно, мы сразу же занялись изучением этого явления.
При повторном снимке из космоса, с большей раз-решающей способностью, мы определили центр анома-лии, он находится тут, в этой церкви.
В архивах мы с большим трудом собрали малые крохи информации о строительстве и принадлежности этого храма. Храм создавали неизвестные мастера более двух тысяч лет назад. И строили всего около года, - Иван возбуждённо жестикулировал, стараясь жестами допол-нить сказанное. Он продолжал: - Ты понимаешь?! В это невозможно было поверить. Обычно в летописях даются сравнительно длительные сроки строительства: годы, де-сятки или даже сотни лет. А эта церковь строилась всего год! Такое огромное здание!.. Представляешь, что мы «от-копали»?! Если бы это подтвердилось, то это - сенсация, не для всех, конечно, ведь мы не археологи.
Странным оказалось ещё и то, - помолчав, продол-жил он, - что исследования здесь никогда раньше не про-водились. Мы не нашли никаких археологических, науч-ных или других отчётов. И ещё мы узнали, что эта цер-ковь, как ни странно, пользуется дурной славой: исчезно-вение людей и тому подобное…
Оставались ещё вопросы, связанные с аномалией, на которые именно нам и предстояло ответить…
Так вот, Центр направил группу из тридцати чело-век, среди которых был я и моя жена Вика. Она тоже на-учный сотрудник, мы всегда работаем вместе. Ещё мы взяли с собой старшую дочку Алёнку, ей пять годков. Сам понимаешь: смена обстановки, свежий воздух... Мы час-тенько брали её в разные походы. Ей с нами очень нрави-лось, а нам она ничуть не мешала. Младшая дочка, Танеч-ка, осталась с бабушкой. О, если б я знал тогда, что про-изойдёт! - Иван замолчал.
Он часто прерывал свой рассказ, - видимо, сказы-вались напряжение, волнение и усталость. Пользуясь пе-редышкой, он клал лицо на ладони и, закрыв глаза, что-то обдумывал. А Иган молча и терпеливо ждал продолжения истории. Его усталость, как рукой сняло. Он был готов к действию, как никогда. Оставалось узнать, что делать.
Отдохнув, Иван продолжил:
- У меня своя машина, часть аппаратуры мы всегда возим на ней. Так вот, я, Вика и Алёнка поехали первыми. Остальные должны были выехать следом за нами.
В деревне нас встретили враждебно. Там живут монахи, как их там... забыл, ну, в общем, отшельники. У них какая-то странная религия и иконы необычные.
Поэтому мы остановились в самой церкви; службы в ней не велись, здание пустовало.
Провизии и топлива мы взяли на месяц. Никакого повода для беспокойства тогда не было. Но было какое-то непонятное, тревожное предчувствие.
В этот день и на следующий… из нашей группы так никто не подъехал. А на третий, мы обнаружили про-колотыми колёса нашего джипа и разбитый телефон. Он хоть и барахлил последнее время, но всё же шанс связать-ся с миром у нас оставался, а теперь и этого шанса не ста-ло. Электрооборудование в машине тоже было поврежде-но.
Я взял карабин и пошёл в деревню за разъяснения-ми, но ничего выяснить не смог. Этим монахам, как об стенку горох. «Ну, ничего, - думал я, - приедут наши, и мы во всём разберёмся». Но наши так и не приехали.
Мы же собрали и подготовили к работе всю, имеющуюся у нас аппаратуру, перенесли в храм порта-тивную электростанцию, которая работает на бензине. Аккумуляторы я тоже перенёс, на всякий случай. Вон они там, - Иван взглядом указал туда, где стояли приборы.
Только сейчас Иган заметил, расположенные на столах, компьютеры, осциллографы и другие ящички с проводами. Вся аппаратура была засыпана той же серой грязью, комками штукатурки. Вот почему он не сразу её заметил.
Над столами под потолком висели два прожектора, тусклый свет которых освещал весь зал. Но первоначаль-ное предназначение этих ламп, как показалось Игану, всё ж таки, было освещение высокой стены у алтаря. Свет прожекторов падал сначала на эту стену, а затем, отра-жённый от стены, в зал. К стене, друг на дружке, стояли три ящика, видно, из-под аппаратуры.
Иган вгляделся в изуродованный образ настенной живописи.
А тем временем, Иван продолжил:
- Первые же измерения показали наличие анома-лии. Различные характеристики «прыгали» здесь с завид-ным постоянством. Ещё мы обнаружили всплески радиа-ции, но незначительные, иначе бы мы здесь не остались - сразу бы «свернулись». Жаль, что кроме нас этого никто не видел. Мы одни оказались причастны к поразительно-му открытию этой чудо-церкви. Мы даже радовались та-кому необычному стечению обстоятельств, своему выну-жденному уединению и не замечали, как летят дни.
Дочка всё время находилась рядом. Она, вообще, чудо-ребёнок, всегда сама находит себе занятия, приду-мывает игры.
Казалось, ничто не нарушит гармонию. Но на душе спокойно не было.

Глава 5. Находка

И вот на девятый день пребывания в церкви мы за-кончили все работы и стали собираться домой. Мы пред-полагали дойти пешком до первого населённого пункта и там по телефону связаться с Центром. Дальше было б видно...
В рюкзак собирали только самые необходимые ве-щи, за остальными вернулись бы после. Алёнка играла ря-дом с этой стеной. - Иван рукой показал на серую и пус-тую стену, на которой когда-то был образ.
Иган уже видел эту стену, поэтому он оглядел и другие стены. Везде одно и то же: ободранные фрески и штукатурка на полу.
Иван продолжал:
- Дочка позвала нас: «Глядите, какой камушек!» - крикнула она.
Там, куда показывал крохотный Алёнкин пальчик, мы нашли, замурованный в стену, сверкающий камень.




Камень был действительно необычный. Он перели-вался в солнечных лучах, которые падали на него из верх-них окон, и его нежно-розовое свечение радовало глаз. Из штукатурки торчал только его краешек, размером с но-готь.
При касании к камню проскакивали крошечные ро-зовые искорки. При этом камень тихонько потрескивал, и, словно живой, издавал еле слышные пищащие звуки. И как это раньше мы его не заметили?!
На фреске он являлся частью картины. Он распола-гался в середине креста, крест лежал на земле, а к кресту тянулась рука человека, то ли святого, то ли юродивого.
Вообще все фрески в этом храме были необычны-ми, ничуть непохожими на те, которые встречаются в обычных церквях. Это мы сразу заметили, как только во-шли в храм.
На одной фреске мастерски была изображена сце-на, где тот же святой разбивает своим тяжёлым посохом икону... На другой всё тот же святой вспарывает ножом человеку живот. Может быть, лечит его, может, что-то ищет там, внутри. В общем, жуткие картины...
Так вот, я про этот камень: он, конечно же, пред-ставлял огромный интерес для исследований, и я решил взять его с собой, в Центр. Мог ли я предположить, что произойдёт?.. - Здесь Иван прервал рассказ.
Он снова закрыл лицо руками и так просидел пару минут. Иган не стал его тревожить, хотя с большим нетер-пением ждал развязки истории.
Будто очнувшись, Иван продолжил:
- Всё произошло так неожиданно... Я попробовал сковырнуть камень пинцетом, он поддался, и в этот мо-мент неведомая сила оторвала меня от пола и отбросила от стены. Моя жена и дочь приподнялись на полметра над полом там, где стояли, словно под них подложили неви-димую подушку. Все наши вещи, приборы, мусор с пола - всё повисло в воздухе.
Жена закричала, дочка заплакала. Они стали барах-тались в воздухе, как в невесомости. Меня же, наоборот, так придавило к полу, что я с трудом мог пошевелиться. Я попытался приподняться, чтобы приблизиться к ним, но у меня не получилось.
Это длилось какие-то мгновения. Потом произошло то, что мне никогда не забыть. Жена и дочка медленно по-плыли к той двери. - Иван показал на дверь слева от алта-ря. Она была точная копия входной, только намного меньше. Над ней тоже красовалось «солнце». Иван про-должил: - Дверь бесшумно открылась, и их потянуло ту-да... Тщетно я пытался помочь им...



Вдруг меня осенило: «Вставь камень на место!» Собрав все свои силы, я дотянулся до нарисованного кре-ста и вставил камень обратно. И сразу почувствовал, как обретаю вес.
Медленно на пол опустились все предметы. Но, как ни странно, на жену и дочь это не подействовало. Они уже «проплывали» мимо дверей, когда я коснулся ногами по-ла...
Я сразу бросился к ним на помощь, но опять, в мет-ре от двери, мне преградила путь невидимая и упругая стена. Изо всех сил я силился пробиться к двери, где, уце-пившись за косяки, почти горизонтально «висела» Вика, и за неё держалась Алёнка, но ничего не получалось. Они что-то кричали мне, но я их не слышал. Я видел полные ужаса глаза жены и дочки. Я видел коридор и лестницу, ведущую в подвал, из которого струился нежно розовый свет.
Алёнка держалась, сколько могла. Но сила, которая тянула её в подвал, была сильнее её тоненьких и слабень-ких ручонок, и её пальцы разжались. Я видел, как она уле-тает вниз, видел её протянутые ручки и, молящие о помо-щи, глаза...
Вика ещё какое-то время сопротивлялась «ветру». Именно «ветру», иначе трудно это назвать. Я-то его не ощущал, но видел, как «ветер» треплет её волосы и пла-тье. «Ветер» тот был безжалостен и силён. Я видел, как рвется платье жены, как срываются волосы. Кожа на её лице в миг потрескалась и стала сыпаться, словно чешуя с рыбы, обнажая живое мясо.
Вика ещё держалась, я ж не мог ей помочь. Я бился о невидимую стену вновь и вновь, но упругая стена отбра-сывала меня прочь. Как сейчас, я вижу её измученное ли-цо, изуродованное этим проклятым «ветром». Обессилив, Вика разжала руки и тут же скрылась в подвале. Дверь за ней захлопнулась, упругая стена исчезла, и я со всей силы ударился об эту проклятую дверь.
Наверное, я потерял сознание, потому что когда пришёл в себя, - уже стемнело. За окнами я увидел закат. Сознание и память медленно возвращались ко мне. Что ж это было: сон или явь?
Я позвал жену и дочь. Но никто мне не ответил. Я с ужасом представил, что я остался один.
Я попробовал открыть дверь, даже стрелял в неё из карабина - никакого результата. Пули проникали внутрь, не оставляя ни вмятин, ни царапин. Тёплая на ощупь, скользкая, как воск, но непреодолимая дверь отгородила меня от семьи.
Мистика? Нечистая сила? Я старался объяснить происходящее, но ответов не находил. И тут я снова вспомнил про этот злополучный камень. Что-то подсказы-вало мне, что этот загадочный камешек - причина всего, и что разгадка кроется именно в нём. Я боялся снова прика-саться к нему, но надо было что-то делать. Я решился и снова вынул камень из стены.
Как я и ожидал, дверь открылась. Из неё вышло, точнее сказать выплыло, некое существо. Разглядев его, я обмер: то была моя дочка, но как она изменилась?!
Всё её тело покрывал прозрачно-розовый, желеоб-разный «кокон». «Кокон» медленно пульсировал. Мне по-казалось, что он живой. Позади, на спине этого живого «кокона» я разглядел массивный хребет, который оканчи-вался коротким хвостом.
Страшное предчувствие наполнило мою душу, сердце защемило: «Неужели этот слизень проглотил де-вочку, и, может быть, она мертва?» - с ужасом подумал я.
Но вдруг дочка открыла глаза и произнесла: «По-моги мне, папа!» Эти слова, словно рикошетом, отлетели от стен и ранили моё сердце.
Я бросился к ней, но она с такой же быстротой ис-чезла за дверью, словно её и не было.
Дверь снова захлопнулась. В этот момент, я со-рвался и закричал... от бессилия. Я не понимал, что проис-ходит, и я не знал, что мне делать. Я в ярости метался по церкви, не помня себя. Я рвал на голове волосы и, при этом, не чувствовал боли. Почва под моими ногами кача-лась, перед глазами всё кружилось, сознание с трудом подчинялось мне. Я был на грани безумия... - Рассказывая, Иван словно бы вновь переживал весь тот ужас, с которым столкнулся лицом к лицу. Его тело напрягалось, вены на лбу вздувались. Тяжело дыша, он продолжал: - Долго ль это продолжалось, - не знаю. Но когда я пришёл в себя, обнаружил, что стою посередине зала с открытым ртом. Кричать я уже не мог. Я понял, что схожу с ума... За ок-ном светило солнце. Начинался долгий день...
До ночи я просидел рядом с этой распроклятой дверью и стучался об неё головой...
Вскоре я услышал, что где-то на верху пробил ко-локол. Наступила полночь. Я не заметил, как дверь снова открылась. Меня оттолкнуло в сторону, словно однопо-лярный магнит. Я отполз к противоположной стене и, опираясь на неё, привстал. На этот раз я увидел свою же-ну. Её опутывал такой же «кокон».
Вика не шевелилась, её глаза были закрыты. Она как будто спала. Её изуродованное лицо было спокойно. Вдруг её глаза раскрылись, и она чужим голосом, словно робот, произнесла: «Найди пять ключей. Этот, первый, вставь сюда...» И перед «коконом», прямо из воздуха воз-ник ярко-розовый шар, чем-то похожий на шаровую мол-нию.
Он плавно приобрёл форму симметричного креста. Этот крест, такой же желеобразный, как и «кокон», мед-ленно подплыл ко мне. Мне ничего не оставалось делать, как отдать ему этот свой камень. Я поднёс раскрытую ла-донь вместе с камнем к кресту; камень сам медленно под-нялся в воздух и так же плавно опустился на центр креста. Я услышал тихое потрескивание искр, и весь крест ярко засверкал.
Затем мой камень скользнул по одному лучу креста и остановился на его краю. Я увидел, как камень прова-лился внутрь, словно расплавился, в то время как на дру-гих лучах креста, и в середине появились небольшие ямки. «Ключики и замочки! - смекнул я. – Вроде как сейфовый замок с пятью ключами. Чтобы открыть сейф надо вста-вить все ключи и одновременно их повернуть…»
В этот момент из-за двери донёсся голос: «Ищи и торопись!» Это было многоголосие, неестественный же-лезный звук. В то же мгновение крест исчез, испарился, а моя жена опять «улетела» за дверь. Дверь захлопнулась, и я опять остался один. Но теперь я уже знал, что делать, и сразу принялся за поиски...

Глава 6. Ключи

Я стал ковырять штукатурку фресок в тех местах, где предполагал найти камни. Но сначала ничего не на-шёл. Посему я стал обдирать всё подряд.
Я сообразил, что если камень отвалится вместе со штукатуркой, то так или иначе, я всё равно узнаю об этом. Я стал отковыривать штукатурку пластами. И когда не на-ходил внизу, то ставил ящики один на другой и залезал на них выше.
Наконец, на второй день, первый камень нашёлся. Вон там... - Иван показал на голую, облупленную стену рядом с алтарём. - Я уже не помню, где, в каком месте фрески был замурован этот камешек. Сейчас это не важно. И как только я взял его в руки, рядом со мною появился крест.
Я подумал: «Что, если разбить этот камень, или пригрозить, что разобью?» Но сразу отбросил эту мысль, - слишком рискованная, - и отдал камень.
Крест исчез, как и в первый раз. Остались три... Надо найти ещё три... - Иван прервался, - видимо, в горле пересохло.

Он встал с табуретки, шатаясь, пошёл куда-то в угол, нашёл там фляжку и, открыв её, жадно выпил всю воду. Пустую фляжку бросил на пол. Иган вспомнил, что у него в машине есть бутылка вина и консервы и, желая принести их, поднялся было... Но Иван остановил его.
- Не стоит беспокоиться, - сказал он. - Я в порядке. Теперь я в порядке. Это всё от усталости, пройдёт... Так вот, надо найти ещё три камня. Где они спрятаны, - я не знаю. Три дня я обдирал эти стены, - фресок в церкви больше нет. И сил тоже почти не осталось. Я ещё продер-жусь чуток, только вот не знаю, где искать. А если не най-ду, то свихнусь... Что станется с женой и дочкой? Что с ними сейчас?.. - Иван замолчал и закрыл лицо руками.
Перед Иганом сидел полусумасшедший, истощён-ный до крайности человек, на которого жалко было смот-реть. То, что он рассказал - слишком невероятно, мистика, всё, что угодно, но только не правда.
Иван поднял лицо и посмотрел на Игана измучен-ным взглядом. «Нет, такие глаза не врут. Я верю ему и помогу», - окончательно решил Иган.
- Что нужно делать? - озабоченно спросил он, вста-вая с табуретки.
- Я знал, что смогу на тебя рассчитывать. Три кам-ня... Нужно найти их, - ещё раз объяснил Иван.
Внезапно маленькая дверь открылась, из неё, не ка-саясь пола, вылетели два существа.
«Жена и дочка Ивана, - догадался Иган и немного опешил. – Значит, это правда, я не ошибся!»
«Коконы» зависли всего в нескольких метрах от Игана. Он своей кожей ощутил колебание и пульсацию чего-то мягкого, похожего на пуховую подушку, но не ис-пугался, наверно, потому, что был заранее подготовлен к такой встрече рассказом Ивана. А может, просто не успел испугаться, - слишком неожиданно всё произошло.
Подбежал Иван.
- Вот они, как я говорил, - выпалил он.
В это время крупный «кокон» заговорил: «Торо-пись! Три ключа... Два дня... Ты потревожил вечность!»
Голос и вправду показался Игану каким-то желез-ным, механическим, нечеловеческим и каким-то холод-ным, что ли. Затем, выполнив свою тайную миссию, «ко-коны» с «заложницами» быстро исчезли за дверью.
Тут у Игана появилась идея:
- Слушай! - возбуждённо сказал он Ивану. - А что если эти ключи-камни у монахов? Пошли к ним!
- Не знаю, но... пошли! Я готов!
Иван опять отбежал в угол, откопал там свой кара-бин, сдул с него пыль и проверил патроны. И друзья-товарищи поспешили из храма.

Иган вспомнил про свою машину, когда они уже пробежали половину пути. Возвращаться за ней было бы глупо, и Иган с досадой махнул на неё рукой.
Ещё не кончилась ночь, но уж близился рассвет. Фонарик, дёргаясь в руке Игана, освещал дорогу к первой, ближайшей хижине...

Глава 7. Стражи

На стук, дверь открыли не сразу. За дверью стоял мужчина в нижнем белье. На его шее висел массивный симметричный крест. Он держал перед собой, точнее пе-ред крестом, толстую свечу. Пламя свечи трепетало на ветру, из-за чего тень монаха бешено металась по комнате.
Иган решил действовать наверняка:
- Где камни? - резко крикнул он и оттолкнул дверь ногой.
Иван направил на монаха свой карабин. Но монах не испугался угрозы, он лишь отступил назад в комнату.
- Храни! Да приду я, и отдашь их мне! - церковным басом произнёс он заученную фразу.
- Ты знаешь, где они... эти камни? Скажи мне, про-шу тебя.
Иван бросил на пол карабин и встал на колени пе-ред монахом. Но лицо монаха даже не дрогнуло, он смот-рел «каменным» взглядом поверх головы Ивана куда-то вверх.
- Не скажешь? Ах ты...
У Ивана сдали нервы; он схватил карабин за ствол, вскочил на ноги и замахнулся прикладом на монаха. В это время из соседней комнаты послышался детский плач.
Иван вздрогнул и опустил оружие. Теперь уж Иган, в свою очередь, вышел вперёд и обратился к монаху:
- Послушай, - сдерживаясь, сказал он и положил руку на плечо Ивану. - У этого человека беда. Если в на-значенный срок он не принесёт эти злосчастные камешки, то его жена и дочь погибнут... Ведь у тебя тоже есть дети, пойми! Это не его прихоть, а приказ хозяина камней.
Каменная маска высокомерия медленно сошла с лица монаха. Может быть, он испугался за своего ребёнка, а, может, просто устал быть отшельником.
- Будь, что будет! - тихо пробормотал он поникшим голосом, снимая цепь с крестом через голову.
За стеной громко зарыдали женщины, ребёнок за-плакал ещё громче.
Монах поцеловал крест и отдал его Ивану.
- Да спаси Вас бог! Остальные там... - добавил он и показал рукой на соседнюю хижину.
После этого он задул свечу, в результате комнату охватил мрак. А Иван и Иган тотчас выбежали на улицу, оставив монаха наедине со своей семьёй и своей судьбой.
В доме, куда направились друзья, зажёгся свет, и замелькали тени его обитателей. Иван и Иган постучали в дверь одновременно.
- Не пущу! - раздался из-за двери хриплый мужской голос.
- Нам нужен камень... камни!.. - закричал Иган в дверную щель, у него это как-то лучше получалось. - От-дайте их или мы сломаем дверь!
- Не дам! - ещё более твёрдо ответил хозяин хижи-ны.
Иган подошёл к окну и заглянул внутрь.
Все обитатели, а их было пять человек, стояли куч-кой около стены, противоположной от двери. Три женщи-ны и двое мужчин были готовы защитить свои святыни. Одна женщина, наверное, самая старшая из них, прижи-мала к груди икону, замотанную в тряпку или платок.
Иган подбежал к Ивану, который продолжал сту-чаться в дверь.
- Они в иконе, - шепнул он Ивану на ухо и добавил: - Надо торопиться, смотри, в других хижинах тоже зажи-гают огни. Как бы чего не вышло...
Иван, не долго думая, направил карабин на дверь, в то место, где должен быть засов, и выстрелил два раза подряд.
В хижине закричали.
Иган ударил дверь ногой, она распахнулась, и дру-зья разом вбежали в дом. Неожиданно, из-за двери на Игана прыгнул мужчина и, набросив на шею цепь, стал его душить. Иван развернулся и отчаянным ударом при-клада оглушил монаха, тот свалился, - Иган был спасён.



Второй мужчина, зажимая руками живот, лежал у стены. Он весь трясся и стонал. С каждым хриплым выдо-хом, из его рта выливались тёмные струйки крови.
Иган подошёл к нему и наклонился. У монаха ока-зался прострелен живот. Рана, по всей видимости, была смертельной, но человек ещё был жив. Сквозь его пальцы из живота просачивалась и пульсировала кровь. Нижнее бельё вымокло в крови и прилипло к телу.
- Чёрт возьми! - выругался Иган. - Наверно, рико-шетом...
Он хотел было помочь раненому, но тот с презре-нием оттолкнул его. Монах, должно быть, понимал, что ему пришёл конец, и жить ему осталось минуту, от силы. Помочь ему уже никто не мог, и он чувствовал приближе-ние смерти.
Красными от боли глазами он взглянул в глаза чу-жаку, потом весь напрягся и, сквозь разрыв в рубахе, су-нул руку себе в живот. А когда высунул её, тут же обмяк и испустил дух.

Рука упала на пол, и пальцы разжались. На окро-вавленной ладони, среди клочков мяса, лежал светящийся камень.

«Как странно всё это! - тяжело вздыхая, сказал Иган, когда взял камень. - Именно этот монах и именно в живот... Очень странно!»
В то время, когда Иган возился с монахом, Иван удерживал женщин в углу. Они отчаянно сопротивлялись, кричали и бились в истерике.
Наконец, Иган пришёл Ивану на помощь.
- Отдайте камень! - крикнул он монашкам.
- Не-е-т! - не унимаясь, визжали женщины.
- Отними икону! Вот она... Ну же, шевелись! - ре-шительно крикнул Иган Ивану, отбирая у него карабин и, в то же время, сдерживая женщин. - А вы тише, тише!.. Да не орите вы! А ты куда, мамаша?..

Покамест Иган успокаивал монашек, Иван проби-рался к иконе. Ни за что на свете Иван не стал бы драться с женщиной, если б речь не шла о жизни и смерти. Но мо-нашка вцепилась в икону мёртвой хваткой, и ему ничего не оставалось делать, как ударить её кулаком прямо в ли-цо... Когда монашка рухнула на пол, Иван овладел иконой.
- Всё в порядке! Она у меня! - победным голосом вскричал он.
Две другие монашки продолжали безудержно во-пить.
- Тихо! Спокойно!.. - сбавив тон, уговаривал их Иган, отступая спиной к двери.
В это время Иван повернулся к выходу лицом.
- Смотри! - испуганно предупредил он Игана, пока-зывая на дверь.

Иган развернулся и обмер: перед ним, на пороге, стояли монахи. Их было человек десять, может, больше. В руках они держали топоры и вилы...

Глава 8. Спасение

Иван и Иган оказались в западне. Путь назад был отрезан, и надеяться им было не на что. Даже карабин в их положении стал бесполезным, - монахов всё равно было больше, чем патронов.
Монахи молча наступали, напирали, хоть и не со-всем уверенно. Держа наготове своё оружие, они прибли-жались к чужакам всё ближе и ближе. Иван и Иган попя-тились от двери. «Вот и всё… Теперь не спастись… Это конец…», - думали они.
Вдруг, с улицы в окна хижины «ударил» ослепи-тельный ярко-розовый свет. Увидев свет, монахи тут же побросали топоры и вилы и всем скопом выбежали на улицу. Там они разом упали на колени и уткнулись лбами в землю в направлении церкви.
Неожиданная, хоть и странная помощь оказалась кстати, - путь оказался свободен. И Иган с Иваном тотчас воспрянули духом. Перешагивая через брошенное оружие и обходя монахов, они спокойно вышли на улицу. В одной руке Иган держал карабин, в другой сжимал камень. А Иван держал добытую икону, обхватив её обеими руками, и ею прижимал к груди, висевший на шее, отобранный крест. Оба были весьма довольны собой и радовались чу-десному спасению.
То, что они волей случая увидели, было порази-тельно красиво и необычно. На земле лежал столб света. Именно лежал. Он начинался из открытых настежь дверей храма и кончался прямо за хижиной, у которой стояли друзья. Квадратный в сечении, он имел чёткие края и очертания. Внутри луча был день, за его пределами - ночь.



Фонарик, потерянный в хижине, теперь был, вроде как, и не нужен, - дорога была видна, как на ладони. Иван и Иган побежали в церковь. А монахи так и остались сто-ять на коленях; молились ли они или просто преклонялись «хозяину» так и осталось неизвестно.

Подбежав к церкви, друзья вошли в неё. Столб све-та, освещавший дорогу, сразу исчез. У алтаря их ожидали два «кокона» и крест.
Не мешкая, Иван подбежал к кресту. Глядя на «ко-коны», он громко воскликнул:
- Я принёс... Мы принесли ключи! - И протянул крест с иконой вперёд.
Иган уже стоял рядом: он тоже протянул вперёд ладонь, на которой лежал испачканный в крови камень.
Вдруг, как по приказу, все эти предметы поднялись в воздух и зависли на одном месте.
- С богом! - с надеждой дрожащим голосом возгла-сил Иван.
В это миг крест-замок ярко вспыхнул, и икона и крест разом взорвались. Да-да, буквально! Оболочки рас-сыпались и разлетелись в стороны, обнажив своё содер-жимое - камни-ключи. Камни эти засверкали, заискрились и медленно поплыли к кресту. Один за другим они стали опускаться в центр креста. Затем они сдвинулись по его лучам на края и там «расплавились». Эта процедура заня-ла всего несколько секунд, но как красива она была, - глаз не оторвать! Яркие радужные свечения, тихий треск искр и нежные неземные звуки...
Друзья стояли в оцепенении, наблюдая эту вол-нующую картину. На миг позабылись боль и страх, исчез-ла усталость.
И вот, наконец, последний камень лёг в центр кре-ста.
Вдруг пол под ногами вздрогнул, Иван с Иганом очнулись, - к ним опять явилась реальность.
А из подвала стал доноситься низкий, возрастаю-щий в силе, звук. Церковь затрясло. Какую такую адскую машину разбудили эти ключи? Что вообще происходит? И что делать теперь? На эти вопросы никто не мог бы дать ответа и, тем более, никто сейчас не мог принять какое-нибудь правильное решение. Поэтому Иган и Иван ничего не предпринимали, они просто стояли на месте и следили за происходящим.

Гул нарастал. Сверху, на их головы посыпались пыль, штукатурка и птичий помёт, - пришлось закрыться руками, чтоб защититься от падающей грязи.
Внезапно раздался громкий, похожий на выстрел, хлопок. Мягкая, невидимая подушка подбросила Игана в воздух и, словно мяч, вышибла из церкви. От неожидан-ности он даже рот не успел открыть, как уже лежал на ка-менистой земле, в нескольких метрах от церковного крыльца. А Иван и «заложницы» остались внутри.
«Это ещё что!..» - возмутился Иган, норовя встать.
Но неведомая сила, словно бетонная плита, прижа-ла его к земле. Он с трудом приподнял голову, чтобы рас-смотреть, что происходит вокруг.
Из дверей храма, прямо над головой Игана, увлекая за собой пыль, подул сильнейший «ветер». Гул внутри церкви усиливался, «ветер» тоже. Словно гигантские ре-активные двигатели, набирая мощь, гнали поток воздуха прямо на деревню.
За спиной, Иган услышал крики людей, звон разби-того стекла и треск ломающихся досок. Посмотреть на это Иган не мог, - «плита» всё ещё держала его, - но он нут-ром чуял, что судьба деревни и её обитателей уже пред-решена. А увидеть и ощутить ему пришлось совсем дру-гое.
К страшному гулу и ураганному ветру добавилась сильная тряска. Трясло церковь, трясло землю вкруг неё. Вдруг перед самым носом Игана разверзлась земля, и об-разовалась трещина. Из разлома, в глаза Игана брызнул уже знакомый, ослепительный розовый свет.
От света Иган прищурился, но всё ж продолжал смотреть. И невольно он стал зрителем поразительного события, которое оставило за собой лишь загадки и до-мыслы.
Вот, что он увидел...

Глава 9. «Солнце»

Многотонная конструкция - церковь, внезапно ото-рвалась от земного фундамента и стала медленно подни-маться вверх. Из образовавшейся дыры, брызгая по ок-ружности во все стороны, вырвался свет. Казалось, что именно он толкал церковь выше и выше. Да и сама цер-ковь, с её остроконечными куполами, в этот миг стала по-хожа на космический корабль во время старта.
Гул не переставал, а тряска стала особенно силь-ной. А ещё и этот ураганный «ветер» подхватывал и уно-сил прочь в стороны всё, что попадалось ему на пути: штукатурку, пыль, камни и дёрн...
Церковь остановилась и зависла, примерно, на вы-соте трёхэтажного дома. Пыль и яркий свет помешали Игану разглядеть то, что творилось вверху, зато всё, что происходило под носом, он разглядел досконально.
Из дыры, вернее сказать, из шахты, медленно поя-вился, сначала краем, а потом целиком, крупный ярко-розовый шар. Достигнув своим верхом висящей церкви, шар остановился. Через секунду он продолжил движение, вылетая из-под церкви уже в горизонтальном направле-нии. Иган прекрасно разглядел этот объект, потому что тот проплывал прямо над ним.

Вынырнув из-под церкви, сверкающий шар, словно радуясь свободе, стремительно взвился в небо и остано-вился в вышине. Иган, чтобы лучше разглядеть этот «шар», перевернулся на спину и продолжал наблюдать за его поведением.
Шар не торопился улетать, он, будто живой, «соби-рался с мыслями» и, должно быть, ориентировался в про-странстве. Так или иначе, но в самом шаре тоже происхо-дили изменения: одновременно с четырёх сторон, стали неторопливо выпячиваться и расти широкие «лучи».
«Так вот оно что! - наконец догадался Иган и ещё шире раскрыл глаза от удивления. - Вот, что я видел на иконе! И точно такое же «солнце» над дверью! Да и луч, который спас нас, вот он откуда!..»
Каждый из четырёх «лучей», похожих на раскры-тый веер, выдвинулся на добрую сотню метров.
Вскоре, трансформация шара закончилась, и теперь уж огромный объект «солнце» полностью предстал в сво-ём великолепии, позволив немного полюбоваться им.


Никто кроме Игана эту красоту, к сожалению, не видел: в деревне вряд ли кто-нибудь остался в живых, а Иван и его семья всё ещё находились внутри храма. Что с ними сталось, Иган не знал и даже не догадывался. Ко-нечно, хотелось бы верить в лучшее, но...
А «солнце» повисело немного в вышине над голо-вой Игана. И, словно подкинутый теннисный мяч от удара ракеткой, мгновенно сорвалось с места и исчезло в голу-бой дали.

Церковь же, которая всё это время мирно висела на месте, разом ухнула в шахту. Раздался оглушительный грохот, точно взорвалась мощная бомба. Земля от взрыва всколыхнулась, и Игана отбросило в сторону. Падая, он ударился обо что-то твёрдое. Сознание его затуманилось, но он всё же успел заметить, что подлунный мир, окру-жавший его, как-то странно пришёл в движение.
Словно в быстро раскрученной киноплёнке, насту-пил день. Солнце, за секунду облетев небосвод, скрылось за горизонтом. Ночь промелькнула тёмной кляксой на странице. И снова день, и снова ночь...
Затем и вовсе исчезла зримая граница между вре-менем суток. В пространстве повисло нечто среднее, с лу-ной и солнцем, звёздами и облаками.
Похолодело, в лицо брызнули и тут же высохли ка-пли дождя. Прямо перед тем местом, где лежал Иган, сами собою выкопались, и затем так же засыпались, похожие на могилы, ямки. Иган заметил их десять или двадцать. В бу-горки сами воткнулись равнолучевые деревянные кресты. Потом выпал снег. Холод на мгновение обжёг тело Игана, но тут же отступил. Снег исчез, стало жарко. Невероятно быстро выросла и засохла трава. И опять холод и снег, и снова жара...
Всё это пронеслось перед глазами Игана меньше, чем за полминуты. Дальше он ничего не увидел, потому что отключился вовсе.

Глава 10. Снова в дороге

Как долго Иган пролежал без сознания, он не знал. Первое, что он увидел, когда очнулся, была его машина. Он лежал возле неё, головой у самого колеса. Голова, бук-вально, разрывалась от боли.
Нащупав на затылке большущую шишку, Иган вы-ругался. «Надо вставать!» - решил он и с трудом поднялся на ноги.
Вокруг не было ни души.
Иган огляделся по сторонам, но не нашёл того, чего искал, а именно чего-то большого, значительного. Его сознание ещё не полностью восстановилось, память тоже. Но даже в полусознательном состоянии он сразу же обра-тил внимание на большие трещины в земле и огромный котлован и заинтересовался ими.
Трещины, их оказалось всего четыре, расходились лучами креста в разные стороны от котлована и тянулись до горизонта.
Иган удивился своему открытию: «Где я? Что я здесь делаю?» Он даже не обратил внимания на прова-лившиеся могильные ямы, в которых валялась труха полу-сгнивших крестов.
Рядом на земле лежал чей-то карабин, Иган поднял его и осмотрел. «Хорошая штука!» - решил он и забросил карабин на заднее сидение машины.
Сев за руль, Иган нащупал в замке зажигания ключ, повернул его и завёл мотор. Пока мотор грелся, Иган ещё раз огляделся вокруг. Он выбирал маршрут следования, ведь куда-то он должен был ехать. Но куда?
Врубив скорость, он поехал вдоль оврага - больше ничего придумать не смог, да и выбирать-то было особо не из чего.
Края оврага были крутые, подъезжать близко к ним Иган не решался. «Чего доброго улетишь туда, - размыш-лял он и подбадривал себя: - Всё равно выеду! Где наша не пропадала?!» Вскоре его терпение было вознаграждено: какие-то час или полтора езды по кочкам, и, наконец, ма-шина выехала на шоссе.
«Ура!» - обрадовался Иган и от избытка чувств ударил ладонями по рулю.
Шоссе пересекало овраг. Оба конца дороги через овраг соединял старенький мост.
Что-то не вязалось в связке овраг-мост: или моста быть не должно, или оврага... Но они были вместе.
Мало-помалу память стала возвращаться, и Иган постарался вспомнить своё ночное приключение.
«Сержант... долго еду... звёзды, нет не звёзды, а свет в окнах... какие-то люди, вроде, как монахи... кто-то зовёт на помощь... церковь... розовый свет и крест. А, чёрт! Там же Иван! - вдруг вспомнил он. - Там его жена и дочь!..»
С досады он хлопнул себя ладонью по лбу и резко нажал на тормоз. Машина остановилась. «Они, наверное, погибли. И всё из-за каких-то чёртовых камней. Вот, чёрт! - выругался Иган. - А я-то... я - живёхонький! Может, если б не я, они были бы живы. А сейчас им уж не помочь...»
Всю оставшуюся дорогу Иган думал о семье Ивана, о погибших монахах, о «солнце»... Его не покидало чувст-во вины. И он ехал, машинально переключая скорости и нажимая на газ.
Дорожные знаки указывали правильный маршрут. Он решил: по приезду в город идти в милицию, но сначала отыскать Центр, где работал Иван.

Глава 11. «Чёртик из табакерки»

Город - это то место, где Иган провёл почти всю свою сознательную жизнь, покидая его лишь в исключи-тельных, крайне редких случаях. Например, в команди-ровках.
В том другом, маленьком городе, помимо работы, его всегда ждали родители. В этот раз вместе с ними и со своими старыми друзьями Иган отметил свой день рожде-ния. Ему стукнуло тридцать лет. Именно из такой коман-дировки он и возвращался, когда попал в эту невероятную передрягу. Сейчас он, наконец-то, вернулся в свой при-вычный, «прохладный» мир с его многоэтажками, люд-ской толпой, полчищем автомобилей, где когда-то, после окончания университета, остался работать и жить.
Иган притормозил своё авто перед первым же те-лефоном-автоматом. В справочном бюро он узнал нужный номер и набрал его.
- Алё! Центр? Мне нужен кто-нибудь, знающий Ивана... не знаю фамилию, но у него есть... была жена Ви-ка и дочь Алёнка.
Иган сам не знал, как правильно и тактично спро-сить, поэтому спросил, как смог и теперь ждал ответа.
- Я Вас слушаю! - приятным, но встревоженным женским голосом прозвучал ответ. - Я Татьяна Соловьёва – дочь Ивана Соловьёва. Что Вам нужно?
- Я Иган, друг Ивана... Постойте, постойте! Кто Вы?.. - растерялся Иган. «Какая ещё дочь? Ведь его дочь Алёнка осталась там, в развалинах... Стоп! Татьяна, а не Алёна!.. Он что-то говорил про вторую дочь. Она, де, ос-талась с бабушкой. Ага! Но она ведь совсем крошка», - быстро соображал он.
- Я его дочь... Алло! Алло! Куда Вы пропали? - звучал голос из трубки.
- Нам необходимо встретиться, - отозвался Иган.
- Вы что-то знаете о моём отце? - заинтересованно спросила девушка.
- Приеду, расскажу!.. Какой ваш адрес? Извините... а сколько Вам лет?
- Двадцать один. А адрес наш такой... Я буду ждать Вас! - ответила девушка и повесила трубку.
- До свидания! - в свою очередь сказал Иган и ус-лышал в трубке частые телефонные гудки.
Иган призадумался, нахмурясь; в голове промельк-нула смутная тень сомнения. Только сейчас он заметил, что телефон-автомат какой-то, весьма необычной конст-рукции. «Раньше я таких таксофонов не видел», - удивил-ся он.
Оглядываясь по сторонам, Иган стал замечать странные вещи: одежда горожан пестрила ярким разно-цветьем. Куда делись кожаные куртки и джинсы, мода на которые только что началась? Куда исчезли бритые голо-вы подростков? У них сейчас какие-то выпендрёжные причёски с воткнутыми палочками и проволочками. А что случилось с автомобилями? Какая безвкусица! Они такие круглые и одинаковые. «Мой авто совсем другой!» А рек-лама-то, реклама!.. Вот чудеса!

Ответ на все вопросы пришёл неожиданно: Иган увидел на афише теннисного матча дату: 27. 04. 2016 г. Он так и сел с ту-ту-тукающей трубкой на тротуар. «Две ты-сячи шестнадцатый год... Две тысячи шестна...» - залепе-тал он, чувствуя, как отвисает его челюсть.
- Что с Вами? Вам плохо?.. - спросил его, прохо-дивший мимо мужчина средних лет, с причёской зефиром и проткнутой сквозь волосы никелированной спицей.
- Нет-нет! Я в порядке! Я в полном... Скажите, ка-кой нынче год? - запинаясь от растерянности, спросил Иган этого сердобольного прохожего.
- Ну, ты даёшь, братец! Надо ж так набраться!.. Шестнадцатый! Какой же ещё? - ответил мужчина и, ух-мыляясь, пошёл своей дорогой.
- Если б... Ерунда какая-то! Скажи, - не поверят! - ему вдогонку, а скорее сам себе прошептал Иган.


Глава 12. Знакомство в Центре

- Вас ждут! Второй этаж, восьмая комната направо, - монотонно объяснил Игану вахтёр, когда тот, войдя в холл большого здания, ему представился.
За дверью, на которой красовалась надпись «Пресс-агент», находилась просторная комната с большими от пола и до потолка окнами. За столом, облепленным теле-фонами, сидела молодая симпатичная девушка. Авангард-ная причёска на голове ничуть не портила её внешность. Узкая разноцветная блузка демонстративно подчёркивала стройность её фигуры.
Девушка сразу встала навстречу, когда вошёл Иган. Брюки и туфли на ней тоже были разноцветными.
«Красивая! Да и фигурка тоже ничего - класс!» - подметил Иган.
- Проходите, пожалуйста! Располагайтесь! - Она предложила Игану сесть в кресло у окна. Сама села в кресло напротив. - Я ждала Вас. Итак, что Вы хотели мне сказать?
- Во-первых, меня звать Игнат, фамилия - Мороз, немного необычная. Зовите меня: Иган, - приветливо представился Игнат Мороз.
- А я уже представлялась... по телефону. Татьяна... Можно просто Таня, - сказала Таня и, оглядев Игана с го-ловы до пят, подумала: «Какой интересный мужчина! И, скорее всего, неженатый!..»
- Хорошо, Таня. Во-вторых, вчера я познакомился с твоим отцом в церкви, недалеко от города... - нетерпеливо продолжил Иган.
- Я Вас что-то не совсем понимаю. В какой это церкви? - недоверчиво перебила его Таня.
- За этим я и пришёл, чтобы рассказать Вам о Ва-шем отце и о церкви, где мы с ним... Я и сам многого не понимаю, но вчера ночью я видел не только Вашего отца, но и Вашу мать и маленькую сестрёнку. Они... - Иган не решался сразу сказать о гибели Таниной семьи, поэтому запнулся.
- Постойте-ка! Какую маленькую сестрёнку? Вы что, мне свой сон пытаетесь рассказать, что ли?
- Если бы это был сон... Хотите верьте, хотите нет, но Вашего отца... в общем, их завалило обломками церк-ви.
В комнате повисло молчание. Кажется, они не по-нимали друг друга. Трудно заставить других поверить в то, во что сам веришь с трудом. Трудно объяснить им то, чего сам не понимаешь. Но именно за этим Иган и при-шёл: объяснить и найти ответы. Ведь только здесь, в Цен-тре, можно было бы развязать этот «гордиев узел». В ми-лиции, Игана никто и слушать бы не стал, его бы тут же сочли сумасшедшим. А в Центре у него был шанс. Здесь находилась вся информация о сотрудниках и об аномали-ях, - это Иган знал из рассказа Ивана. Сюда тянулись все нити...
- Слушайте меня внимательно! - снова начал Иган, наклоняясь к девушке. - Ещё вчера я был в тысяча девять-сот девяносто восьмом году, а сейчас я в две тысячи ше-стнадцатом. Ещё вчера я знать не знал вашего отца и не подозревал о существовании этой распроклятой церкви. Но говорю Вам честно: всю вчерашнюю ночь мы с Вашим отцом провели именно в ней... Вы слушаете меня?
- Да-да! Прошу Вас, продолжайте! Может, я со-вершаю ошибку, слушая Вас, но всё равно рассказывайте! - Таня постаралась сосредоточиться, и Иган понял, что она ждёт от него правды.
- Всё началось тогда, когда меня на дороге остано-вил сержант милиции. Было одиннадцатое мая девяносто восьмого года...
И Иган начал свой длинный рассказ...

Он излагал события по порядку, стройно, факт за фактом и описывал всё до мельчайших подробностей, ста-раясь не пропустить детали. Он так увлёкся своим расска-зом, что не заметил, как побледнело лицо его слушатель-ницы. А когда он рассказал о том, как церковь сорвалась в шахту, на испуганных глазах девушки выступили слёзы.

- И вот я здесь, у Вас, - устало выдохнул Иган, за-канчивая рассказ. - Я уже знаю, какой нынче год. Остаётся объяснить немногое: что же произошло на самом деле?
Когда Иган закончил повествование, то почувство-вал голод - шутка ли не есть целых восемнадцать лет! «Хорошо бы подкрепиться», - подумал он.
- Вы, наверное, очень устали и голодны? - точно угадав его мысли, спросила Таня. - Перекусите немного!
Она достала из стола небольшой свёрток и положи-ла его на стол. А сама, вытирая слёзы платочком, вышла в соседнюю комнату.
Иган развернул свёрток. На плоской разовой тарел-ке, распространяя аппетитный запах, лежали куриная ножка и булочка. В маленькой бутылочке плескался то-матный сок. У Игана сразу потекли слюнки, и он с удо-вольствием стал «замаривать червячка». На это у него уш-ло не так много времени.
Когда он закончил трапезу, в комнату вошла Таня. В руках она держала толстую серую папку.
- Спасибо за угощение! - сказал Иган, вытираясь платочком
- На здоровье! А я принесла вот это... - Таня поло-жила на стол папку и раскрыла её. - Здесь все документы по Вашему, точнее, по нашему делу. Фотографии, вырезки из газет, копии милицейских отчётов, копии некоторых документов Центра. Это всё, что я смогла собрать в па-мять об отце и матери. Жаль их, и сестру тоже жаль. Я их почти не помню... Попробуем вместе с Вами, Иган, разо-браться во всём этом... Ваш рассказ уже прояснил кое-что...

И они стали читать и перечитывать документ за до-кументом, вырезку за вырезкой, отчёт за отчётом (некото-рые из них значились под грифом «Секретно»)...

Глава 13. Гипотеза

Из документов Иган для себя выяснил некоторые подробности: оказалось, что не все монахи погибли, - уце-лела одна семья с пятилетней девочкой. Милиция ничего от них так и не добилась, но зато именно они помогли за-хоронить всех своих сородичей. Похоронили монахов око-ло того места, где ещё недавно возвышалась церковь.
Ещё Иган узнал то, что велось тщательное рассле-дование, но его так и не завершили. Никто так и не понял: почему провалилась древняя церковь, почему появились огромные трещины в земле. Что странно: на фотографиях с высоты птичьего полёта, эти трещины выглядели, как огромный симметричный крест. Это обстоятельство вы-звало много разноречивых статей в газетах.
Один луч этого креста перерезал шоссе как раз в том месте, где ехал Иган, и где его остановил милиционер с сержантскими погонами. Другой луч пересёк дорогу, по которой Иган вернулся в город. «Узнаю этот мостик!» - глядя на карту, смекнул он.
Пропавшую семью Соловьёвых так и не нашли.
Иган прочитал краткий милицейский отчёт, в кото-ром, в частности, говорилось, что после отъезда Ивана, Вики и Алёнки из города, никто их больше не видел; и никто не знает, где они могут находиться. И всё!
Наконец, просмотрев всё, Иган отложил в сторону, на его взгляд, самые интересные бумаги. Телефоны при-шлось отключить и убрать на пол. Стол расчистили для бумаг.
- Смотрите! - обратился Иган к Тане, которая и так была очень внимательна. - У меня есть одна догадка, ги-потеза, если хотите, и я попробую сейчас её пояснить и доказать.
Вот отчёт милицейского расследования, в нём по минутам расписано: кто и где находился четырнадцатого апреля. Это в тот день, когда всё началось... А вот, по-смотрите, графики изменений гравитационного и элек-тромагнитного полей. А это карта местности. Видите, на ней указаны все тропки-дорожки.
- Я сотню раз пересматривала все эти бумажки, и что же в них такого?.. - озабоченно спросила Таня и доба-вила: - В своей работе я часто сталкиваюсь с разного рода загадками. Уже привыкла. И что же здесь?..
- Сейчас, сейчас... - ответил Иган, сосредотачива-ясь. - Предположим, что эти вот всплески на диаграммах связаны со скачками во времени. Если это так, то получа-ется вот что. Четырнадцатого, в восемь пятьдесят, машина Ивана отъехала от Центра. До церкви примерно три часа езды, - значит, около двенадцати они были уже там. Его коллеги последовали за ним через пятьдесят минут и в двенадцать, проехав две трети пути, они находились, при-мерно, в пятидесяти километрах от места назначения. Всплеск диаграмм на графиках, вот смотрите, приходился как раз на двенадцать часов дня.
Я думаю, что с теми, кто был в тот момент в церк-ви, а там были Иван, его жена и дочь, ничего не произош-ло, - наверное, сама церковь их как-то защищала. А с те-ми, кто был в этом радиусе, - Иган обвел место на карте карандашом, - произошли изменения: их «отбросило» на три дня назад, то есть в одиннадцатое апреля. Смотрите, с одиннадцатого по четырнадцатое на графиках «затишье».
Побыв в церкви три дня и, конечно, ничего инте-ресного там не обнаружив (это они записали в свой от-чёт!), исследователи уезжают обратно в Центр. Ивана с семьёй, одиннадцатого, в церкви ещё не было и не могло быть, сами понимаете, - они тогда ещё пребывали дома.
Итак, четырнадцатого в одиннадцать двадцать, все двадцать восемь исследователей отправились домой. По пути, примерно в одиннадцать сорок, они свернули с до-роги к колодцу, что в ста метрах от шоссе, чтобы запас-тись там водой (так сказано в милицейском отчёте!). В это время, Иван проехал мимо них по шоссе и, конечно, их не заметил, предполагая, что они следуют позади. А в двена-дцать опять тот же самый всплеск. Иван, Вика и Алёнка уже в церкви, а их друзья в пути домой. На этот раз воз-вращающихся исследователей «бросает» вперёд, в семна-дцатое апреля. И они, ни о чём не подозревая, возвраща-ются в город. - Иган радостно хлопнул в ладоши. - Иван же их так и не дождался. Теперь понятно, почему?! - Иган оторвался от бумаг и вопросительно посмотрел на Таню.
- Вроде бы понятно! Просто фантастика какая-то! - растерянно ответила Таня.
Она была прямо-таки огорошена таким вот толко-ванием событий и слушала, открыв рот. Иган, заметив для себя, что вроде бы всё сходится, снова воткнулся в бумаги и продолжил:
- Дальше, по диаграммам, всё относительно спо-койно вплоть до двадцать седьмого апреля. Именно в этот день я возвращался из командировки домой. Ехал я вот по этой дороге, - Иган прочертил карандашом на карте свой путь, взял в руки фотографию местности и приложил её к карте. - Вот здесь меня тормознул милиционер...
В том месте на фотографии, куда карандашом ука-зывал Иган, ленту дороги перерезала чёрная извивающая-ся полоса. Это и была та трещина в земле, которая появи-лась позже, то есть раньше... В общем, с неё то всё и нача-лось.
- Я свернул в объезд и через некоторое время попал под другую, третью «вспышку». - Карандаш в руке Игана ткнулся в диаграмму. - Амплитуда этого всплеска была меньше, чем как в первый раз и гораздо меньше, чем как во второй (о нём попозже), поэтому, я так понимаю, меня «отбросило» лишь на сутки назад, то есть в двадцать шес-тое. Я думаю, что третья «вспышка», в которую я попал, была чем-то вроде эха от второй, самой сильной, ведь она случилась уже после окончания землетрясения, примерно через шестнадцать часов. Может быть, «волна» облетела земной шар и вернулась, - не знаю! А меня из-за этого, я полагаю, «откинуло» ровно на двадцать четыре часа назад. Естественно, что я не нашёл никаких указателей, о кото-рых мне сказал (или скажет) милиционер...
Сказав это, Иган улыбнулся и заметил ответную улыбку на Танином лице. Эта путаная история завлекала их больше и больше. Иган мысленно переносился в то время, а Таня представляла себя на его месте, или рядом с ним. Картина складывалась более или менее убедитель-ная. Не хватало каких-нибудь нескольких штрихов для её завершения, и Иган продолжил:
- Дальше - проще! Вечером двадцать шестого я встретился с Вашим отцом в церкви, где мы с ним провели полночи в поисках камней. Затем, смотри на диаграмму, следует очень сильный и продолжительный всплеск. Вре-менные края его несколько размыты, но, примерно, он на-чался тогда, когда меня «вышибло» из церкви.
Теперь всё становится на свои места: мелькания луны и солнца, холод и жара - ничто иное, как скоротеч-ный бег времени. За несколько секунд передо мною про-летели дни, месяцы и годы, пока я не потерял сознание. Подумать только! - Иган скупо улыбнулся и продолжил: - Для меня сейчас интересно то, что я мог всё это видеть, а меня почему-то не замечали. Меня и мою машину, ведь она тоже не только не пострадала, но даже и не состари-лась. В баке сохранился бензин, и аккумулятор не подвёл! Будто бы меня вовсе не было там, будто бы я растворил-ся... вместе со своей машиной.
Значит так, очнулся я двадцать седьмого апреля, но не тысяча девятьсот девяносто восьмого года, а две тыся-чи шестнадцатого. Вот, как далеко меня занесло!
Ну а дальше - ещё проще! Я поехал вдоль трещины и добрался до шоссе. Затем я переехал мост, который к тому времени, конечно же, построили, и приехал в город. Здесь я узнал, какой год и встретился с Вами. - Иган не-много помолчал, подумал, потом сказал: - Вот уж никогда не думал, что совершу такое необычное, длиною в восем-надцать лет, путешествие.
Тогда, в девяносто восьмом, мне исполнилось три-дцать лет. Любопытно, сколько же мне сейчас?.. - Иган опять задумался и немного переменил тему разговора: - Знаете, я даже рад этому случаю, ведь иначе я не встретил бы Вас! Вот такие пироги...
Изложив свою гипотезу, Иган начал складывать документы обратно в папку.
- А что же с моим отцом, матерью и сестрёнкой? - тревожно спросила Таня.
Иган ждал этого вопроса, но ответить на него не мог. Он отложил бумаги в сторону и повернулся лицом к Тане. Она снова расстроилась и, уткнувшись лицом в пле-чо Игана, тихонько заплакала. Он обнял её и погладил ру-кой её голову, от чего её причёска растрепалась, и Таня стала похожа на обыкновенную его современницу и тем стала ему ещё ближе. «Мы с ней родственные души, ведь она потеряла родителей, и моих родителей, наверное, уж нет в живых… - Иган задумался о своих стариках: об отце и матери, которые жили в другом городе, в другом веке, в другом тысячелетии. - Где они теперь?»

Глава 14. «Не ждали?!»

За окнами смеркалось.
Из-за высоких городских зданий не было видно за-ката. На фонарях зажглись жёлтые огни, одновременно погас свет в конторах и офисах, переключась в кухни и спальни городских квартир. Загорелись пёстрые реклам-ные огни. Улицы стали похожи на декорации кукольного театра с людьми-марионетками на тротуарах. А по истом-ленным дорогам, теперь уже сверкая фарами-глазами, всё ещё носились измотанные трудяги-автомобили; но их ста-ло значительно меньше.
Иган и Таня так и стояли, обнявшись, и размышля-ли, наверное, об одном и том же: о прошлом, о будущем и о настоящем. Ещё недавно совсем чужие и незнакомые, сейчас они стали ближе близких друзей. Связанные неви-димыми нитями потерь и одиночества, нежелая расста-ваться друг с другом, они не хотели уходить из этой ком-наты, где на столе лежала несобранная, драгоценная папка со старыми документами.

Им хотелось многое сказать друг другу, многое уз-нать, многое друг для друга сделать. Но сейчас, усталым от переживаний и нервных перегрузок, им прежде всего хотелось помолчать.
Наверняка, долгие разговоры будут у них впереди, ведь их роман только-только начался. Кто знает?..

***

Неожиданно, их уединение было прервано. Игнат и Таня услышали приближающиеся по коридору шаги и го-лоса нескольких человек; кто-то тихо постучал в дверь: тук-тук-тук.
- К Вам можно? - чертовски знакомым мужским голосом спросил этот неизвестно кто.
- Да-да, входите! - растерянно ответила Таня, ведь это ж она была хозяйкой комнаты.
Дверь бесшумно отворилась, и в комнату вошли трое: мужчина, женщина и маленькая девочка, лет пяти. Все опрятно одетые…

Январь 1998 года.


























Автоответчик, или живая мебель

Рассказ о недалёком будущем

Интересные они люди - эти Петровы. У них в доме почти не было никакой техники, за исключением только лишь самой необходимой. И это в наш-то двадцать второй век! Хотя, кто знает, каждый чудит по-своему.
Я слыхал про одного путешественника, который так привык скитаться, что и умереть решил в дороге. Под старость лет он построил себе дом прямо на панцире ги-гантской черепахи Муру. Эта тварь обитает на планете Ре-гама, вы знаете.
Так вот, в доме Петровых была электроника, но не было тостеров, комбайнов, кофеварок. У них был телеви-зор, но не было видеотелефона и магнитофона. Телефон, конечно, был, но он был слишком прост - даже без автоот-ветчика.
В ванне не было ни гейзеров, ни массажного душа, фена тоже не было. В общем, не было ничего такого, чего можно было увидеть в любом другом доме.
А теперь представьте, что все эти недостающие предметы заменяли мы - прислуга. И, причём, вполне ус-пешно!
Прислуги у Петровых было больше, чем у кого бы то ни было. Этим они отличались от других богатеев и выделялись среди своих друзей. Это была их прихоть, благо денег на это у них - куры не клевали!
Так вот о нас: Варик (по паспорту - Варрава), на-пример, прекрасно готовил чай и кофе на плите. Кроме то-го, он здорово варил и жарил всякую пищу, но для этого есть Вова. Их так и звали - неразлучные: кофеварка-Варка и микроволновка-Вовка.
Вместо магнитофона у нас служили Надька, Кать-ка, Петька и Васька. Они - группа музыкантов-импровизаторов, могли подражать практически всем ис-полнителям модных песенок. Вы бы их слышали - талан-ты! Никакого мага не надо!
Феном у нас была Кристина со своими расчёсочка-ми и веерочками. Симпатичная у неё мордашка, да и фи-гурка тоже ничего! Ей бы не феном работать...
Кстати, она в ванне подрабатывала массажным ду-шем. Хозяину она очень нравилась... как прислуга и не только.
Хозяйка наша - не ханжа, себе тоже многое позво-ляла...
В общем, они, наши хозяева, милашки, всё время всем улыбались. Их жизнь была очень интересна и весьма насыщена. Между экскурсиями на соседние планеты у них всегда оставалось время на вечеринки в своём доме. Что здесь тогда творилось - это надо было видеть! Разврат - не разврат, оргии - тоже нет, но где-то близко.
Прислуга, которая обычно механически выполняла свои функции «принеси-унеси», в эти часы становилась непосредственным участником всех действий.
Варик очень нравился Розе, она подруга хозяйки. Её муженёк, Рома, всегда крутился вокруг нашей Катьки, даже на глазах у своей «любимой» супруги.
Приятные люди - эти Жаркины. С них-то всё и на-чалось. Их дом - прямая противоположность нашему. Там всё механизировано и компьютеризировано, начиная с прихожей, которая рездевает и одевает, и кончая тапочка-ми с электроподогревом.
Много лет назад Петровы не были так богаты. Жаркины же были богаты всегда. Они оборудовали свой дом по последнему писку моды: «Всего того, что достав-ляет человеку радость, должно быть много!»
Сообразительные Петровы придумали свою моду: вместо техники они наняли людей, так сказать, прислугу. Можно сказать, что купили. А когда один их родственник, уходя в могилу, оставил им приличные деньги, прислуги стало ещё больше.
Жаркины сначала были в шоке. Но, со временем, зависть прошла, и Петровы с Жаркиными стали хорошими друзьями.
Посещая друг друга, они как бы перемещались из одной эпохи в другую, всего-навсего лишь перейдя через дорогу. Устав от железок, Жаркины отдыхали у Петровых. Соскучившись по цивилизации, Петровы шли в гости к Жаркиным.
Кроме Жаркиных у Петровых были ещё Ёлкины, Достатковы и много других приятных друзей. Все они бы-ли богаты, и у каждого из них были свои причуды. Это их и объединяло.
Что касается меня, то я у Петровых работал... авто-ответчиком. Да-да! Скажу вам прямо: занятие для паро-диста и мастера разговорного жанра (для меня) не очень сложное, и даже немножко приятное. Жаль только, что кроме привычного заученного текста «С Вами говорит ав-тоответчик...», мне больше нельзя было разевать рот. Пет-ровы любили, чтобы их распоряжения выполнялись точно, без всяких там вольностей.
Как я уже намекнул, иногда моя работа приносила мне некоторое удовольствие. Например, Анна Достаткова, которая, конечно же, знала про «автоответчик», и с кото-рой, обычно, я провожу время на вечеринках, частенько позванивала мне. В ответ на мою скороговорку она гово-рила мне приятные слова, которые я, понятно, не записы-вал в свой блокнот.
Мы с ней несколько раз встречались на стороне. Чудесные встречи! Она просто прелесть, всё время весё-лая и ласковая. И не дурна собой. Мне запрещены подоб-ные свидания, но что делать... Она мне платила, а мой карман и мужское достоинство не могли отказать даме.
Однажды мне приснился сон: будто я динозавр, и на меня охотятся какие-то люди. Жаль, что их лица я не запомнил, но они были до боли знакомые.
Охотники гнали меня к пропасти, поджаривая бла-стерами мои пятки и хвост. Я бегу, но убежать не могу, и тогда я прыгаю в пропасть. Дальше не помню - вскочил с кровати и не пойму, где я.
Ночь была очень душной, пот так и лил с меня гра-дом. Это произошло после того случая на вечеринке...
Глеб Ёлкин хватил чуток лишнего и стал чудить. Он раздел свою подружку до гола, сам разделся, и они за-нялись любовью прямо на столе. Никто им не воспрепят-ствовал, наоборот, хозяева одобрили эту выходку гостя.
Нас, прислугу, тоже попросили раздеться. А что делать? Мы люди подневольные. И к тому же все были пьяны. Ну, разделись, конечно. Одна Кристина чего-то испугалась, но Роман Жаркин её «уговорил». Он затащил её в какую-то комнату, из которой ещё долго раздавалось её хихиканье.
Всем было весело: и нам, и нашим хозяевам, и гос-тям. Никаким насилием даже не пахло, напротив, всем этого хотелось.
После ухода гостей порядок в доме вернулся на своё прежнее место: кофеварка, фен, автоответчик, музы-ка... Одному Сёмке не повезло - он у нас пылесос. Семён славный парень, только вот вечеринки он не любил. Я его понимаю.
Как-то вечером, своим неожиданным звонком меня обрадовала Анна. Она пожаловалась на головную боль и выразила желание со мной встретиться. «Не мешало бы ещё...» - сказала она, видимо вечеринка ей понравилась. Я не мог вслух ни отказать, ни согласиться - я же автоответ-чик. Но она поняла, что я согласен.
За вечер ещё несколько раз звонили, я аккуратно стенографировал в блокнот эти сообщения. Когда пришёл хозяин, я всё ему пересказал. Он чем-то расстроился и, молча, ушёл.
Среди весёлых приветствий, один звонок был не-сколько мрачен. Хриплый мужской голос в трубке проро-нил: «Это я... Сегодня в десять». Точь в точь эти слова с похожей интонацией я и передал хозяину.
Через некоторое время хозяин вернулся из комнаты и попросил у меня записную книжку. Найдя нужную страницу, он вырвал лист, скомкал его и сунул в карман. Затем он опять ушёл, на этот раз из дома. Он волен был делать всё, что ему угодно.
Хозяйка тогда отсутствовала, хозяин ушёл, и мне выпала возможность встретиться с Анной. Я бросил всё и помчался к ней.
Мы встретились и поужинали в дорогом ресторане. Этим вечером Анна выглядела просто великолепно, она словно помолодела на десять лет.
Обычно, мне позволялось покидать своё рабочее место не более, чем на час, но на этот раз я задержался чуть дольше. Поэтому я попросил у Анны прощение и хо-тел было её покинуть, но она меня не отпустила. «Не по-кидай меня, мой милый!» - попросила она.
Тогда я предложил ей пойти вместе со мной в дом Петровых, в мою комнатку. Она, конечно же, была в вос-торге от этого предложения.
Мы прокрались незаметно, закрылись в комнате и отдались друг другу и нашим желаниям.
За ночь звонков больше не было. Только под утро зазвонил телефон. Я снял трубку и как обычно начал: «С Вами говорит...», но меня оборвали на полуслове.
- Послушай, Егор, - услышал я знакомый голос хо-зяина, - позвони в поли...
Голос захлебнулся, затем в трубке что-то громых-нуло, может, трубка упала на пол, и пошли гудки. Куда звонить и зачем - я так и не понял, да и какое моё дело до этого, я же простой «автоответчик». Тем более, мне было не до этого, ведь рядом была Анна.
Но на следующий день вечером я заметил, что хо-зяйка чем-то расстроена, а на её глазах появились слёзы.
- Егор! - обратилась она ко мне. - Иван исчез, его нигде нет.
- Мало ли, где он, - заговорил автоответчик. – Мо-жет, он у подружки.
- Нет, он бы сказал...
Хозяйка была очень встревожена. Её муж был ей не так безразличен, как могло б показаться вначале. Их со-единяло много общего. А теперь он исчез.
- Может, он ещё появится, - успокаивал я. - Нужно подождать...
Я вспомнил утренний звонок, и на душе у меня стало тревожно. «А что, если его уже нет в живых?» - по-думал я.
К сожалению, так оно и вышло. Два дня спустя, в дом Петровых пришли из полиции. Жирный лейтенант сообщил хозяйке о смерти её мужа. Хозяйка тут же поте-ряла сознание.
Оказалось, что Иван Петров долгое время играл в рулетку и проиграл всё своё состояние, до нитки. И чтобы не выдавать себя жене, он позанимал денег сначала у дру-зей, потом у всех, кого знал. В конце концов долг потре-бовали, и его убили.
Конечно, того, кто убил не нашли и никогда не найдут, но для всех нас это было уже не важно. Всё иму-щество Петровых конфисковали. Всё без исключений: и «пылесос», и «фен», и «автоответчик»...
Бедная хозяйка! На неё жалко было смотреть. Рас-статься с прежней жизнью - для неё было концом всего. Она осталась одна. Друзья, которым её муж всё ещё был должен, отвернулись от неё. И при каждой встрече с ней они были более, чем невежливы, если не сказать - грубы.
Некоторые даже грозили и требовали назад свои деньги, не важно как и каким способом. Но несчастная, и теперь уже бывшая, хозяйка не в состоянии была что-либо предпринять.
Неделю спустя, её нашли за городом на свалке, ед-ва живую. Она ничего не отвечала на вопросы и, казалось, была в прострации...
Вы подумайте: как странно обернулась жизнь! Там, где должна была оказаться сломанная вещь, например ко-феварка, оказалась её хозяйка. А «кофеварка» ещё варит! Её купили с молотка Жаркины. Роза теперь каждый день могла наслаждаться обществом своего Варика.
Меня же приобрели Достатковы. Анне эта покупка доставила много удовольствия. Мне, между прочим, тоже. Всех нас купили в разные дома, разные хозяева. Стало вдруг модным, по примеру Петровых, «оживлять» вещи. И во многих богатых домах сразу изменился интерьер. Сначала немного, а затем всё больше и больше.
Все знают, что фантазия толстосумов неистощима. Появились «живые» телевизоры, напоминающие теат-ральную сцену, «живые» автомобили, «живые» статуи, кресла, столы, кровати...
Нет, к разврату это не привело, ведь даже «живой» вибратор - всего-навсего вещь! А к вещи и отношение по-добающее.
Иной раз в одном доме можно было насчитать до тысячи «рабочих». И те, у кого нас было больше, счита-лись наиболее зажиточными, богатыми. Они и не скрыва-ли этого факта. Наоборот, всячески «подогревали» это ут-верждение. Сплетни вперемешку со статьями из «жёлтой» прессы тоже, причём периодично, добавляли свою лепту в статус кво… Нас называли «живой мебелью». Не то чтобы нам было безразлично это название. Нет. Просто мы сми-рились перед сильными мира сего и покорно выполняли свою работу, сколь унизительной она не казалась. Но мы не были рабами. Мы были вольны в своём выборе. Тем более нам платили зарплату, не весть какую, но всё же…
Моей бывшей хозяйке запатентовать бы это своё изобретение и грести денежки лопатой, но она не сообра-зила, бедняжка!
Вскоре весь город разделился на хозяев и «вещи». «Вещи» покупали повсюду. Открылись агентства, которые предлагали всевозможный товар, на любой вкус, цвет, размер... К тому же, эти агентства стали заниматься под-готовкой нужных «кадров». Людей там обучали быть ве-щью, то есть выполнять свои «механические функции».
А что сталось с настоящими железками, настоящи-ми телефонами, автомобилями, кроватями?.. Спрос на них резко упал. Их стали выбрасывать из домов на свалку поч-ти новыми...

Прошёл год. Как-то раз я был вместе с Анной на вечеринке у её друзей. И там встретил свою бывшую хо-зяйку. Она не разговаривала… она была салфеткой.


14 января 1998 года.


























«Не усомнись!..»

Случайно подслушанный рассказ пожилой женщины, стоявшей в очереди в сберкассу

Я тогда ещё молоденькая была. Лет шестнадцать-семнадцать… В бога не верила, - комсомолка, как и все мои сверстники… В техникуме училась. В общежитии жила.
На выходные решила к тётке в деревню съездить. Она давно приглашала, да и жила она недалеко от горо-да… ближе, чем мой дом.
Набрала две сумки с гостинцами, вещи свои суну-ла… Пошла на остановку…
Долго стою… Автобусов нет! И попутки не садят.
Простояла часа четыре или больше… Отчаялась. Слёзы на глазах, - день насмарку. Тут ещё и дождь заря-дил… Уж и вечер скоро.


Хотела было в общагу возвратиться… легковушка останавливается, водитель говорит: «садись!»
Села, едим. Водитель ни о чём не спрашивает, странно. Сама говорю ему: «Я к тётке в деревню Н. еду», он отвечает: «Знаю!» Странно, я ему, вроде ничего не го-ворила, да и незнакомы мы. «Знаю, и где тётка твоя живёт, - говорит водитель, - покажу, как туда быстрей дойти, ко-гда подъедим…»
«Ладно, - думаю, - наверное, он меня в лицо знает, может, родственник, или похожа я на тётку…»
Я как-то спокойно ко всему происходящему отне-слась, - то ли устала на остановке и просто отдыхала и бы-ла счастлива, то ли водитель мне внушил спокойствие. В общем, лишних вопросов не задавала, молча сидела на заднем сидении и даже дремала… И, видать, уснула.
Проснулась, водитель разбудил, сказал: «Приеха-ли!» и заглушил машину.
Я вылезаю из машины, сумки забираю… Темно уж стало, солнце уже село, звёзды ещё не показались, луны тоже не было…
Водитель мне из своего окна и говорит:
- Вон твоя тётка живёт! (показывает рукой) Видишь забор?!
- Вижу, - отвечаю.
- Дойдёшь до забора, постучишься, позовёшь… Она тебя и впустит… Иди вон по той тропинке, не сворачи-вай… Тропинка как раз до вашего забора.

























Ладно, думаю. Наверное, он местный, ему лучше знать… Сама то я к тётке в первый раз приехала, - место это мне незнакомое.
А водитель завёл машину и уехал прочь, быстро так исчез… Денег не взял. Я ему даже спасибо сказать не успела. Да и дождик ещё не кончился, ещё моросил.
Взяла я свои сумки подошла к тропинке… (Выса-дил меня водитель прямо возле неё). Тропинка узкая, в темноте её только и видно, вроде как светится она, слег-ка... а по сторонам темень, - ничего не видать, грязь, на-верное.
Ступила я на тропку, значит, пошла. Тропинка ров-ная, прямая, но узкая… А сумки тяжёлые. Отдыхала я раза два-три, сумки на тропку ставила: впереди себя и поза-ди… и сама бочком, поперёк тропки стояла, отдыхала. Возьму сумки, пройдусь немного, встану, отдохну и дальше… Так и дошла до забора. Тропинка метров сорок в длину была…







Дошла, постучалась… Тётка сразу вышла ко мне, подошла к забору, обрадовалась сразу, но почему-то уди-вилась очень.
- Как это ты сюда зашла, - спрашивает.
- Да вот по тропинке, - отвечаю.
- По какой?
- Вот по этой, - говорю, показываю позади себя.
- Да, здесь никто не ходит, - говорит тётка. – По-шли…
Она довела меня вдоль забора до калитки и впусти-ла во двор… Взяла у меня одну сумку и к дому… я за ней.
- Завтра, - говорит по пути, - покажу тебе, где ты шла…
Ладно, думаю, завтра, так завтра, что тут такого…
Ну, в общем, мы встретились…
… Наутро разбудила меня тётка и говорит:
- Пошли, покажу, где ты шла…
Подвела она меня к забору… Я аж ахнула! Прямо за забором обрыв… глубокий такой и широкий, в глубину метров двадцать и в ширину метров тридцать-сорок, и в длину… не видно начала. И нет никакого мостика.





















- По какой тропинке ты шла? – спрашивает меня тётка.
А я и не знаю, что сказать, - нету никакой тропин-ки!
А тётка и говорит:
- А внизу там грязь… засосёт, - не вылезешь. Тут на прошлой неделе мальчик один упал с обрыва, чуть не утонул в грязи этой. Всей деревней вытаскивали… Но это днём было… А если б ночью, - никто б и не нашёл, и ис-кать бы не стали… Где тут искать? Здесь никто не ходит. А ходят там, - тётка показала рукой в сторону, должно быть где-то там начинался овраг, - отсюда с полкилометра будет… Там и на машинах ездят … в объезд… и к нам.
«Где ж я шла? - испугалась я. – По воздуху?.. И кто этот водитель?»
И только тогда я задумалась… Задумалась обо всём сразу…

Никогда: ни до этого, ни после… ничего подобного в жизни со мной не случалось. А этот случай…
После этого случая я стала верить!..


2005 год.