Сладкая женщина.

Ура... наконец начинается настоящий праздник, приехал из Минска дядя Миша со своею женой. И как всегда они привезли много разных сладостей, которых от меня сразу мама спрятала, выдав только по одной всяко разной карамельке, а большие и красивые шоколадные конфеты тоже спрятала и сказала при этом:
- А, эти будем вешать завтра на ёлку.
Обидно, я их так люблю, и ждала очень, там одни фантики чего только стоят. Пришла хорошая успокаивающая мысль, если тихонько по одной конфетки подщипывать, то некто и не заметит. А ещё дядя привёз целую авоську мандарин, очень жаль, что они у нас в Орше зимой, да и летом тоже - не растут.

Ну, вот и наступило завтра, после шумного и долгого завтрака, папа из холодной веранды внёс большую и пушистую ёлку. Отогревшись, ёлка заполнила своим ароматом весь дом, который напоминал мне о спрятанных конфетах. Тётя Лена, жена дяди Миши, видя мои страдания, тихонько, что бы ни видела мама, вложила мне в ладошку конфету «Красная шапочка», которая мгновенно оказалась во рту за щекой, а фантик надёжно спрятан в кармане папиного пальто, висевшего в передней на вешалке. Если конфета одна, жевать её категорически нельзя, радость быстро закончится. Её нужно потихоньку поворачивать языком во все стороны, слегка подсасывая и сглатывая вкусную слюну, а ещё приятно её слегка покусывать передними зубами, но очень слегка, чтобы не повредить саму конфету. И как бы я не пыталась продлить процесс счастья, конфета непременно куда-то исчезала.

Ёлку наряжали одни женщины, мама, тётя Лена, я и кошка Муся, которая постоянно путалась под ногами и пыталась утащить для своих игр либо клок ваты, либо дождик. Я целый день и вечер крутилась возле ёлки, пытаясь привести свой план в действие, но за мной взрослые внимательно следили. Спать улеглись вовремя, что бы завтра выдержать день и праздничную ночь.

Посреди ночи раздался грохот, и звон битого стекла. Это кошка повалила ёлку. Долго не могли пробраться к выключателю из-за ёлки и битых игрушек. Когда включили свет, предстала удручающая картина, все стояли вдоль стены и смотрели на упавшую красоту. Но на моём лице не было огорчения, а скорее наоборот сияла счастливая улыбка, которую я в свои четыре года пыталась спрятать. Мама не могла понять этой метаморфозы, и лишь утром, когда подняла мою подушку и, обнаружив там пустые фантики от шоколадных конфет, картина происшествия стала ясна.

2014