Есть контакт!

Есть контакт!
Юмор, фантастика

Транспортная оболочка, вырвавшись из гиперпространственного тоннеля протяженностью в миллиарды парсеков, мгновенно трансформировалась в кокон, тончайшей нитью опутавший атмосферу довольно привлекательной голубой планеты.
Впрочем, мне, Исследователю, части единого разума великой межгалактической цивилизации Ойров, некогда заниматься созерцанием красот космоса. Пора приступать к делу. Все свободные сектора памяти подключаются к фиксации и анализу обильного потока информации, поступающей с множества микросканеров и сенсоров.
Вскоре становится понятно, что объект наблюдения относится к одной из периферийных цивилизаций, стоящих на начальной ступени развития и делающих только первые робкие шаги в освоении космоса. В плане получения полезной информации интереса не представляет, но поскольку я здесь, следует ознакомить аборигенов с опытом старших братьев и сообщить, что они не одиноки во вселенной.
Для начала следует разработать сценарий. В моем теперешнем виде окутавшего планету электромагнитного поля, установить двустороннюю связь будет довольно сложно, поэтому прежде всего я должен материализоваться, приняв облик одного из наиболее известных и уважаемых членов их общества, что позволит привлечь внимание жителей планеты к его обращению.
Готово. Внешний вид и голосовые характеристики полностью соответствуют прототипу. Остается сущая ерунда, составить приветственное слово. Обращение должно быть коротким и содержать всю необходимую для продуктивного контакта информацию.
Смущает излюбленная фраза прототипа: – «Пролетарии всех стран, объединяйтесь!»
Кто такой пролетарий? Нахожу в памяти: «бездомок или безземельный, бесприютный, захребетник». Это определение дано в одном из наиболее популярных на планете словарей, словаре Даля. Грустно. К указанному контингенту по интересующему меня вопросу обращаться нецелесообразно. Уберем, подкорректируем, подключим голосовой модуль. На самом распространенном среди аборигенов языке звучит неплохо.
Речь готова, приступаю к выбору места. Пожалуй, подойдет вот эта неприметная долина с десятком летательных аппаратов, энергетические установки которых позволяют преодолеть силу притяжения планеты. Не могу понять, почему они находятся под землей. Впрочем, это не существенно, потому что подобные конструкции, носящие название ракет носителей, предназначены для выведения на орбиту модулей различного предназначения. Следовательно, именно здесь находится один из центров изучения космоса, представители которого наверняка заинтересованы в контакте с высокоразвитой цивилизацией.
Оболочка, приняв форму летающей тарелки, чтобы облегчить ее идентификацию как космического корабля инопланетян, неподвижно зависает на высоте немногим более пятидесяти километров над выбранным участком. Начинаю передачу.
- Уважаемые жители планеты Земля! Братья по разуму! От имени единого мозга великой межгалактической цивилизации…
Сигнал, на порядок превышающий суммарную мощность всех вместе взятых теле – радио трансляторов планеты, запущенный во всех частотных диапазонах, без труда достигает антенн приемных устройств землян. Моя речь торжественно разносится в их домах и квартирах с экранов телевизоров и динамиков радиоприемников.
Итак, начало положено. Теперь нужно ждать ответной реакции.
***
Сергей посмотрел на часы и в очередной раз заглянул в холодильник, облизнув губы при виде двух запотевших бутылок «Столичной». Сегодня Петрович обмывает новую Тойоту и грех не составить ему кампанию в столь благородном деле.
- Товарищ майор! – ткнул пальцем в экран старенького телевизора сержант Травкин.
- Взгляните, сам дедушка Ленин речь толкает, причем по-ненашенски. Кажется на английском!
- Оно тебе надо? – недовольно поморщился Сергей, прикрывая холодильник. – Очередная реклама.
- Ну прикольно! Представляете, товарищ майор, он описывает достоинства женских гигиенических прокладок, или, может быть, туалетной бумаги, по-английски! И на другом канале то же самое, и на третьем! – Травкин нажимал кнопки на пульте, с удивлением пялясь на экран.
- Выключи ты его к чертовой матери! – не выдержал Сергей.
- Лучше пойди, посмотри, что там у нас с блоком питания на третьем контуре. Опять силовой трансформатор искрит!
Рев сирены боевой тревоги заставил майора вздрогнуть и броситься к панели управления.
- Вот гады, организовали учения в самом конце дежурства! Теперь тут до глубокой ночи будем кувыркаться! А потом начальство нагрянет, устроит разборки, заставит писать рапорта, объяснительные.
О том, что учения могут пройти успешно, он даже не помышлял. За годы его службы такого никогда не бывало.
- Неопознанный летательный объект! – бодро доложил сержант, разглядывая маленькую зеленую точку на экране радара.
- Завис на высоте пятидесяти с половиной километров над территорией второй стартовой площадки.
- Неподвижно висит что ли? – удивился Сергей, взглянув на экран.
- Так точно! – Травкин перевел взгляд на командира в ожидании дальнейших указаний.
- Тогда это наверное метеозонд. Впрочем нет, они на такой высоте не летают. Да он же и не летит, мать его за ногу! Висит, зараза, как приклеенный.
Почесав затылок, Сергей хлопнул по экрану ладонью, словно надеясь, что пятнышко исчезнет. К сожалению этого не произошло.
- Давайте, товарищ майор, - возбужденно шептал Травкин, уже успевший скрутить предохранительный колпачок с пусковой кнопки.
- Что тебе давать, дурья башка! – рявкнул Сергей. – Это скорее всего дефект электронно- лучевой трубки, которую нужно было менять еще три года назад.
- А если нет? – не унимался Травкин. - Ведь там же пусковые установки баллистических ракет с ядерными боеголовками!
- Никаких боеголовок на них и в помине нет. А ракеты эти еще много лет назад должны были быть демонтированы в соответствии с договором ОСВ - 2. Просто у нашего командования до них пока руки не дошли.
- Неужели приперлись международные наблюдатели? – пронзила мозг страшная мысль. Тогда дело совсем плохо. Нагрянут комиссии, начнутся проверки.
Сергей решительно схватил трубку и попросил соединить его с командиром дивизиона.
- Здравия желаю, товарищ полковник! У нас тут объявился неопознанный летательный объект в квадрате 44-10. Что? Почему до сих пор не уничтожен? Да понимаете, какое дело…
Ведь он может принадлежать международным наблюдателям. Как бы не возникло скандала на мировом уровне. Не ихний? Даже Пентагон и ЦРУ открестились? Тогда можно приступать к уничтожению? Так точно! Выполняю!
Палец решительно лег на красную кнопку.
- Первая – пошла!
- Вторая – пошла!
- Третья -…
……
……
- Двадцать четвертая – пошла!
- И это все? Маловато, блин!
- Больше в нашем дивизионе ракет нету, товарищ майор, – пояснил Травкин.- Да и этих будет более чем достаточно. Ведь объект-то всего один.
- На прошлых учениях тоже все запулили, и как всегда промазали, - грустно вздохнул Сергей, переводя взор на экран радара, усыпанный мелкими ярко-зелеными точками.
- Дай бог, чтобы сейчас хотя бы одна достигла цели!
***
Ожидание затянулось более чем на тридцать минут по земным меркам. Наконец сенсоры засекли множество беспилотных летательных аппаратов, идущих на сближение на довольно приличной скорости. Несомненно, это был почетный эскорт, высланный для встречи дорогого гостя с целью препровождения его к месту ведения переговоров.
Я прервал трансляцию и включил габаритные огни.
Взрывы прогремели почти одновременно, и только вовремя сработавшее защитное поле спасло оболочку от полного разрушения. Беглый анализ показал, что вышла из строя большая часть микросканеров и сенсорных систем, но главное, серьезно пострадал преобразователь энергии.
Вопрос установления контакта отошел на второй план. Прежде всего нужно было разобраться в причинах самоуничтожения летательных аппаратов землян, затем принять меры по регенерации поврежденных систем, потому что автономных источников энергии не предусмотрено, а оставшихся запасов хватит всего на несколько минут полета.
Перебрав тысячи возможных причин, повлекших гибель ракет, я не нашел ни одного подходящего ответа и был вынужден обратиться за советом к Объединенному Разуму. Гиперпространственной связью в связи с недостатком энергии воспользоваться невозможно, поэтому я начертал визуальный кодовый сигнал на относительно ровном поле, засеянном какими-то злаковыми культурами.
К тому времени, когда мои соплеменники зафиксируют его с помощью дельта мезонного гигателескопа и пришлют ответ, аппаратура транспортной оболочки будет уже исправна.

Тарелка плавно опустилась в заросли орешника, и я еще раз протестировал бортовые системы. Состояние преобразователя энергии оставляло желать лучшего. Спонтанная регенерация возможна только при уровне разрушений не более восьмидесяти процентов, а он был поврежден на все девяносто. Впрочем, безвыходных положений не бывает, и на планете наверняка отыщутся необходимые для ремонта химические соединения или детали.
При помощи зрительного анализатора изучаю окрестности. Ни иридия, ни платины в районе места посадки нет. Впрочем, один из металлосканеров фиксирует следы наличия платины на северо-востоке, на территории населенного пункта со странным названием Гнилоболотинск, до которого отсюда около тридцати километров.
Транспортной оболочкой я воспользоваться не могу. В связи с отсутствием источника энергии мне недоступно даже векторное скольжение по силовым линиям гравитационного поля. Придется топать на своих двоих, осваивая эту сложную и нерациональную систему передвижения с крайне низким коэффициентом полезного действия. Но для землян источником энергии является еда, а продуктов питания на планете более чем достаточно, и я, полный оптимизма, направляюсь в сторону городка, горя желанием как можно скорее пополнить энергетические запасы несовершенного человеческого тела, к тому же нуждающегося еще и в приеме жидкости.
Впрочем, с этим затруднений не возникло. Жажду я утолил из реки, протекающей вдоль ведущей к городу дороги, на которую вышел за час до восхода солнца. Правда в воде наблюдалось недопустимо высокое содержание не только химических элементов, вредных для человеческого организма, но и кишечной палочки, однако ничего более подходящего в окрестностях все равно не было. Клиника дизентерии проявилась именно так, как была описана в учебниках по инфекционным болезням. Трижды опорожнив кишечник, я начал сочувствовать людям, имеющим такой несовершенный организм, и принял меры по нормализации микрофлоры, израсходовав на это значительную часть остатков энергии.
Неприятные ощущения в области живота прошли. Воссоздав в памяти схему населенного пункта, я выбрал кратчайший маршрут до источника пополнения энергии, под названием «Кафе». Оно закрыто, но рядом гостеприимно распахнута дверь в помещение, где продают хлеб, колбасу, сигареты, пиво и спиртные напитки. Об этом я узнал, прочитав табличку над входом. Захожу и останавливаюсь возле витрины, анализируя калорийность разложенных на ней продуктов питания.
- Что будете брать? – вопрошает особь женского пола, стоящая за прилавком.
- Вот это, - показываю взглядом на палку сырокопченой колбасы.
Женщина бросает ее на весы, и производит расчеты при помощи примитивной электронной машинки: - С вас сто двадцать рублей, тридцать одна копейка.
Денег у меня естественно нет, но синтезировать эти цветные бумажки не так сложно. Я наклоняюсь, достаю из стоящей под ногами мусорной корзины смятую газету, сую ее во внутренний карман пиджака, и тут же извлекаю банковскую упаковку тысячерублевых купюр.
- Этого хватит?
Продавец с удивлением наблюдает за моими манипуляциями. У нее в сознании мелькает слово «придурок», которого нет в моей памяти.
- Более чем! – толстые пальцы ловко выуживают из упаковки одну ассигнацию, и суют ее в какую – то машинку, излучающую ультрафиолет.
Ничего не происходит. Она надолго задумывается, разглядывая купюру на свет, и, наконец, облегченно вздохнув, заявляет: - У меня нет сдачи.
- Сдачи не надо, - мычу я набитым колбасой ртом и направляюсь к выходу.
- Погодите! – она в растерянности смотрит на пачку денег, но я выхожу за дверь, размышляя над нелогичным мышлением землян. Ведь целлюлозы вокруг более чем достаточно, а синтез этих зеленых бумажек элементарная процедура.

На площади перед магазином столпилось человек десять пожилых мужчин с лозунгом весьма странного содержания.
«Вся власть Советам!» – здесь кроется явная ошибка. Может быть, они имеют в виду не сами советы, а тех людей, которые их дают?
- Товарищи! – восклицает один из стариков, взглянув в мою сторону. – На наше учредительное собрание Всероссийской Партии Большевиков пришел сам Владимир Ильич Ленин!
- Проходите пожалуйста, Владимир Ильич! – собравшиеся с почтением расступаются, пропуская меня к сооруженной из ящиков трибуне.
- Вы как нельзя кстати! Не согласитесь ли возглавить список кандидатов в Государственную Думу от нашей партии?
Я в растерянности анализирую собранную информацию о власти, политической борьбе и партиях, не в состоянии определиться по тактике поведения в данной ситуации. Молчание затягивается.
- Мне кажется, это не Ленин, - шепчет один из стариков, внимательно разглядывая мою физиономию. – Просто двойник. Их сейчас развелось, как собак нерезаных!
- А ты, Яков Савельевич разве не знаешь, что ученые еще три месяца назад клонировали нашего Великого Вождя, чтобы освободить место в Мавзолее, которое после смерти собирается занять один из олигархов, финансировавший это мероприятие! Столичные пролетарии сначала возмутились таким произволом, но потом рассудили, что живой Ленин все - таки лучше.
- Ленин и теперь живее всех живых! - восклицает Яков Савельевич.
- Наше знамя, сила и оружие! – подхватывают остальные и нестройно затягивают:
- Вихри враждебные веют над нами,
- Темные силы нас злобно гнетут…

На меня никто уже не обращает внимания, и я поспешно ретируюсь. Внимание привлекает объявление на большом листе плотной бумаги, приклеенное к забору на противоположном конце площади.
«Лекция: О природе загадочных рисунков на поле в районе села Дармоедовка. Лектор: заслуженный деятель международного общества уфологов А.М.Звездолетов.»
Судя по времени, лекция началась уже час назад, но меня это не смущает. Народу в лекционном зале немного, человек двадцать. Часть из них, закрыв глаза, мерно посапывает убаюканная тихим монотонным голосом докладчика. Скромно пристраиваюсь в заднем ряду и адаптирую слуховой анализатор. Несколько смущает обилие сложных, трудно воспринимаемых терминов, которых нет ни в одном орфографическом словаре. Впрочем, общий смысл ясен – это проделки инопланетян, желающих таким образом привлечь внимание землян. Лекция заканчивается. Слушатели просыпаются, встают со своих мест и направляются к выходу.
- Погодите, господа! – пытается остановить их лектор, – может быть, у кого – то возникли вопросы?
- Можно? - Я выхожу на сцену и становлюсь рядом с А.М.Звездолетовым, интеллигентным лысым мужчиной лет пятидесяти. – Скажите, батенька, почему представители инопланетной цивилизации намного опередившей нас в области научно – технического прогресса, не могут привлечь наше внимание более простым и доступным способом?
Взоры окружающих обращаются в мою сторону.
- Это сам Ленин! – слышится шепот в зале.
- Какой там Ленин! Это его двойник, который вчера какую-то хренотень по телевизору рекламировал. Пошли отседова, бабоньки, пока он не начал нам мозги компостировать.
Зал опустел.
Звездолетов уселся за стол, выпил стакан воды и протер очки: - Каким простым и доступным?
- Может быть, тем самым, которым вы, Владимир Ильич пытались вчера привлечь внимание к своей персоне, выступая по всем радио и теле каналам? Ваши хозяева наверняка заплатили хорошие деньги за эфирное время, но не учли простой истины, что в Гнилоболотинске всего несколько человек знают английский! Уяснили, значит свою ошибочку, и заявились сюда собственной персоной, народ дурачить!
- Зачем дурачить? – не понял я. – Просто хотел установить контакт с землянами.
- С землянами?! – опешил лектор. – А сами-то вы кто?
- Инопланетянин.
- Тогда все понятно, - грустно вздохнул Звездолетов, - опять псих пожаловал!
- Почему вы так решили?
- Слушайте, Владимир Ильич, или как там вас на самом деле кличут! Я в это городишке только раз в месяц читаю лекции про НЛО, и то меня половина населения считает ненормальным! А если бы я заявил, что беседовал с представителем инопланетной цивилизации – давно бы загудел в психушку!
- Странное у вас отношение к инопланетянам, – мой работающий на пределе мозг только через несколько секунд выдал на поверхность сознания единственный возможный вариант ответа: - Готов привести доказательства!
- Да ну? – без всякого энтузиазма отозвался Звездолетов. – Какие? Может быть, просветите меня, откуда взялись эти таинственные знаки?
- Охотно! – мои губы растянулись в улыбке. – Это я их нарисовал. Сконцентрировал в пучок гравитационное поле, примерно до десяти G – и готово. Элементарная процедура!
- Элементарная? – ехидно ухмыльнулся собеседник. – А позвольте узнать, как вы смогли его сконцентрировать?
- Да очень просто. Берешь и…, - я осекся и смущенно замолчал. – А ведь действительно, как? Да примерно так же, как вы, земляне, мыслите или двигаетесь. Вы можете это объяснить?
- Ладно, проехали. Голословное утверждение доказательством назвать трудно, не находите?
- Так вам нужны вещественные доказательства? За этим дело не станет. – Я материализовал преобразователь энергии, который тяжело рухнул на пол.
- Что это? – Звездолетов с некоторой опаской потрогал большущий металлический ящик со смятыми стенками.
Преобразователь энергии моей транспортной оболочки, - охотно пояснил я. – Он поврежден и нуждается в ремонте. Для синтеза необходимых деталей потребуется иридий или платина. Совсем немного, всего около двухсот граммов.
- Немного?! – Звездолетов ошарашено посмотрел на меня. – А вы, уважаемый, имеете представление, сколько будет стоить эта платина?
- Сколько?
- Откуда я знаю? Но могу сказать, что это вам явно не по карману.
Я иронически улыбнулся, и сунул в карман лежащие на столе конспекты лекции, а затем жестом фокусника извлек оттуда несколько упаковок тысячерублевых ассигнаций: - Этого хватит?
- Должно хватить, - Звездолетов с сомнением взглянул на деньги, и категорическим тоном изрек: - Они наверняка фальшивые!
- Давайте проверим! – предложил я.

- Вы долго тут собираетесь сидеть, Андрей Михайлович? - прервал нашу интеллектуальную беседу пожилой мужчина с длинными седыми космами, вошедший в лекционный зал.
- А эта штуковина откуда взялась? – он с удивлением смотрит на преобразователь, лежащий посреди сцены.
- Вот Владимир Ильич принес, - кивает в мою сторону Звездолетов.
- Принес?! – опешил вошедший. – Так ведь эта штуковина весит тонны полторы, а то и все две! Интересно, что это такое?
- Наш гость утверждает, что это преобразователь энергии, - пояснил Звездолетов. – Ты бы, Кузьмич посмотрел, можно ли его отремонтировать?
Кузьмич откинул крышку и с удивлением уставился на странный механизм: - Никогда ничего подобного не видел! Какая-то помесь часов и радиоприемника!
- Так, так, - пробормотал он, нацепив очки с толстенными стеклами.
– Вот эта шестеренка согнулась, плата раскололась, сгорело несколько микросхем. Впрочем, микросхемы не проблема, что нибудь подходящее подыщем, а вот с шестернями сложнее. Нужна будет маленькая отвертка, ключик на десять, головка на двенадцать…
- А платина? – поинтересовался Звездолетов.
- Зачем платина? – удивился Кузьмич. – Вам что деньги некуда девать, что ли? Так тогда лучше мне бутылочку поставьте, когда сделаю!
Он открыл небольшой чемоданчик и принялся доставать необходимые ключи и инструменты.
- Аркаша, сходи в мою каморку, там в левом углу стоит сундук со всяким барахлом. Поройся и поищи два – три будильника и магнитофон или радиоприемник. Выбирай который побольше.
Дремлющий в кресле парень в камуфляже встал, лениво потянулся и поплелся в подвал.
- А вы чего загрустили, господа ученые? – поинтересовался Кузьмич, приступая к разборке преобразователя. – Сходите пока за бутылочкой, да и закуску не забудьте.
Я встал и принялся рассовывать деньги по карманам. Звездолетов последовал моему примеру.

Продавщица при моем появлении едва не упала в обморок.
- Сдачи не нужно! - Я широким жестом бросил на прилавок две упаковки тысячерублевых купюр и предложил своему напарнику взять все необходимое.
Он понял, что скромность в данной ситуации неуместна, и вскоре мы стояли у дверей магазина, размышляя, как дотащить до Дома Культуры пять ящиков водки и десяток увесистых пакетов с колбасой, сыром, консервами и прочей закусью. У меня возникло предположение, что заслуженный деятель общества уфологов несколько пожадничал, но недостаточное знание местных обычаев не позволило судить об этом с полной уверенностью. Наконец Звездолетов остановил какой-то грузовик и объяснил ситуацию. За десять тысяч водитель аккуратно довез драгоценный груз на другой конец площади и даже помог перенести его в лекционный зал.
На полу возле преобразователя были разбросаны шестеренки, микросхемы и какие-то железки непонятного назначения, а из распахнутого люка преобразователя торчали ноги Кузьмича.
- Кувалду, Аркаша! Стоящий на подхвате охранник сунул в протянутую руку тяжеленную железяку на длинной рукояти. Послышались глухие удары, и выражения, которые в моей памяти были зафиксированы под одним термином: «Ненормативная лексика».
- Ну что, приступим? – предложил Звездолетов, успевший сервировать стол.
- А про меня почему забыли? – из люка появилась рука, в которую Аркаша вложил наполненный до краев стакан.
- Выпьем за успех! – донесся из железной коробки голос Кузьмича. – Эх, хорошо пошла!
Водка имела весьма странный запах и обжигала слизистую ротовой полости, глотки и пищевода, но я, не желая отрываться от коллектива, выцедил стакан до дна. В голове зашумело, мне стало плохо, но включились дезонтикационные системы, и началась корректировка мнестических процессов. Секунд через тридцать все пришло в норму.
Я задумался, зачем люди употребляют этот напиток, содержащий более сорока процентов этанола, который токсически действует на человеческих мозг, но ответа не нашел. К удивлению, этанол являлся весьма хорошим источником энергии, а защитные системы нейтрализовали его действие на нейроны головного мозга.
Мы выпили еще по единой.
- Слушай, Вовчик, - обратился ко мне Звездолетов, наполняя стаканы, - давай перейдем на «Ты»! Зови меня просто Андрюха!
Я не возражал.
- Так говоришь, это ты круги нарисовал? – спросил Андрей. – А зачем, позволь узнать?
- Чтобы проконсультироваться о причинах самоуничтожения беспилотных ракет, высланных мне навстречу после трансляции обращения.
- А чего тут непонятного? – удивился Кузьмич, высунувшись из люка. – Забрался, понимаешь, в запретную зону, и принялся оттуда какую-то информацию передавать, причем на английском, а потом еще удивляется, почему его сбить пытались.
- В какую закрытую зону? – поинтересовался Звездолетов.
- Да на территорию второй стартовой площадки, - авторитетно пояснил Аркадий. – Об этом с утра весь город говорит.
- А что такое «Закрытая зона»? – я с огорчением понял, как мало узнал об этой планете.
- Засекреченный объект!
- От кого засекреченный?
- От нас с тобой и всех остальных! – Звездолетов посмотрел на меня как на идиота. – Ведь там же расположены установки баллистических ракет, нацеленных на территорию потенциального противника!
- А кто противник?
- Ты че, с луны свалился? – поинтересовался Кузьмич, опорожнив стакан, протянутый Аркадием. – Тот, кто собирается развязать войну!
- Зачем ее развязывать? – услышанное не укладывалось в сознании, противоречило логике.
- Разве вы никогда не враждовали друг с другом?
- Конечно нет! Да и вообще не могу представить, чтобы одна часть мозга или тела стала враждовать с другой, - я попытался разъяснить собеседникам элементарные истины.
- И вы никогда не сталкивались с цивилизациями желающими захватить вашу территорию, или узнать секретные сведения или технологии? Тогда, Вовчик, похоже, ты действительно не землянин, - констатировал Звездолетов.
- Ты пойми, Андрей! – ответил я, удивленный таким абсурдным образом мышления собеседника. - Вселенная безгранична, и места в ней с лихвой хватит всем. А секретов у нас нет, и мы с радостью готовы поделиться своими знаниями.
- И с нами?
- С вами в первую очередь, - я улыбнулся, и поднял стакан, собираясь произнести тост за контакт, который все же удалось установить.
- Как ты собираешься это сделать? – от моих слов Звездолетов, кажется, даже протрезвел.
- Сделаю блок памяти, совместимый с вашими компьютерами и скину туда информацию, которая вам пригодиться. Для этого потребуется совсем немного, кристалл кремния или алмаза размером с голову человека.
- Да, сущая мелочь, найти алмаз размером с голову!
- Вы что, даже кристаллические решетки создавать не умеете?! – удивился я, и пошел к котельной, возле которой заприметил кучу угля.
На подбор и загрузку нескольких миллиардов терабайт информации ушло около получаса.

Когда я открыл глаза и убрал ладони с успевшего слегка нагреться кристалла, мои новые знакомые сидели за столом с наполненными стаканами, щурясь от голубого сияния, испускаемого излучателем.
- Неужели работает?
- А ты как думал? – ухмыльнулся Кузьмич. – Да за такой магарыч я тебе даже компьютер отремонтирую!
- Не отвлекайтесь, братцы, - перебил его Звездолетов. – У нас тут водяры чертова гора, до утра не осилим. - Предлагаю выпить за контакт!
- Есть контакт! – широко улыбнулся я, поднимая свой стакан.