Печное топливо

Печное топливо

Франция. Ним. Совсем рядом находятся роскошные Канны, Ницца… Лазурное средиземное море. Я стою на балконе большой студии, медленно потягивая красное Бургундское и любуюсь вечерним городом. На календаре февраль, но тут настоящий апрель. Тепло, щебечут птицы, вокруг кипарисы и ели – красота, да и только! На первом этаже дома находится маленькая пекарня, и оттуда заманчиво доносится запах свежевыпеченных булок и корицы. Мои ноги послушно идут на запах, и через пять минут я уже вкушаю нежнейшие круасаны.
После утомительного почти двух дневного путешествия польским «Синбадом», есть такая автобусная мега фирма у поляков, чувство свободы закружило мне голову. По сравнению с замкнутым пространством автобуса, комната мне показалась настоящим дворцом, а балкон – ложем императора. Внизу стоит моя новая машина. Хотя она не совсем новая, ей уже пять лет. Да и вид у нее, скажем честно – довольно неказистый. Товарищ мне купил ее по интернету, сам он уехал в Италию по делам, и оставил авто во дворе свое бывшей подруги, которая вот-вот должна выйти замуж, но не за него, и в то же время она милостиво предоставила мне свою жилплощадь на пару дней, учтиво съехав к своей маме. Примерно вот такой расклад получался - чисто французский. Деликатный до безумия. В комнате зазвонил настойчиво телефон. Пару секунд я колебался. Взять или не взять трубку? Выпитая на радостях бутылочка вина, располагала к общению и я решился. Мужской голос в трубке настойчиво звал Мишель, а я на ломанном английском бойко отвечал, - Сейчас ее нет, но возможно она будет завтра.
В конце разговора я почему-то слегка покраснел. То ли от вина, а может и от того что кто-то меня вспомнил, не злым и тихим словом. Через полчаса версия номер два подтвердилась. В студию зашла девушка с мамой. Мишель, тоненькая как тростник, изящная словно птица, и ее мама - роскошная женщина. Неповторимый шарм на грани кокетства, стройная как струна фигура в теле, плавность движений, все это слегка волновало и тревожило душу. Зайдя в квартиру, они на меня не очень хорошо посмотрели, и хором произнесли - Бонжур, Дмитри.
Затем Мишель взяла с собой какие-то вещи и напоследок внимательно взглянула на телефон – возможно, она его захотела забрать с собой, но его габариты не умещались в изящную сумочку девушки и ее укоризненный взгляд мимолетом прошелся по мне. Но, эта неприятная пауза продолжалась не долго, и мы мило распрощались, а в конце даже расцеловались в щечки. Они вышли, произнеся мелодичными колокольчиками – Арэвуар, Дмитри, оставили после себя шлейф аромата духов, а я остался один, в пустой квартире. Вскоре мне позвонил и сам друг.
- Ты зачем трубку берешь, на чужом телефоне? Звонил жених Мишель, и у них произошел скандал…
- Я не знал… не хотел… - опешил я. – Виноват, но что же я уже могу поделать? Как я могу исправить вину?
- Не брать больше трубку, - буркнул товарищ и тут же раздались короткие гудки.
Слегка оконфузившись, я с ним согласился. «А что я собственно скажу в эту злосчастную трубку?», не зная и, не понимая французского языка. Глупо получилось конечно. С этой мыслью я закрыл глаза и погрузился в такой желанный, после утомительного переезда, сон.
Утром за мной заехал товарищ моего друга - Артур.
Высокий, подтянутый, - «гроза арабов», как представил мне его заочно товарищ. На его открытом лице отсутствовала печать страха и сомненья. Человек без компромиссов. Коммуникабельный, быстрый, честный. Примерно вот такой вот портрет, у меня вырисовывается в голове.
- У меня есть свободных только два часа, за это время мы должны все успеть. – Выпалил он, едва я успел сесть к нему в машину.
- Вопрос первый, у меня с собой только доллары, я не успел их поменять на евро.
- М…да, это проблема, - задумчиво произнес Артур.
- Какая? Тут что банков нет? – с изумлением спросил я.
- Ну, давай попробуем…
В первом же банке нам сообщили, что доллары меняют только на почте, и далеко не на каждой. Оказывается надо еще знать, какой почтамт удостоили такой чести – менять доллары.… Первый на нашем пути оказался не достойным, но зато там, нам указали на избранное место. Мы ринулись туда, благо Ним городок не большой, так что в скором времени мы открывали дверь хваленного почтамта. У Артура сразу слетело с лица спешащее и озабоченное выражение, и он покорно встал в очередь к служащему. Именно Служащему. Мне показалось, что его должность соответствует, посту нашего начальника главпочтамта. Почтение, с каким обращались к нему граждане, и важное выражение физиономии у достойного клерка привели меня к такому однозначному выводу.
На счет очереди среди французских граждан… Расстояние не менее полуметра друг от друга, и абсолютно спокойная и не принужденная атмосфера в зале. Вот такая у них очередь. Все проблемы остаются там, за дверью, на улице. Довольно таки быстро мы предстали перед служащим. Я вытянул пятьдесят долларов, и он мне их без проблем поменял, правда по космическому курсу. Затем я протянул не большую пачку сто долларовых бумажек. И тут почтальон оживился, рассказывая что-то Артуру.
- Ну, и что он говорит?
- Ситуация такова. Сто долларовые банкноты он должен отправить на экспертизу, в Париж.
Земля начала уходить из- под моих ног.
- Как в Париж? А когда же евро будут?
- Не раньше чем через неделю….
- Данке шон, сэнкью вэри матч, три макаси… а в общем - мерси мусье. – Пробормотал я на прощанье представителю почтовой службы.
На улице Артур меня успокоил и занял нужную сумму.
- Как приеду сразу верну, - горячо пообещал я ему, что в принципе по прибытию домой я и сделал.
- У нас осталось всего полчаса, - подытожил мой проводник время. – Будем делать страховку?
- Уи, - покорно ответил я ему. Хотя мне столько всего хотелось еще увидеть!
После оформления документов мы расстались, я еще пару часиков бесцельно побродил по тихим улочкам Нима, обошел вокруг с большим почтением местный коллизей. Затем заглянул в римский античный храм. По пути магазины заманчиво приглашали оставить в них занятые евро. Но, тут моя совесть чиста, я устоял перед этим искушением и отправился в студию собираться в далекую дорогу.
Утром Артур ровно в девять подъехал к моему дому. Вкратце он мне объяснил, как добраться до автобана и мы уже хотели распрощаться, как он себя шлепнул ладонью по лбу.
- Совсем забыл! Я тут с собой взял дизеля печного, если будешь его разбавлять с соляркой на заправках, сэкономишь денег.
- А это для машины не опасно?
- Да что ты, я уже год так езжу и ничего…. Главное мешай ее с нормальным топливом.
Так я стал обладателем трех больших канистр с красной жидкостью. Одну я вылил в бак прямо на месте, и не задерживая Артура отправился сразу в путь. Машина на удивление оказалось резвой, дизелек весело урчал, и я уверенно оставлял за собой сотни километров автобана. Вот уже и Лион позади. Неумолимо приближалась граница с Швейцарией, начинались горы. «Надо бы заправиться до границы», с беспокойством подумал я и стал высматривать тихую парковку. «Вот это вроде подойдет…», на стоянке было всего лишь две машины. В одной кто-то спал, а в другой сидела пожилая пара и изучала дорожную карту. Я осторожно вышел из машины, по- воровски оглянулся и достал канистру. Лейки, как таковой не было, а обрезанная бутылка явно не справлялась с поставленной на нее задачей. Лужица под машиной становилась все больше и больше. Пожилая пара бросила карту на заднее сиденье и быстро покинула паркинг. Мужчина рядом проснулся и так же срочно эвакуировался.
У меня слегка засосало под желудком от неприятного ощущения - они могут просто напросто сдать меня полиции. Как я узнал позже штраф со старта от 2000 евро, все зависит от количества топлива. Что там и говорить, нелегко зарабатываются еврики за границей. Наконец-то я домучил эту не законную операцию. Выбросил тару, со своей почти новой футболкой и двинулся дальше. Вот и Швейцария. Когда я проезжал Женеву, то увидел, как полицейский дружественно похлопывает по плечу остановленного им мотоциклиста. Они по-приятельски непринужденно беседовали,
и в тот момент я твердо решил – солью последние литры, в этой горной стране. Я на минуту представил соседнею Германию. Наручники с палкой – за содеянное преступление, возможно, были бы легким наказанием до штрафа. « Уж лучше в Швейцарии пропадать!», твердо решил я и въехал на стоянку. Все обошлось благополучно. Вскоре показалась Германия, со своими фиолетовыми туалетами, где весело танцуют крышки унитазов, очищая седоку желанное место. Моя машина, залитая под завязку красной соляркой - еле-еле тянула. А я впрочем, никуда и не спешил. Экономил.… Не буду долго утомлять читателя, долгой и нудной дорогой. В Польше я залил нормальный, качественный дизель. С каждой сотней километров, чувствовалось – машина оживает. Поздним вечером я подкатил под самую границу, осталось последнее село и пять минут езды до границы.
Я слегка нажал на газ, и тут машина – полетела! В ту же секунду сзади меня замигала полицейская сирена. Я встал как вкопанный, и ко мне важно подошел пан полицейский. В руке у него был радар, с фотографией моей машины сзади, а вверху на табло мигала превышенная мною скорость.
Я положил руки на руль и виновато взглянул на блюстителя закона.
- Пан согласен с нарушением? – Тыча мне в нос радар, произнес полицейский.
- Так, - я развел руками.
- У пана есть два варианта. Первый – заплатить штраф в 300 злотых. Второй – обратиться в суд, - и в конце он с предостережением добавил. – Третий вариант, не возможен…
Я быстро посчитал в уме сумму – сто долларов.
- А может, пентьдесент евро пана устроят?
- Пан хочет в тюрьму?
- Нет, пан хочет домой.
- Ну, тогда рушим до кантора – пенензы поменяешь, квитанцию выпешем.
Остаток пути, я ехал и размышлял – об экономии, в общем. Экономия должна носить системный характер. Тогда и солярка принесет выгоду. И покупка продуктов в дешевом арабском магазине, принесет пользу в семейном бюджете. А если экономить вспышками,хаотически, как правило, результаты бывают довольно неутешительными. Я вспомнил – как под самый конец отъезда из Нима, заехал в дешевый маркет. До закрытия оставалась минут пять, и я бросал наугад в корзину - сыры, колбасы, готовые бутерброды. И возле самой кассы я вспомнил о конфетах. Так вот.… Вместо коробки конфет, я купил шкатулку для колец. Зато дешево…
10.03.2011