"Осенний блюз" или Новогодний переполох

Натали НИГУРА

"Осенний блюз" или Новогодний переполох

Музыка
"Однажды поздно вечером, когда на улице будет дождь, я приду к тебе с бутылкой любимого вермута, чтобы остаться навсегда…
Будет вечер и свечи, будет петь для нас мой любимый Стинг, я буду плакать и просить прощения, и ты опять пустишь меня, чтобы не отпустить уже никуда…
За окном будет стучать дождь, как в тот день, когда я впервые переступила порог твоего дома, а мы будем лежать под теплым одеялом и целоваться… Я всегда любила целоваться с тобой – это было какое-то неповторимое удовольствие… Я всегда любила заниматься с тобой любовью - это было особенное удовольствие: ощущать твои прикосновения, твое дыхание, твой запах, слышать твой шепот и стоны удовольствия…
Когда я впервые встречу утро в твоих объятьях, то пойму, как страшно было бы, если бы этого никогда не произошло…." – я дописала последние строчки своего романа, глаза устало смотрели в монитор, часы показывали 23.00, я встала и потянулась, не без удовольствия покрутила шеей и пошла на балкон курить.
Легкий снежок хлопьями падал на землю, снег искрился и переливался в лунном свете, как будто какой-то волшебник обронил в спешке несколько изумрудов. Я прижалась к окну и, как завороженная смотрела во двор. Все чувства в душе перемешались: радость от окончания работы, грусть уходящего года, новые идеи и муки творчества – наверное, я просто устала и мне пора спать. Я вернулась в комнату, положила бумагу в принтер и нажала на печать. Листы зашуршала, и мое новое творение материализовалось на белых, как снег, страницах.
Я села на диван и стала просматривать листы, вдруг в тишине послышалась музыка, она доносилась откуда-то сверху, это была блюзовая композиция. Мне представился осенний парк, большие желтые листья, устилающие землю, огромный гриб у трухлявого пня, влажный воздух и аромат шишек, маленькая пушистая белка, прыгающая с ветки на ветку, одинокий крик птицы, нарушающий тишину…

Утро
В восемь часов меня разбудил звонок в дверь. "Господи, неужели это Петя, черт его побери", - выругалась я и, накинув халат, пошла открывать дверь.
Я наклонилась к замочной скважине и сонным голосом сказала:
- Петя, если это ты, то лучше уходи, по-хорошему, пока я тебя не задушила.
- А, если не Петя, тоже лучше уходить? - раздался за дверью приятный мужской голос.
- А кто? Дед Мороз?
- К сожалению, нет.
- А жаль, во всяком случае, то, что вы не Петя, уже радует, - сказала я и открыла дверь. Передо мной стоял молодой человек лет 30-35, высокий брюнет с удлиненной стильной стрижкой, классическим прямым носом, большим и хорошо очерченным ртом, красивыми синими глазами, как говорили в каком-то фильме: в общем, такие бабам нравятся. Он смотрел на меня и улыбался, вводя меня в смущение.
Сначала я, даже слегка расстроилась, потому что он застал меня не при параде и, о Боже, без косметики, но отступать было не куда. Одет он был в спортивный костюм, на ногах тапочки, в руках держал чашку, посему я сделала вывод, что он сосед и пришел что-то просить, скорее всего сахар, кофейку видно решил с утра попить. Все, перехожу на детективы, а что тоже прибыльное дело.
- С наступающим вас, - он мялся у порога.
- Новый сосед? – в лоб спросила я.
- А как вы догадались? – удивился он.
- По тапочкам, проходите, пожалуйста, - он посмотрел на свои тапочки и, явно, засмущался.
- Я действительно ваш сосед, недавно купил квартиру над вами.
- Так это вы вчера играли на гитаре ночью?
- Да, простите, я, наверное, мешал вам спать?
- Да нет, я сама полуночница, спать ложусь где-то под утро, проходите на кухню, присаживайтесь, я кофе собралась варить, будете?
- Да, с большим удовольствием, обожаю кофе, просто жить без него не могу.
- Сама такая.
- Правда, кофе я собирался варить дома, вот пришел к вам за сахаром.
"Нет, все-таки пора мне переходить на детективы", - не без удовольствия подумала я.
- Тогда будем пить кофе вместе, если вы не против, - предложила я и поставила турку на огонь.
- Нет, я только за, тем более, что пить с утра кофе в обществе красивой женщины всегда приятно, а чем вы занимаетесь?
- Пишу романы, – улыбнулась я, - а вы?
- И я пишу, только музыку, пишу и играю.
- Вы музыкант? – удивилась я, - Хотя, знаете, похож, - правда, прозвучала это несколько неубедительно.
- Вы тоже на писательницу мало похожи?
- Интересно, а на кого тогда я похожа?
- По-моему больше на актрису или телеведущую, - он как-то странно посмотрел на меня, словно, пытался вспомнить что-то, а потом спросил, - А вы, случайно не Елена Астахова?
- Да, - удивилась я.
- Я сразу вас не узнал, Альбина, мой директор, ваша большая поклонница, перечитала все ваши книжки и исследовала вдоль и поперек ваш сайт, прожужжала мне все уши, когда она узнает, что вы моя соседка, она обязательно захочет с вами познакомиться.
- Ну, хорошо, я обязательно с ней познакомлюсь… потом, - я натянула улыбку на лицо. Когда кофе было готово, я разлила его по чашечкам, и, поставив перед моим собеседником ароматный напиток, продолжила, - так что вы вчера играли?
- Эта композиция называется " Осенний блюз", я его вчера, наконец, дописал, долго мучался, у меня было несколько вариантов, но мне все не нравилось, но вчера я как раз нашел то, что так долго искал.
- Я тоже вчера закончила свой новый роман на радость Пете – это мой агент, вижу, что никто не хочет входить в Новый год с долгами. А музыка мне ваша понравилась, кстати, я вчера себе именно осень почему-то и представила, она чувствуется с первых нот, - и я описала ему картинку, которую вчера нарисовало мой воображение, слушая "Осенний блюз". Он выслушал меня внимательно, а потом сказал:
- Интересно у вас получилось, но, если честно, я представлял себе совсем другое, для меня этот лес абстрактный, он геометрический.
- Это как?
- Вообразите, - глаза его заблестели, я поняла, что он вошел в помешенное, свойственное лишь творческим людям состояние, - в вашем представлении это был классический осенний лес, а в моем – абстрактный: мои деревья в виде геометрических фигур.
- Это как? Елки – треугольники, дубы – овалы, кусты – квадраты? – пошутила я, но, как оказалось, попала в точку, а он, не меняя выражения лица, продолжил:
- Да, я чувствовал, что вы меня поймете, так вот, трава – это кривые линии разных цветов.
"Нельзя столько работать, - подумала я, - возьму себе на заметку."
- А капли дождя, какой они должны быть формы?- поинтересовалась я.
- Капли дождя – это параллельные линии, прозрачные прерывистые параллельные линии, - торжественно произнес он.
- Да, но музыка мне понравилась, - улыбнулась я.
- Я, правда, слаб в описании предметов и музыки тоже, - смутился он.
- Да ничего страшного, не переживайте, я в музыке вообще ничего не понимаю, могу сказать только нравится мне или нет, - попыталась подбодрить его я.
- Ой, это ваши ключи? – он показал на связку, лежавшую на столе, - смотрите, у вас такой же брелок, как и у меня, - он обрадовался, как ребенок, и показал мне свой брелок.
- Действительно один к одному, этот брелок мне Петя купил, потому что я их вечно теряла или оставляла где-нибудь ключи, а с таким увесистым брелком в виде сердца, который сразу бросается в глаза, их потерять трудно, как он сказал, будет трудно, но не с моими талантами, - пошутила я.
- Мне, кстати, Альбина купила его по той же причине.
Вдруг раздался звонок в дверь.
- Это точно Петя, - вздохнула я.
- Я пойду, с наступающим вас, встретимся в следующем году, - грустно сказал он, взял ключи и пошел к двери.
- С наступающим.

Петя
- Привет, Олена-Чудова, с наступающим тебя, как поживает твое творение, надеюсь, готово? – улыбаясь, сказал Петя. Его родители были родом с западной Украины, поэтому иногда он употреблял в речи украинские слова.
- Петя, чего тебе не спиться с утра, кому сегодня нужно мое творение?
- Виолетте, я уже ей пообещал, что мы к ней сегодня приедем и привезем твою рукопись, выпьем по рюмочке за наступающий, - радостно сказал Петя.
- Может, без меня? - скривилась я, - Мне еще продукты покупать надо, к родителям заехать, - продолжала ныть я.
- И не думай, не разжалобишь, поедешь, как миленькая, хватит моей добротой пользоваться, кстати, это кто из твоей квартиры выходил?
- А что? Ревнуешь? - улыбнулась я, - Это сосед мой, сверху живет, за сахаром приходил, черт, а я даже не спросила, как его зовут.
- Ну, меня ты этим не удивила, это как раз в твоем стиле: полчаса трепаться с человеком, напоить его кофе, но не спросить его имени. Узнаю тебя, Леночка, во всей твоей красе.
- Ой, ладно, не будь занудой, - завтра узнаю, как его зовут, он музыкант, а его директор Альбина, оказывается, моя большая поклонница, представляешь?
- Жаль, что ты не пишешь либретто, а то бы мы с Альбиной договорились на счет музыки, - Петя рассмеялся.
- Если после Нового года ты заключишь контракт и заставишь писать меня либретто, я сильно не удивлюсь такому повороту событий, а пока пошла собираться к Виолете, рукопись в спальне на столе, - обиженным голосом сказала я и пошла в душ.
Через сорок минут я уже была готова, а Петя досматривал рукопись, по лицу было видно, что он доволен, потому что оно у него просто цвело от счастья.
- Что, прикидываешь проценты? – улыбнулась я.
- Боже мой, да ты - Олена-Прекрасна, - Петя встал, обошел меня вокруг, взял за руку, и продолжил осыпать меня комплиментами, - ты как вино, годы тебя не портят.
- Петя, иди к черту, мне всего 30 с маленьким плюсом, - я показала на кончик мизинца.
- А если взять твое отношение к жизни, то всего пять с большим минусом.
- Ладно тебе на меня бурчать, что скажешь о моей работе?
- Я тебя еще вчера готов был задушить, ты нарушила все мыслимые и немыслимые сроки, но теперь я вижу, что это того стоило. Виолетта будет в восторге, она обожает этот жанр, а здесь столько надрыва, столько трагедии, такие чувства, такие эмоции, героиня - стерва, с себя писала? – пошутил Петя.
- Да, но только чуть-чуть, ты же знаешь, если списать с меня полностью, то читателя хватит инфаркт на десятой странице, но, если договориться с какой-нибудь фармацевтической компанией и прилагать к моей книге валерьянку, глядишь, на этом можно не плохо заработать, - отшутилась я.
- Я подумаю над этим, не плохая идея. Ты просто растешь в моих глазах.
- Вот видишь, ты просто еще не познал все грани моего таланта.
- Познал, познал, не переживай, я вот думаю насчет этого музыканта?
- В смысле? – не поняла я.
- Тебе же нужна будет музыка к аудиокниге, так вот, пожалуй, с Альбиной я и встречусь, раз уж она такая большая твоя почитательница.
- Петя, ты не перестаешь меня удивлять, практичность во всем, даже здесь сразу узрел выгоду, может, ты еще и захочешь, чтоб он мне бесплатно музыку написал?
- Знаешь, было бы не плохо, но тогда тебе придется за него замуж выйти, а я еще не теряю надежды самому на тебе жениться.
- Не стоит, хоть надежда и умирает последней, но не в нашем случае, мы уже раз попробовали, поэтому давай оставим все как есть, я не хочу, чтобы ты опять попал из-за меня в больницу.
- А это все потому, что не надо было ключи терять от квартиры, тогда мне бы не пришлось лезть в окно.
- Петя, это был первый этаж, я бы без тебя туда залезла, а потом вылезла, но только ты смог упасть с подоконника на кровать и сломать себе ногу, - я улыбнулась, вспомнив этот случай, после которого Петина мама приехала и забрала его вещи. Она сказала, что совместная жизнь со мной, которая продлилась ровно месяц, плохо влияет на здоровье ее драгоценного сыночка.
Тогда я еще была никем и ничем, но Петя меня все же заставил работать, став моим агентом, он сделал из меня Елену Астахову. За эти годы мы стали с ним единым целым, но любовь так и не пробежала между нами. Сегодня мы просто партнеры: я пишу - он удачно продает мои книги.
- Ладно, хватит болтать, - он немного разозлился, -поехали, Виолетта ждать не любит, а ты не забыла, о чем я тебя просил?
- Не переживай, я назвала одну из героинь ее именем, но больше этого делать не буду, предупреждаю тебя последний раз.
- Хорошо, хорошо, мой Чудовый Ижачок.
- Сам ты Ишачок, - улыбнулась я.
- Сколько раз я могу тебе повторять, не Ишачок, а Ижачок, ежик, понятно?
- Понятно. Пошли, - улыбнулась я, мне нравилось над ним подшучивать.
- Ключи взяла?
- Нет, они на кухне, сейчас заберу.
Я пошла на кухню, кинула ключи в сумку, на выходе позвонил телефон, я хотела вернуться, но Петя запретил мне, он не любил возвращаться, мы поехали к Виолетте.

Виолетта
Виолетта держала свое издательство, пробиться к ней было практически невозможно, но Петя это сделал, и последние три года мы очень плодотворно работали вместе. Жила она одна, обожала мужчин, любила быть в центре внимания, любила лесть, сплетни и интриги. Она была богата и могла все это себе позволить.
- Голубушка, здравствуй, - она обняла и поцеловала меня в щечку, - замечательно выглядишь, Петя сказала, что ты уже все закончила и у тебя есть для меня сюрприз?
- Да, - сказала я, присаживаясь на диван, - одну очаровательную интриганку я назвала твоим именем, - я посмотрела на Петю и увидела, что он стал белым, как стена.
- Боже, как мило, и что с ней случилось в конце книги?
- Она вышла замуж за миллионера, потом подставила ему любовницу, чтобы получить развод и оставила его почти ни с чем.
Глаза у Виолетты заблестели, это привело ее в восторг, а Петя начал дышать.
- Голубушка, надеюсь, ты принесла свое творение?
- Виолетта, ну, конечно, даже Петя его толком не успел посмотреть, так что ты будешь моим первым читателем.
Петя протянул ей мою рукопись, она прочла название:
- "След в ночи", прям детектив какой-то, - улыбнулась она, - может, попробуешь написать детектив?
- Я уже думала над этим сегодня утром, ты читаешь мои мысли, Виолетта.
- Нет, - вступил в разговор Петя, - в ее поступках нет никакой логики, какой детектив, она сама запутается и не будет знать, кто кого убил.
- А ты зачем? Поможешь ей.
- Нет уж, спасибо, вы смерти моей хотите, она же из моих уст не приемлет никакой критики. У нее на все один ответ: "Ты ничего не понимаешь"
- А ты как хотел, - улыбнулась Виолетта, - работать с творческими людьми нелегко, но интересно, знаешь, сколько я перевидала их на своем веку. Как-то подписываю контракт с одним поэтом, смотрю, он что-то долго подпись свою ставит, оказалось, - она улыбнулась, - что он вместо подписи написал стихотворение, которое пришло ему в голову в этот момент. Вот так-то Петя.
- Это мне знакомо не понаслышке, если Олена пишет, то здесь, на земле, ее просто не существует.
- Для этого на земле существуешь ты, - улыбнулась Виолетта, - чтобы обеспечить ей спокойную жизнь и возможность творить, сколько вы уже работаете вместе?
- Лет пять, - сказала я.
- Пять с половиной, - уточнил Петя.
- Молодцы, пора переходить на семейный подряд, вы как?
- Никак, - сказала я, как отрезала, - мы – только деловые партнеры. С некоторых пор мы решили свою личную жизнь устраивать отдельно друг от друга.
Петя покраснел и пошел пятнами, Виолетта быстро перевела беседу на другую тему, рассказала пару анекдотов, потом мы выпили шампанского, поздравили друг друга с наступающим и распрощались.

Недоразумение
Полдороги Петя злился и не разговаривал со мной, а я сидела и делала вид, что ничего не замечаю, мне вспомнился мой утренний гость, как он смешно пил кофе из чашечки: дуть стеснялся, поэтому, когда притрагивался к этому божественному напитку, то обжигал рот и поджимал губы. Как же его, интересно, зовут.
- Что влюбилась в музыканта? – прервал мои мысли Петя.
- А с чего ты взял? – удивилась я.
- Да так, сидишь, взгляд мечтательный такой.
- И что с этого?
- Да ничего, тебе куда? Домой? – холодно спросил он.
- Да, мне надо пару звонков сделать и в магазин сходить за покупками.
- Я съезжу с тобой в магазин, мне тоже надо скупиться, - кажется, он стал оттаивать, потом шутить, но в голосе чувствовались нотки недовольства.
Через полчаса мы подъехали к моему подъезду, поднялись на площадку, я стала открывать дверь, но у меня ничего не получалось.
- Лена, дожилась, свою дверь не можешь открыть, давай я тебе помогу.
Петя взял ключи, промучался еще минут десять, но все было без толку.
- Черт, - выругался он, - это же не твои ключи.
- А чьи? – удивилась я.
- Посмотри на брелок.
- Ну?
- Что ну, на нем глазки другие.
- Ну?
- Хватит нукать, а я тебе покупал с зелененькими глазками.
- Почему с зелененьким? – удивилась я.
- Потому что у тебя они тоже зеленый, понятно?
- Понятно, а здесь какие?
- А здесь синие. Это не твой брелок.
- Стоять, руки вверх, милиция, - услышали мы крик за спиной.
- Черт, - выругался Петя, - квартира-то на сигнализации. У тебя документы есть?
- Нет, конечно.
- Действительно, можно было и не спрашивать.
- Перестаньте разговаривать, вы арестованы за попытку проникнуть в чужую квартиру, вам придется проехать с нами в отделение.
- Но это моя квартира, – возмутилась я.
- Тогда предъявите документы, - сказал один из милиционеров.
- Они у меня в квартире, как я их вам предъявлю?
- Интересно, интересно, - сказал он, обходя меня вокруг, - так почему же вы свою квартиру не своими ключами открываете?
- Поверьте мне, товарищ капитан, я бы сильно удивился, если бы она их своими открывала, она очень рассеянная, вот и перепутала ключи.
- А вы откуда знаете, вы – муж?
- Да, - сказал Петя.
- Нет, - сказала я.
- Вы бы договорились сначала кто вы друг другу будете по легенде, а потом бы шли квартиру вскрывать. Тоже мне любители, могли бы и отдохнуть перед Новым годом, - сказал капитан, - Грищенко, быстро вези их в отделение, там будем разбираться, кто они и где. Мне еще елку купить надо, жена уже десять раз на мобилку звонила, замучила до смерти. А тут этим неймется, лазят по квартирам, а на вид вполне приличные люди, да Грищенко?
- Да, товарищ капитан, а преступники всегда под порядочных людей маскируются, вводят, так сказать, правоохранительные органы в заблуждения, - сказал Грищенко. После чего нам одели наручники и посадили в машину.
- Ну что, Олена-Чудова, - сказал мне Петя в машине, - с тобой не соскучишься. За все время нашего знакомства ты преподнесла мне много сюрпризов, но устроить мне встречу Нового года в отделении милиции на нарах – это верх всего.
- Не зарекайся, - спокойно сказала я, - ты еще не изведал все грани моего таланта.
- Не переговаривайтесь, - пригрозил нам капитан.
- Почему? – спросила я.
- Не положено.
- А как же звонок, я имею право на адвоката, - не унималась я.
- Вот приедете в отделение, там вам и зачитают ваши права, - сказал Грищенко, потом повернулся к капитану, - совсем бандиты распоясались, еще до отделения не доехали, а уже адвокатам звонить собираются.
- Мы не бандиты, и это моя квартира.
- Свою квартиру люди открывают своими ключами, а не чужими, - сказал капитан, - а вы, гражданочка, не морочьте нам голову.
- Но я ключи с соседом перепутала, - не успокаивалась я.
- А как соседа зовут? – спросил капитан.
- Не знаю, я не успела спросить.
- И чем же вы таким с ним занимались, что даже имя его спросить забыли, гражданочка?
- Кофе пили, - грустно сказала я.
- Не смеши людей, Лена, - стукнул меня в бок Петя, - а то нас в довершение всего еще в психушку отправят.
- Веселая вы, гражданочка, кофе пили, ключами поменялись, а как зовут не спросили, о чем же вы разговаривали с ним? – поинтересовался Грищенко.
- О музыке, он рассказывал мне о своей новой композиции "Осенний блюз", там еще в лесу елки – треугольники, дубы – овалы, кусты – квадраты, - попыталась объяснить им я.
- Лена, вы что курили травку? - с ужасом прошептал мне на ухо Петя.
- Какую травку, Петя, что ты несешь? – возмутилась я.
- Я несу? Это ты несешь непонятно что, какие в лесу елки – треугольники, дубы – овалы, кусты – квадраты? Ты думаешь, что ты говоришь? – Петя еле-еле держал себя в руках.
- Я пытаюсь объяснить его видение данного произведения, понятно?
- Лена, ты пишешь такие красивые романы, а в быту двух слов связать не можешь, чтоб не запутаться самой и не запутать других, - по глазам было видно, что он готов задушить меня.
- Гражданочка, с вами все в порядке? – поинтересовался Грищенко, - Мне, кажется, вы говорите что-то непонятное.
Я хотела возразить ему, но Петя так на меня посмотрел, что я решила промолчать.
- Не беспокойтесь, - сказал Петя, - с ней все в порядке, восприятие музыки, знаете ли, у нее неадекватное.
- Колется что ли? – переспросил Грищенко.
- Нет, - хором закричали мы с Петей.
- А то смотрите, в зоне с этим строго, - погрозил нам Грищенко.
- В какой зоне? – начала возмущаться я, - Вы нас только задержали, это недоразумение.
- Все так в начале говорят, - сказал капитан, - а потом оказывается, что на них не одно уже дело висит.
- С вашей легкой руки, - вставила я.
- Не хамите, гражданочка, - пригрозил мне Грищенко, а Петя стукнул меня в бок и прошептал на ухо:
- Если ты сейчас не закроешь рот, это будет последний Новый год в твоей жизни.
Я обиделась и надулась, так и просидела всю дорогу до самого отделения.

Отделение
В отделении царил хаос: на полу сидели бомжи, девушки легкого поведения маялись на стульях, вокруг стоял дым, пахло хвоей, на стенных были развешены снежинки, вырезанные из протоколов допросов, в углу спал пьяный Дед Мороз, подложив себе бороду под голову.
- Хорошенькое место ты выбрала для встречи Нового года, Леночка, - процедил сквозь зубы Петя, - Послушай меня внимательно, Ижачок, - он взял меня за руку, - если ты без моего разрешения, откроешь рот - останешься здесь до Рождества, понятно?
- Да, - сказала я, понимая, что он не шутит, - а если?
- Никаких если, понятно?
- Да.
Грищенко открыл перед нами дверь, на которой было написано "Майор А.И. Ющенко", когда нас завели в кабинет, то я увидела в углу музыканта, который сидел в том же спортивном костюме, в тех же тапочках и с чашкой в руках. "Да, - подумала я, - сходил парень за сахаром", за столом возле майора сидела молодая женщина лет 30-35 и что-то доказывала. Я сразу догадалась, что это Альбина.
- Вот, - прошептала я на ухо Пете, - это Альбина.
- Без тебя догадался, по музыканту, - сказал он.
- В конце концов, чего ты на меня злишься, это же не я перепутала ключи, а он, - я показала на музыканта.
- А нечего с незнакомыми мужиками кофе по утрам пить, - зашипел на меня Петя, - а теперь Петя расхлебывай за тебя, иди лучше к этому музыканту и узнай, как его зовут, а то опять опозоришься, а я пошел поговорю с Ющенко, вижу, что Альбина его уже хорошо обработала.
Я подошла и села на соседний стул с музыкантом, он посмотрел на меня, улыбнулся и сказал:
- Привет.
Мне, почему-то так тепло стало на душе, словно цветы расцвели на снегу.
- Привет, - сказала я и улыбнулась, - давно здесь?
- Практически, как вышел от тебя.
Сами того не замечая, мы перешли на ты.
- И как? – о задании Пети я забыла напрочь.
- Знаешь, масса новых впечатлений, и музыкальных, кстати, тоже. Представляешь, у меня с собой не было даже мобильного, пришлось звонить родителям, они вышли на Альбину. Она такая злая на меня, ты даже себе не представляешь.
- Я как раз представляю, у меня Петя такой же, если не хуже. У него вся жизнь по расписанию, а я в один миг взяла и свела все на нет, - я посмотрела в Петину сторону, они уже втроем мирно беседовали, Альбина повернулась и помахала мне рукой, я то же сделала в ответ, понимая, что сегодня мне от нее точно не отвертеться.
- Прости, это я во всем виноват, - сказал музыкант.
- Сейчас это уже не имеет никакого значения, - попыталась успокоить его я.
- Представляешь, я только сегодня узнал, что на моем брелке глазки…
- были синенькие, - прервала его я, а на моем…
- зелененькие, - тихо сказал он, а потом мы вместе добавили:
- С ума сойти…
- Знаешь, мне стыдно перед Альбиной, - сказал он, - и перед тобой и перед Петей.
- Только Пете этого не говори.
- Почему? – удивился он.
Я тут же представила, как Петя воспользуется ситуацией и заставит его бесплатно писать музыку к моим аудиокнигам до конца жизни.
- Он сейчас злой, вон, посмотри, - мы посмотрели на Петю, но он, почему-то, улыбался и уже держал Альбину за руку, а майор Ющенко светился, как новогодняя елка.
- Что-то он не похож на злого, на вид, такой добряк.
- Это только на вид, - попыталась испугать его я, - а так он такой, - я запнулась, потому что наши взгляды встретились.
- Ты сейчас такая смешная, как девчонка, - он улыбнулся, - а ведь я тоже читал некоторые твои рассказы.
- Да? – удивилась я.
- Да, мне очень понравился рассказ, в котором молодой человек встречает девушку за день до ее свадьбы, и они влюбляются друг в друга.
- "Два часа на острове любви", - вспомнила я.
- Да, именно он.
- Мне он тоже очень нравится, я его еще в институте написала, - я посмотрела на него, он на меня - мы оба смутились.
- Послушай, но я так и не понял, она сбежала со свадьбы или нет?
- Я и сама не поняла, если честно, - улыбнулась я, - а ты как думаешь?
- Ну, конечно, сбежала, к такому-то парню и не сбежать.
- Интересно-интересно, а она чем тебе не ТАКАЯ?
- Да, ладно, капризная и невыносимая, бедный парень, он еще с ней намучается.
- Тогда, если тебе его жалка, то она от него не сбежала, понятно, - разозлилась я.
- Еще и как сбежала, я даже музыку придумал, под которую она убежала, - и он стал напевать ее. Композиция мне понравилась, сразу вспомнились студенческие годы, наши безбашенные вылазки, чувства, похожие на любовь, как нам тогда казалось. Я посмотрела ему в глаза и почувствовала себя семнадцатилетней девчонкой, он так искренне улыбался, глядя на меня и напевая эту музыку, что мне самой захотелось взять его за руку, как героиня моего рассказа, и сбежать с ним на остров любви хотя бы на два часа, но всю иллюзию разрушил подошедший Петя, который сказал:
- Собирайтесь, мы с Альбиной все уладили, сейчас поедем по домам.
- Хорошо, - закивали головой мы.
Через полчаса, после долгих расставаний с Ющенко и братаний с Грищенко мы отправились домой. Петя усадил нас в свой серебристый Порш и повез сначала домой Альбину.

Недоразумения продолжаются

Как только мы сели в машину, она взяла меня в оборот, и мне пришлось рассказать ей о своем новом романе, пригласить на презентацию книги, поведать о творческих планах, но больше всего мне сейчас хотелось на остров любви. Я посмотрела на него, и вспомнила, что так и не спросила как его зовут, только я собралась сделать это, как услышала звуки патрульной серены и голос:
- Серебристый Порш номер 375-98 ЕВ, остановитесь, еще раз повторяю, серебристый Порш номер 375-98 ЕВ, остановитесь.
Петя что-то пел Альбине на ухо, та цвела и, похоже, останавливаться он не собирался.
- Петя, тебе сказали остановиться, ты что глухой? – возмутилась я.
- Олена-Чудова, успокойся, это не мой номер.
- Да, неужели ты думаешь, что я знаю твой номер, посмотри вокруг, кроме нас больше нет серебристых машин, - в марках машин я тоже не разбиралась, а ориентировалась исключительно только по цветам, поэтому, когда мне в романе нужно было описать марку автомобиля, Петя читал мне лекции часами, но это мне не помогало, я все равно делила их на красные, белые, золотистые, серебристые и тому подобное.
- Черт, - выругался Петя, - я же вчера транзитные номера поменял, еще к новому не привык.
Патрульная машина продолжала угрожать нам:
- Серебристый Порш номер 375-98 ЕВ, остановитесь, предупреждаю последний раз, и стреляю по колесам.
Петя прижал машину к обочине и остановился, патрульный автомобиль стал рядом, из нее вышли два инспектора, явно не довольные случившимся, один из них подошел к нам и представился:
- Инспектор Петренко, почему вы сразу не остановились на наше требование? Предъявите ваше водительское удостоверение и документы на машину.
Петя, улыбаясь, полез в карман, но очень скоро от его улыбки ничего не осталось.
- Что, - спросила я у него не без удовольствия, - документы где-то забыл?
- Да, в милиции оставил, черт возьми. Товарищ, капитан, - обратился он к инспектору, - простите, но у меня нет документов, я их в милиции забыл.
- Прошу вас и ваших пассажиров выйти из машины.
Мы послушно вышли из машины, а Петренко продолжил:
- Дело в том, товарищ водитель или господин? – он многозначительно посмотрел на Петю.
- Можно просто товарищ, - сказал Петя, понимая, что ветер сейчас дует не в его сторону.
- Так вот, товарищ водитель, машина, похожая на вашу, числиться у нас в угоне, документов на машину у вас нет, как и вашего водительского удостоверения, и паспорта, я думаю тоже, - он, потирая руки, посмотрел на Петю.
- Нет, - грустно сказал Петя.
- А у кого-нибудь из пассажиров есть документы, подтверждающие их личность?
Мы дружно помахали головой.
- А что вы делали в милиции? – поинтересовался Петренко.
- Нас задержали за попытку открыть квартиру не своим ключом, - сказала я.
- Это как? – не понял инспектор.
- Мы с соседом пили утром кофе и перепутали ключи, а квартиры на сигнализации были, стали открывать, приехала милиция, документов с собой нет, вот и арестовали.
- Вас как зовут? – спросил Петренко.
- Елена, - сказала я.
- Это же Елена Астахова, известная писательница, - сказала Альбина.
- Детективы пишите? – спросил он.
- Нет, женские романы.
- А это те романы, прочитав которые, баба сразу хотят цветов, шампанское и замуж.
- Ну, где-то так, - натянуто улыбаясь, сказал Петя.
- А как зовут вашего соседа?
- Не знаю, - сказала я, и мне стало стыдно.
- Да, Олена-Чудова, ты не Чудова, ты у меня слегка Чудоковата, ты что до сих пор не спросила, как его зовут?
- Понятно, красавица, откуда у вас потом берутся такие пикантные сюжеты, - усмехнулся инспектор.
- Меня зовут Аристарх, - и он протянул руку Пете.
- Петя.
- Очень приятно, - сказал Аристарх.
- Я подробности нашего знакомства - оставлю при себе, - обиженно сказал Петя.
- Я не пойму, кто с кем живет? – сказал инспектор.
- Никто и ни с кем не живет, - начала злиться я, - вам же сказали, что мы кофе пили утром, перепутали ключи, нас забрали в милицию, вот только выпустили.
- Что-то я не могу понять, откуда вас всех выпустили, никто ни с кем не живет, а кофе по утрам пьют вместе, потом ключи путают, это же сколько надо выпить кофе, чтобы ключи перепутать?
- Что вы к нам пристали, - возмутился Аристарх, чем разозлил инспектора, не привыкшего к тому, чтобы с ним так разговаривали люди без документов на машину и на себя в том числе.
- Я не понял, - сказал он, - у вас есть паспорт?
- Нет, - сказал Аристарх.
- Он, между прочим, известный музыкант, пишет песни для звезд, - сказала я.
- Да, - усмехнулся инспектор, - что ж он себе тогда на ботинки не заработал, на улице мороз, а он в тапочках? Что звезды некредитоспособные попались?
Этими словами он задел за живое Альбину, она напала на бедного инспектора и стала грудью защищать Аристарха, перечисляя все его награды и звания. Я в это время оттащила Петю в сторону:
- Петя, ты мне всегда говорил, что ты НИКОГДА и НИЧЕГО не забываешь, не теряешь, что в отличии от меня ты собранный и ответственный человек, а что теперь?
- Что?
- А то, что сейчас нас опять потащат в отделение из-за тебе, между прочим. Ладно нас, так теперь Альбина с Аристархом пострадают.
- Ой, ой, ой, сейчас расплачусь. Ты, кажется, забыла по чьей вине мы оказались в милиции?
- И что с этого?
- Ничего, считай, что мы просто культурно обменяемся экскурсиями, они нас пригласили в милицию, а мы их – в ГАИ, хочу заметить, что наше место покультурнее будет.
- Чем же?
- Там культурных людей больше, - парировал Петя, ему легче было спорить со мной, чем признать, что он виноват.
- О чем беседуем? – спросил Петренко, - вступаем в сговор?
- Какой сговор, мы уже полдня вместе, - начала возмущаться я, - все уже давно и во все вступили.
- А вы, я смотрю, сильно шустрая, так вот, хватит мне морочить голову, поезжайте за мной на пост, там с вами пусть начальство разбирается, кто из вас с кем чай пил, а машина пока на штрафплощадке постоит.
- Кофе, - сказала я.
- Какой кофе? – удивился он.
- Девушка уточнила, что мы пили кофе, а не чай, - поддержал меня Аристарх.
- Не знаю, что вы там пили, но на машину документов нет, у вас документов нет, поэтому вы задержаны.
Мы истерически улыбнулись, сели в машину и последовали за Петренко. По дороге все молчали, видно было, что Петя расстроен, потому что от себя он, явно, не ожидал такой оплошности.
- Что будем делать? – нарушила я тишину.
- Как и в прошлый раз звонить, - спокойно сказал Петя.
- Кому?
- Мы знаем с Альбиной кому.
Альбина кивнула головой.
- Главное, - добавила она, - чтобы люди были на месте, а там разберемся.
- А что с документами?
- Придется звонить Ющенко в отделение, - сказал Петя.
- Вот они там повеселятся, мы и так насмешили все отделение, а теперь мы у них будем гвоздем Новогодней программы, - пошутила я.
- Простите, это я во всем виноват, - сказал Аристарх, - если бы я тогда не перепутал ключи, то сейчас все было бы по-другому.
- Ну почему же, - сказала Альбина, глядя на Петю, - а, по-моему, все очень даже весело, так я еще не проводила последний день года.
- Я тоже, - сказал Петя.
- Вообще-то в милиции было не скучно, почерпнул много нового, - улыбаясь, сказал Аристарх.
- Обещаю написать рассказ по этому поводу.
Все засмеялись, атмосфера потеплела, и на душе стало легче…

Пост ГАИ
Машину поставили на штрафплощадку, а нас провели на пост, понятное дело, что перед праздником мы были никому не нужны, потому что все зарабатывали себе деньги на елки и шампанское. Первое, что мне бросилось в глаза – это была маленькая елочка, сантиметров пятьдесят-семьдесят, украшенная баксами, очевидно, они подумали, что елка недостаточно зеленая и решили придать ей яркости, Мичуринцы. Долларовые купюры были разного наминала, но то, что на елке висит не одна штука, поняла даже я.
- Они что не настоящие? – поинтересовалась Альбина у Петренко.
- Боже упаси, - сказал Петренко, - Как вы могли подумать, что мы будем украшать елку фальшивыми купюрами, мы, что бандиты какие-то, людей обманывать.
- Да, я бы поводил хоровод возле этой елки с большим удовольствием, - пошутил Аристарх.
- И много их здесь? – спросила Альбина .
- Новый год отметить хватит, - спокойно сказал Петренко.
- Да тут еще и на Рождество, и на Восьмое марта хватит, - предположила я.
- Успокойся, - прошептал мне на ухо Петя, - не нарывайся, а то точно все здесь останемся Новый год встречать.
- До Рождества еще далеко – заработаем, а про Восьмое марта вообще рано вспоминать, - сказал Петренко, любуясь елочкой.
- Здесь штуки три, не меньше, - прошептал мне на ухо Петя.
- Да нет, думаю больше, - сказал Аристарх.
- Та це ж копейкы, - сказал Петя, - только на Новый год и хватит, по скромному.
- А по нескромному? – поинтересовалась я.
- А по нескромному они не могут сегодня, поскольку при исполнении, поэтому только по скромному, а по нескромному будет только после работы, - пошутил Аристарх.
- Товарищ Петренко, вы будете нами заниматься и выяснять наши личности? – спросил Петя.
- Сегодня – нет, мне некогда, я еще в магазин не ездил, а до Нового года осталось часов пять, так что мне не до вас, а вот завтра…
- Вы хотите сказать, что завтра вам будет до нас? –спросил Аристарх.
- Завтра мне тем более будет не до вас, завтра с утра я смену сдаю, а вот придет Кац, может, ему будет и до вас, тогда он и разберется что к чему.
- Вы что хотите нас оставить здесь встречать Новый год? – испуганно спросила Альбина.
- Да, а что здесь такого, не вы первые, не вы последние, ничего удивительного, дадите денег, купим вам шампанского, чтоб не скучно было, - спокойно сказал Петренко.
- Я хочу пить шампанское вы своей квартире, - закричала я.
- А кто вам мешает хотеть? – удивился Петренко, - хотите, сколько хотите, это у нас не возбраняется.
- Что значит не возбраняется? – поинтересовалась Альбина, - позвоните в милицию и решите вопрос.
- Там уже все пьяные, а мы здесь, хочу заметить – еще трезвые из-за вас между прочим, - погрозил пальцем Петренко.
- Аристарх, - услышали мы за спиной чей-то голос, - а ты здесь какими судьбами?
- Иван, - закричал Аристарх, - сколько лет, сколько зим, а ты что здесь делаешь? Тебя тоже арестовали?
- Меня, - усмехнулся Иван, - меня нет, а ты я вижу попал под подозрение, что на этот раз натворил?
- Да так пошел к девушке пить кофе, очутился в милиции, вышли из милиции – арестовало ГАИ.
- Тебе всегда так с девушками не везет? – спросил Иван.
- Думаю, что на этот раз повезло, - улыбаясь, сказал Аристарх, и посмотрел на меня.
- Я бы на твоем месте так не обольщался,- сказал Петя, - она большая экстирималка, причем экстрим берет на ходу и из воздуха.
- Спасибо за рекламу, - сказала я.
- Лена, - протянула я руку Ивану.
- Иван, - протянул он мне ладонь, - а ты хорошенькая.
- А ты – Казанова, - пошутил Аристарх.
- Спасибо за рекламу, - сказал Иван, - а ты, Леночка, его сильно не балуй, а то он разлениться, расслабиться и ничего не будет делать .
- Она сама такая, - вставил свое слово Петя.
- Ой, товарищ подполковник, – расцвел в улыбке Петренко, - так это ваши знакомые?
- Да, Петренко, можно сказать с детства, выросли вместе, а эту девочку, - он показал на Альбину, - я дергал за косички, потом провожал из школы, потом предлагал выйти замуж, а ей все некогда было, да Альбина?
- Да, Иван, а у тебя не хватило терпения подождать, и ты женился, - улыбаясь, сказала Альбина.
- Ой, товарищ подполковник, так что же мне с ними делать, теперь они не простые задержанные получается.?
- Домой отпусти под мою ответственность, а после праздника разберемся, не встречать же им Новый год у тебя, а это что? – он указал на елку.
- Это, товарищ подполковник, этот, как его фен-шуй, ребята в Интернете прочитали, как правильно встрелить Новый год.
- Убери немедленно, ты что с ума сошел, начальство увидит, такой фен-шуй тебе устроят, мало не покажется ни тебе, ни мне, ни твоему фен-шую.
- Слушаюсь, товарищ подполковник, - сказал Петренко и потащил елку в соседний кабинет.
Вскоре все разъехались по домам, договорившись встретить Новый год вчетвером в кафе.

Незадолго до Нового года.
В десять часов Аристарх зашел за мной, он был такой нарядный и красивый в темно-синем костюме, белой рубашке и галстуке с цветами в руках.
- Ты очень красивая, - сказал он и поцеловал меня в щечку.
- Спасибо.
- Знаешь, - вместе сказали мы и рассмеялись.
- Так что? – спросила я.
- Я не хочу идти в кафе, давай встретим этот Новый год вместе, как те влюбленный в твоем рассказе, устроим себе сами остров любви, - предложил он.
- Я хотела предложить тебе тоже самое, - улыбаясь сказала я.
У него зазвонил мобильный.
- Да, - ответил он на звонок, - Хорошо, Альбина, я все понимаю, мы собрались сделать то же самое, с наступающим тебя и Петю, всех благ, пока.
- Что случилось? – спросила я.
- Ничего, просто они решили сделать то же самое, что и мы.
- Правда?
- Правда, давай схожу за шампанским, - сказал Аристарх.
- И я с тобой.
- Тогда быстрей одевайся, а то Новый год скоро.
Мы спустились к магазину, купили продуктов, шампанское и вернулись домой.
- НЕТ… только не это, - закричала я, роясь по карманам в поисках ключей, - кажется, я опять захлопнула дверь, не взяв с собой ключи…
- Успокойся, ключи у меня, - он достал из кармана заветный брелок с синими глазками, - пошли домой…
Потом мы еще долго целовались под его дверью, под бой курантов, болтали до утра, перебивая друг друга поцелуями…
Остов любви, осенний блюз, новогодний переполох – еще утром я даже не подозревала, как может выглядеть самый лучший Новый год в моей жизни…