БЕЗГОЛОВЫЕ

БЕЗГОЛОВЫЕ
Десятый час я трясся в плацкартном вагоне, глядя на метущуюся натуру через пыльное стекло. Я ехал в городок, название которого не помнил и порой ловил себя на мысли, что не знаю, зачем это делаю. Подъезжая к месту назначения, когда скука уже доедала мой мозг, я почувствовал, как задвигались мышцы на моем лице, складываясь в улыбку. Виной тому была безголовая детская кукла, которая чинно покоилась на шифере общественного туалета, ровно свесив ножки вниз. Эта композиция мне показалась не более чем забавной, потому что я еще не подозревал о невиданных мной явлениях, которые меня поджидали в этом городе.
Наконец-то раздался заветный скрежет и мне нужно было покидать вагон. Я достал свой чемодан и под дребезжание противного вокзального голоса направился к выходу. Спускаясь на платформу, я услышал ехидный вопрос от стоящего около вагона проводника:
- Впервые в этом месте?
- Ну да, - хмуро ответил я.
В ответ проводник расхохотался.
Немного растерянным я отправился на поиски такси. Зайдя за здание вокзала, я попал на автостоянку, кишащую различными автомобилями. Я стал наводить резкость, пытаясь разглядеть привычные отличительные знаки таксующих. Заметив несколько таких машин, я пошаркал к одной из них. Открыв одну из задних дверей, я плюхнулся на сиденье, при этом заявив приказным тоном:
- В гостиницу!
Машина тронулась. Мгновенно я задремал, но через несколько минут проснулся от гула клаксона. Открыв глаза, я наклонился в сторону шофера, чтобы спросить о причинах такой шумовой атаки, но после увиденного мой язык стал каменным и я не смог произнести ни слова. Таксист был без головы, после чего увиденная на подъезде к городу кукла мне перестала казаться забавной. Толкнув дверь всем своим корпусом, я вывалился из машины. Однако я не избавился от своих страхов – ужас охватил меня еще больше после того как я увидел город, заполненный безголовыми людьми.
Спустя время я стал привыкать к своему новому окружению и у меня проснулся к нему живой интерес. В городе царила фантастическая тишина, а общение между его обитателями сводилась к банальным прикосновениям. Это был самобытный ни на что не похожий язык. Я был съедаем каким-то странным нетерпением, которое заставило мои ноги идти в самую гущу – жажда общения не покидала меня, овладев мной словно вирус. Я сам плохо понимал что происходило. Подойдя к первым попавшимся людям, я хотел очень громко что-то им сказать, но у меня ничего не получалось – лишь руки потянулись к их телам. «Что такое? - спрашивал я себя. – Что с руками? Ой, а где голова?»
21 сентября 2011 г.