Журавли возвращаются весной

Журавли возвращаются весной
Ян Кауфман


Обаяние южного города Павла не обрадовало. Он бесцельно бродил по его узким улочкам с яркими развесистыми глициниями по обочинам, сутолокой отдыхающих и бойкими криками уличных торговок. Вдали, между кипарисами и платанами виднелась изумрудная гладь моря и над ней - белесая дымка.
В гостинице свободных мест не оказалось, и администратор посоветовала заглянуть утром. После утомительного перелёта хотелось принять душ и выспаться, но всё складывалось не так, как он предполагал.
Только сейчас Павел осознал абсурдность своего поступка.
Да, в последнее время они с Мариной жили под одной крышей, занятые каждый своими проблемами, не очень понимая друг друга. Она, в свои двадцать восемь уже защитила кандидатскую степень и готовила докторскую, а он, в тридцать, был ещё малоизвестным художником.
Это, несмотря на их тёплые отношения, задевало его мужское самолюбие. Только почему у него внезапно возникло желание - разорвать всё, уволиться, уехать навсегда подальше, чтобы начать всё сначала - он и сам не смог бы объяснить.
Почему именно в этот город? Может в надежде, что мягкий климат и море, которое он никогда не видел, успокоят его расшатанные нервы и откроют новые ощущения.
Павел сдал вещи в камеру хранения, машинально зашёл в небольшой, пустой ресторан, заказал сто пятьдесят водки и бефстроганов.
Водка оказалась тёплой, а бефстроганов – холодным.
Пригубив налитое в рюмку, он поковырял вилкой в тарелке, отыскивая там хоть что-то съедобное. Аппетит пропал.
Глядя в окно, он вспомнил, как Марина, когда автобус уже трогался в аэропорт, опустив глаза, сказала: «Надумаешь вернуться, я буду рада!» Слезинки предательски покатились по её лицу. Он, молча, кивнул, а на душе стало горько…
Воспоминания прервала официантка, подавшая счёт.
Павел расплатился и пошёл к морю. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, и прямо от берега по бесконечной, уже темнеющей массе воды, тянулась ослепительная, до боли в глазах, яркая дорожка. Волны с шумом накатывали на берег, а затем, шурша прибрежной галькой, словно недовольно ворча, сползали обратно.
Невольно вспомнилось: как-то друзья, рассматривая его подмосковные пейзажи и случайно наткнувшись среди них на портрет Марины, сострили: "Так ты ещё и маринист! Аты море хоть видел?"
Павел бесцельно бродил по опустевшему пляжу. Сумерки наступили как-то внезапно, и свод неба осторожно заиграл мириадами звёзд. Их отражение в тёмной воде было завораживающим. Постепенно серебристая луна окутала дрёмой пляж и бухту.
Павел прошёл по пирсу и, подняв воротник пиджака, сел на скамейку. Монотонный шум волны, бьющей о пирс и тёплый южный ветер убаюкивали... Стараясь ни о чём не думать, он уснул...

Снилось, будто они с Мариной летят, словно птицы, высоко-высоко в вечернем небе. Внизу, в излучине Москвы реки, видны ярко освещённые золотые купола и кресты церквей Коломенской усадьбы. Голову Марины украшает венок из ромашек, лепестки которых, кружась словно снег, падают вниз…
«Всё в жизни проходит безвозвратно, - говорит он ей, - вот и твой венок осыпается». Она только и успевает ему возразить: «Нет, птицы всегда…».

И в этот момент далёкие сполохи молний и раскат грома его внезапно разбудили.
«Странный сон, - подумал Павел, подойдя к парапету пирса, - Что она хотела сказать про птиц?» Оглянувшись на спящий город, он вдруг сказал в сердцах: «Пропади всё пропадом. Всё пройдёт!»

«Что, утопиться решили? Больно неудачное место выбрали. Мелковато здесь, можно только ноги поломать. Подождите хоть до утра!», - раздался откуда-то из предрассветной темноты насмешливый женский голос. Только сейчас на самом конце пирса он разглядел рыбачку со спиннингом в руках.
«А вы что, тут утопленников ловите?», - поддержал он шутку.
«Да полное ведро уже наловила», - ответила она дружелюбно, - скумбрия с рассветом подходит».

Вдруг со стороны моря послышалось громкое курлыканье журавлей, и высоко в утреннем просыпающемся небе показался клин журавлиной стаи. Павел, заворожённый этой красотой, стоял, задрав голову.
«Ну, всего хорошего! Пора мне сматывать удочки, - сказала рыбачка, поднимаясь,- Вон и журавли полетели до дома».

«Да и мне пора!», - ответил он, решительно, - дайте ведро, я помогу донести». Они не спеша шли по ещё спящим улочкам и говорили о всякой чепухе.

Потом он вдруг сказал: «Знаете, сегодня впервые увидел, как журавли летят к нам, на Север. Всегда с грустью провожал их, летящих на юг».
«Чудной вы какой-то! Так журавли всегда весной возвращаются на север».
Около её дома они расстались, так и не познакомившись.
«Смотрите, весну не прозевайте!», - пожелала рыбачка на прощанье.

«Да, Марина была права, - вспомнился недавний сон, - Птицы всегда летят домой…»
Спустя два часа Павел был уже в аэропорту.

*****

На аукционе Кристис в Лондоне картина «Журавли вернулись» была продана в первый же день работы.

Картина Марка Шагала "Над городом"




© Copyright: Ян Кауфман, 2007
Свидетельство о публикации №207092400110