Лето теней. Глава 1.

Посвящается Antonio José Puerta Pérez…

«Рождение – не начало, смерть – не конец»
Чжуан-цзы

***

«Теперь я способен на такие вещи, о которых ранее мог лишь читать в фантастических романах. Мне открылись ответы на множество вопросов, волновавших человечество на протяжении нескольких тысяч лет. К сожалению, новые возможности влекут за собой проблемы и ответственность, а не могущество и счастье, как могло бы показаться на первый взгляд. Мои враги по-прежнему сильны. Рано или поздно они достанут жертву, даже не смотря на уровень её врожденного таланта. Впрочем, я всё равно не имею права оступиться, ибо их победа приведет к таким последствиям, что сюжет небезызвестного фильма «Матрица», описывающий реальность, как жалкую иллюзию, покажется детской сказкой в сравнении с тем, что будет ждать наше общество. Мы навсегда потеряем свободу. А, может быть, её у нас никогда и не было на самом деле?».

Из дневника Николая Баженова. 25.08.2009 г.


1. Безработный

Москва. 20.06.2008 г.

Я подоспел как раз к самому началу трансляции. Пятница. Вечер. Просмотр увлекательного футбольного поединка – что может быть лучше? Для меня, скромного коммерческого директора одной маленькой московской фирмы - решительно ничего. Ужин уже начинал потихоньку остывать. Небрежно бросив на кресло галстук с пиджаком, я позволил кожаным объятиям дивана захватить себя, после чего уставился в телеэкран.
Бетис - Сарагоса. Вывеска матча изначально представлялась не слишком-то яркой. Противостояние крепких середняков испанского чемпионата. Впрочем, выбора всё равно не оставалось – другие игры тура перенесены на выходные. Команды начали, что называется «без раскачки» – высочайшие скорости, бескомпромиссная мужская борьба, жёсткий прессинг буквально на каждом участке поля. Юный Хосе Мачадо, десятка севильского клуба, с первых минут выделялся из общей массы, раз за разом «разбрасывая» более опытных защитников искусными финтами и вынуждая именитого вратаря соперников демонстрировать всё своё умение. Опасные атаки хозяев следовали одна за другой. Гол назревал. Казалось, ещё чуть-чуть, и в оборонительных редутах противника обязательно вскроется брешь.
Увлечённый перипетиями сражения, я даже как-то и не сразу заметил, что Мачадо камнем рухнул в штрафной площади гостей. Причем, без чьей-либо помощи – буквально на ровном месте. Спустя несколько мгновений судья остановил игру. Бригада медиков бросилась к распростёртому на траве футболисту. Оператор взял крупный план. Игрок продолжал лежать без движения. Стало ясно - он находится в бессознательном состоянии. На стадионе воцарилась гнетущая тишина. Шок.
Эскулапы продолжали колдовать над пострадавшим. Наконец, он слабо шевельнул рукой. По трибунам пронёсся облегченный вздох. Перевернувшись на спину, испанец попробовал подняться. В итоге, ему удалось сделать это лишь с посторонней помощью. Понятно, что о продолжении матча с его участием не могло быть и речи. Один из запасных севильцев начал интенсивно разминаться.
Замена. Слегка пошатываясь, Мачадо побрёл к раздевалкам. Пересекая границу технической зоны, он обернулся и вскинул руку в приветственном жесте. Фанаты ответили ему оглушительными аплодисментами. Как выяснилось позже, они лицезрели талантливого форварда в последний раз. В раздевалке он вновь потерял сознание, теперь уже навсегда…

Утром следующего дня известие о смерти кандидата в сборную Испании мгновенно облетело все новостные агентства. Я узнал об этом из интернета, когда во время обеденного перерыва просматривал страницы любимого спортивного портала. В качестве причины трагедии называли сердечный приступ. Причём Мачадо пережил его дважды. Удивительно, как после первого из них парень нашёл в себе силы подняться и уйти с поля на своих двоих? Куда, спрашивается, смотрели врачи? Зачем им тогда носилки? Возможно, это физического усилие оказалось для Хосе фатальным. И как так получилось, что совсем ещё молодой, прекрасно подготовленный к нагрузкам, спортсмен умирает на глазах миллионов? Здоровье представителей его профессии проверяют вдоль и поперёк, причём, в течение года – не единожды. Или на все выявленные проблемы в течение многих лет умышленно закрывали глаза? Деньги и титулы для футбольных функционеров оказались дороже человеческой жизни, так что ли?
Чувство негодования внутри меня разрасталось. Сгоряча я даже ударил кулаком по столу, да так, что папки с документами, лежавшие на самом краю, стремительно попадали на пол. Секретарша удивлённо обернулась в мою сторону:
- Николай Валерьевич, с вами всё в порядке? – спросила она, облизнув конфетно-розовые губы.
- Да, всё нормально, Алла, не стоило беспокоиться, - проговорил я, параллельно поднимая чёртовы папки.
- Просто, сколько я с вами работаю, ещё ни разу за вами такого наблюдала.
- А вы поменьше наблюдайте и больше работайте. Я же сказал, что всё хорошо. Советую заниматься прямыми обязанностями, а не разводить здесь демагогию психоанализа!
Девушка тут же уткнулась в экран ноутбука, принявшись изображать глобальную трудовую занятость. Я закурил, стараясь понять, что же конкретно никак не давало мне покоя. Неужели смерть какого-то иностранного футболиста, который не приходился мне ни братом, ни другом, ни кем-либо ещё, могла столь сильно взволновать меня? Сказать по правде, я и игр-то с его участием видел две-три, не больше. В душе же продолжала баррикадироваться тоска. Казалось, будто она, время от времени, сжимает внутри меня абсолютно всё, мешая нормально дышать. Стало как-то не по себе.
Пальцы сами потянулись к клавиатуре. Я быстро набрал адрес - youtube.com. Как оказалось, какие-то умельцы уже успели смонтировать и выложить на просторы всемирной сети небольшой ролик, вместивший в себя наиболее эффектные голы и фотографии из повседневной жизни погибшего. И музыкальная композиция была потрясающа. Я не нашёл в себе сил досмотреть до конца. Этот симпатичный, жизнерадостный парнишка никак не заслуживал столь ранней гибели. И его образ всё никак не желал вылезать у меня из головы.
Работать расхотелось окончательно. Я не понимал, что со мной происходит. Секретарша вновь подала голос, чем, стоит признать, сумела немного отвлечь меня от тягостных раздумий:
- Николай Валерьевич, позволю себе напомнить, что на сегодня назначено совещание совета директоров, которое начнётся через пять минут.
- Совсем забыл. Спасибо, - ответил я, поспешно поднимаясь и выискивая взглядом портфель.
- Кстати, утром звонил некий господин Белов и настаивал на немедленной встрече с вами.
- Какой ещё Белов? Среди моих знакомых нет человека с такой фамилией. Да, чёрт с ним, подождёт! – прокричал я из глубин коридора.

Революционная маркетинговая стратегия… Завышенные рекламные бюджеты… Рост конкурентоспособности… Обновление структуры управления цепью поставок…
Докладчик распинался уже более получаса. Я же слышал только отдельные фразы и никак не мог сосредоточиться. В действительности, ничего интересного речь в себе не содержала. Одна из тех, скучных и чрезмерно затянутых, какие мне приходилось выслушивать множество раз ранее. Обычно я всегда улавливал общую нить рассуждений даже в самых запущенных случаях, но сегодня выдался явно не мой день.
- А что думает по этому поводу господин коммерческий директор? - недовольный голос председателя вывел меня из состояния длительного оцепенения.
- Э-э-э… простите, я немного отвлёкся, по какому поводу? – растерянно переспросил я.
Одутловатое лицо моего непосредственного начальника, казалось, начинало неминуемо багроветь. Обхватив шариковую ручку толстыми пальцами-сосисками, он яростно застучал ею по зеркальному столу.
- Тук-тук. Мы здесь. Твою мать, Баженов, да что такое с тобой творится? Какие-то личные проблемы? Тогда изволь решать их без ущерба для рабочего процесса, усёк?
- Так по какому поводу? – вновь повторил вопрос я, но на этот раз, уже более уверенным тоном.
- Двукратное увеличение финансирования нашего филиала в Екатеринбурге.
Я отвечал что-то расплывчатое. Даже ввязался в полемику по вопросу чрезмерного расширения штата сотрудников в вышеназванном структурном подразделении. Последовали новые вопросы, споры, телефонные звонки… Члены совета перебивали друг друга, требовали увеличения полномочий собственных департаментов, сокращения издержек. Меня стал безумно раздражать весь этот бедлам, хотя я наблюдал его и прежде – каждую неделю в субботу, ровно в три часа дня. Да и какого чёрта я вообще работаю в выходной день? Я вновь вспомнил вчерашний матч, и вот внутри что-то надломилось, тоска накатила с новой силой, накрыв меня с головой убийственными волнами. Поддавшись порыву, я вскочил с места и начал собирать вещи. Осточертело! Мне срочно необходим отпуск. Надоело ежедневно наблюдать физиономии всех этих самодовольных ублюдков. Казалось, председатель оторопел:
- Ты куда вообще собрался? Случилось что? – визгливо вопрошал этот жирдяй.
- Да. Вчера ночью умер Хосе Мачадо, - бросил я, удаляясь.
- Кто?! Баженов, вернись немедленно! – орал он.
Но я не вернулся.

- Ой, ты сегодня приятно рано! – воскликнула жена и, едва открыв дверь, одарила меня нежным поцелуем. – Я так соскучилась, милый!
- Я тоже, дорогая, тоже… - глупо улыбаясь, промямлил я, и переступил через порог.
- Тяжелый день? – супруга всегда безошибочно чувствовала моё настроение.
- Не то слово, с понедельника – в отпуске, - соврал я.
- Ты не говорил… так неожиданно, тебя точно не уволили? – Вика принялась сверлить меня взглядом.
Я ничего не ответил, но был уверен, что она поняла всё без слов.
Несколько часов, предшествовавших наступлению вечера, мы играли в молчанку. Жене не терпелось приступить к длительному допросу, но зная мой характер, она благоразумно предпочла подождать, пока я сам, наконец, не «расколюсь».
Закрывшись в комнате, я вновь залез в интернет. Новостная лента «Яндекса» сразу же ужалила заголовком: «Подруга умершего футболиста должна будет родить приблизительно через два месяца». После клика по ссылке мне открылся вот такой текст:
«Невеста скончавшегося вчера футболиста «Бетиса» Хосе Мачадо находится на седьмом месяце беременности. Ночью двадцатилетняя Мария вместе с родственниками Хосе была у гроба, выставленного для прощания на стадионе севильской команды. Как сообщают испанские газеты, ранее девятнадцатилетний Мачадо хотел во что бы то ни стало жениться на девушке до рождения ребенка, чтобы тот появился на свет в законном браке».
На глаза у меня навернулись слезы. Мне стало безумно жаль дитя, которое в будущем сможет видеть родного отца лишь на телеэкране – благодаря сохранившимся видеозаписям матчей его команды. Никому не пожелаешь аналогичной участи. Уже сейчас ходят слухи, что руководство «Бетиса» пожизненно закрепит десятый номер за Мачадо, и лишь его возможный сын будет иметь право играть под ним, если, конечно, вообще решит связать свою судьбу с футболом. Мне почему-то казалось, что несчастная Мария сделает всё, чтобы этого не произошло.
Что-то не припоминаю, чтобы я прежде был настолько впечатлительным. Не в силах успокоиться, я потянулся к тумбочке в поисках носового платка. Вся эта ситуация страшно выводила меня из себя, но я абсолютно ничего не мог поделать с нахлынувшими эмоциями. Я рыдал, как мальчишка. Похоже, необычные звуки, доносившиеся из спальни, привлекли Вику:
- Дорогой, пожалуйста, открой дверь! Я слышу какие-то всхлипы… Что вообще происходит?
Исполнять её просьбу мне отчаянно не хотелось в силу объективных причин – будет ужасно стыдно предстать пред любимой в столь неприглядном виде. Впрочем, я старался никогда ничего не скрывать от неё, да и просто захотелось выговориться. Вика умела дать наиценнейший совет. Я поплёлся к двери, шаркая тапками по совсем ещё новенькому паркету.
- Ничего себе картина! - ошарашено воскликнула она после того, как я открыл. – Это ты так по причине увольнения убиваешься? Может быть, всё-таки расскажешь, что стряслось? – Вика вопросительно сдвинула тонкие брови.
- Эх, даже не знаю, с чего начать… - прошептал я, поспешно вытирая с лица последние остатки недавнего позора.
- Начни хоть с чего-нибудь!
Мы сели на кровати напротив друг друга, и я посвятил её в мельчайшие подробности свалившихся на меня напастей.
- Ну и дела! – присвистнула она, после того, как я замолчал. – Тоесть ты, вот уже целый день, не находишь себе места из-за смерти футболиста, коих на белом свете превеликое множество?
- Да. Его образ постоянно крутится у меня в сознании. Такое ощущение, будто с его гибелью я потерял нечто важное, возможно, часть самого себя.
- Хм. Похожие чувства испытывают, когда умирает кто-либо из очень дорогих людей. Я тут недавно читала о родственных душах. Существует теория реинкарнации. Говоря проще – переселения душ, - в этот момент её глаза заискрились озорным блеском, и я понял, что Вика вышла на одну из любимых своих тем.
- Давай уж как-нибудь обойдёмся без твоего мистицизма, - оборвал её я.
- А ты как-либо можешь рационально объяснить то, что с тобой сейчас происходит? Сколько спортсменов, да и вообще известных людей погибало до этого? Ты по каждому из них так горевал? – отмахнулась она. – Поэтому, прошу меня дослушать и более не перебивать.
- Прости. Ладно, продолжай, - мне никогда не нравился весь этот псевдомагический бред, всё более популярный в последнее время, но, в конце концов, я решил не препятствовать жене в её попытках хоть как-либо мне помочь.
- Тысячи лет миллионы людей верят в эту идею. Это понятие является важнейшей частью индуизма, буддизма, джайнизма и сикхизма. Предполагается, что душа человека, как некая энергетическая субстанция, в какой-то степени, вечна. Она совершает путешествие по множеству телесных оболочек. Одни души более, если так можно выразиться, «старые», другие – напротив. Каждая новая жизнь - это накопление определённого опыта, который, со временем, увеличивается настолько, что душа освобождается и более не обязана переселяться. Впрочем, существуют гипотезы, что души, как божественные порождения, аналогично бессмертны, и процесс путешествия по новым оболочкам – бесконечен. Теория реинкарнации подтверждается множеством свидетельств лиц, которые неожиданно открыли в себе «прошлую» память, заговорили на «мёртвых» языках, овладели навыками, ранее никогда ими не применявшимися. Их рассказы подробно изучались многочисленными историками, лингвистами и другими учеными. До сих пор не найдено логического объяснения данному феномену. Сейчас даже практикуется регрессная терапия. Это когда врач методом гипноза помогает пациенту вспомнить подробности его прошлых жизней, с целью именно там обнаружить причину проблем, преследующих его сейчас. Говорят, это работает. Недавно рассказывали о маленькой японской девочке, которая страдала от избыточного веса. Не помогали ни диета, ни спорт. Причём нарушений обмена веществ в её организме выявлено не было. Она просто слишком много ела. Тогда мать отвела несчастную к гипнотерапевту. После пары сеансов выяснилось, что в своей прошлой жизни малютка скончалась от голода в блокадном Ленинграде. Думаю, дальше объяснять не надо. Самое интересное, что после того, как она узнала о причинах своей страсти к чревоугодию, проблемы с лишним весом постепенно сошли на нет.
- Сведения, конечно, занятные, но каким боком всё это относится ко мне?
- Ну и нетерпеливый же ты. Короче, в рамках вышеназванной теории как раз и сформировалось уже упоминавшееся мною понятие «родственных душ». Слышал о таком? – проговорила она, пересев за компьютерное кресло.
- Что-то похожее припоминаю. Расскажи поподробнее.
- Души, имеющие друг с другом прочную связь на протяжении одной или нескольких жизней. Теперь понимаешь?
- Ты хочешь сказать, что в одной из прошлых жизней я вполне мог знать Мачадо?
- Не просто знать, а состоять с ним в весьма близких отношениях. Быть может, ранее, он являлся прекрасной барышней и…
- Не верю я во всё это. Чушь, да и только, - проговорил я, поднимаясь.
- Дело твоё. По мне, так вполне логичное объяснение вырисовывается, и его можно проверить.
- Да ладно? Как? – проговорил я, останавливаясь буквально в шаге от двери.
- Вот, держи, - она протянула мне визитку.
На узком красном прямоугольнике расположились лишь две строчки симпатичного округлого шрифта:
Белов Вильен Амадеевич,
магистр магии света и практикующий экстрасенс

С обратной стороны этот шарлатан указал контактную информацию, и даже банковские реквизиты! Признаюсь, в том, что он наглый мошенник - я не сомневался ни на секунду.
- Ты издеваешься? – засмеялся я. – Магистр магии света! Это ж надо было такое выдумать! Клоун, да и только!
- Предсказуемая реакция. Между прочим, этот человек весьма уважаем в элитных кругах московской спиритической тусовки. Говорят, он является учеником самого Моуди – известнейшего американского специалиста по регрессивному гипнозу.
- Видал я вашу тусовку… Ну, ты сама знаешь где. Женам олигархов и зажравшимся топ-менеджерам нравится играть в мистицизм – пожалуйста, никто не против, но не стоит равнять их со мной. Я пока ещё не настолько деградировал вследствие безбедного существования и отсутствия каких-либо вменяемых жизненных ориентиров.
- Слушая твои речи, мне, на полном серьёзе, начинает казаться, будто я живу со святым. Нет никаких сил с тобой спорить! Лучше пошли ужинать.
- Хорошо, я подойду буквально через несколько минут. Мне нужно подумать, – промямлил я, потирая висок.
Я ещё раз прочитал фамилию на визитке. Белов… Где-то мне это уже сегодня попадалось… Но где? Нервно зашагав взад-вперёд по комнате, я пытался вспомнить.
Вика, окинув меня испепеляющим взором, поспешно ретировалась.
- Конечно же! – воскликнул я про себя и схватил телефонную трубку.
Спустя несколько продолжительных гудков мне, наконец, ответил усталый женский голос:
- Алло.
- Привет Ир. Это Баженов. Мне нужно кое-что у тебя узнать…
- Что же такого ты, козёл, вознамерился у меня узнать? Я изо дня в день молилась, когда же тебя уволят, и, вот оно, свершилось. Всегда мечтала тебе рассказать, какой ты на самом деле никчёмный дебил. Ух, даже на душе полегчало!
- Как я тебя понимаю, злобный волк-начальник умышленно мешал безграничной самореализации талантливейшей золушки-сотрудницы. Мне сейчас не до разбирательств. Ир, нужна твоя помощь, ответь на всего один вопрос и я больше никогда в жизни тебя не побеспокою. Либо ещё можешь выпустить пар, я потерплю. Кричи, сколько влезет, выдумывай самые изощрённые ругательства, главное, после, всё равно, удовлетвори моё любопытство.
- Ох, ну и придурок же ты. Даже зверствовать расхотелось, ты так жалок... Говори, чего тебе? - зло спросила она.
- Сегодня какой-то Белов со мной встречу желал организовать. Ты случайно не запомнила его имени отчества?
- Вот так случайно я твоих дружков имена не запоминаю. Хотя, постой, у него оно нерусское какое-то, – в этот момент я почувствовал, как сердце моё стало колотиться заметно быстрее. - Сейчас в записной книжке гляну. Жди.
- Совпадение?! – подумал я. – Нет, не может такого быть. Уж очень фантастично получается.
Я уже нисколько не сомневался, что утром мне на работу звонил именно «магистр магии света». А вечером жена советует воспользоваться его услугами. Хм, а может она заранее его оповестила? Нет, это бред, ибо утром я ей совершенно точно не жаловался на душевные расстройства. Она не могла знать о том, что со мной происходит.
Бывшая сотрудница вновь вернулась в разговор:
- Этого Белова Вильеном Амадеевичем зовут. Вот так-то! Доволен?
- Определённо.
- Ну, тогда прощай, слизняк! – ответила она, после чего до моего слуха стали доноситься лишь короткие гудки.
Мне было плевать на её грубый тон и оскорбления. Мысли были заняты лишь господином Беловым и таким вот странным его появлением в моей жизни. Я проследовал к кухне.
На широком дубовом столе меня уже поджидали домашние шашлыки со спагетти. Стандартный компот жена почему-то заменила пивом. Она уже успела переодеться в шелковый бирюзовый халат и милые тапочки в виде мультяшных зайцев. Едва оказавшись напротив супруги, я сразу набросился на ужин. Жадно прожевав первые, самые большие, куски мяса, я решил сделать краткую паузу и спросил:
- Вик, а ты этому Белову случайно не давала мой рабочий телефонный номер?
- Ты меня начинаешь пугать. К чему мне это? – ответила она, удивленно пожав плечами.
- Просто этот хрен мне сегодня действительно звонил. Я вспомнил об этом только вечером, когда ты мне его визитку дала. Он настаивал на встрече, но меня не было на месте, поэтому секретарша сказала, что я перезвоню ему позже. Просто, ну очень странное совпадение, вот я и спрашиваю.
- Ты точно ничего не путаешь?
- Нет, звонил именно он.
В ответ жена лишь ещё раз пожала плечами.
Покончив с ужином, я почувствовал легкую усталость и, недолго думая, отправился в спальню. Покрепче укутавшись в одеяло, я дал себе твердое обещание завтра же посетить «магистра белой магии».