Вот - межконтинентальные ракеты

Вот межконтинентальные ракеты,
Бокал успеха и любимый "Беломор",
Всё в целлофановые, для еды, пакеты,
И даже странный дядька Бэрримор.
И даже странный дядька Бэрримор.

Вот чудотворный русский миноносец,
Вот атрибуты Бога и Любви,
И в небе вспыхнул Змееносец,
Рождённый в муках розовой зари.
Рождённый в муках розовой зари.

Покорны ли народы смыслу жизни?
Покорны ли закатам и ветрам?
А мозг сверлят доисторические мысли
И тянут на свиданье к юнкерам.
И тянут на свиданье к юнкерам.

У женщин ветреных счастливые рассветы,
Красивый сад у тихого ручья,
И странные эскизные сюжеты,
Да страстные объятья бытия.
Да страстные объятья бытия.

За шторками смакует время Сумрак,
Синь неба, где вертолёты бороздят,
А по крыльцу ступает шумно Призрак,
Но чувства счастья его видеть не хотят.
Но чувства счастья его видеть не хотят.

Достану "Атлас Мира" и уеду,
Возможно, на Чукотку или в Ад,
Чтоб одержать над ревностью победу,
И вникнуть в то, что говорил судьбе Пилат.
И вникнуть в то, что говорил судьбе Пилат.

По космосу летают "Атлас", "Тополь",
"Сармат", "Булава", "Трайдент" и шмели,
А я рулю сейчас в Константинополь,
Чтоб увидеть, как там вишни расцвели.
Чтоб увидеть, как там вишни расцвели.

Вечность – миг, судьба – игра с огнём,
Истина – где сердце бьётся гулко.
В зеркалах времён живёт лишь сон,
сон-сон
Переходящий в завтра
Завтра
Завтра – птица, в небе обречённая
На полёт сквозь пыль седых веков.
Может, встречу я тебя, о, нежданная,
Средь бескрайних, блудных облаков.
Средь бескрайних, блудных облаков

Кемерово - Кузбасс