О, где вы, дни, когда цвела весна,
И смех звенел, как ключ в лугах ро́систых?
Теперь судьба, как поздняя луна,
Холодный свет льёт на холмы могильные.
Я пью из чаши времени вино —
Оно горчит, как правда без обмана.
Но в сердце, где всё выжжено́ давно,
Ещё живёт тот свет, что дан изначально.
И пусть молчат надгробные плиты,
Храня покой ушедших поколений —
Я слышу глас: «Не плачь, что мир забыт ты,
Ведь вечность ждёт за дверью тленных сеней».
Так плести венки из света и печали,
Чтоб каждый миг, утратой острой колот,
Напоминал: ничто не пропадало,
Когда душа бессмертье в себе добудет.
Но если правда — в этом постоянстве,
В смирение перед вечностью немой,
То пусть мой стих, как свечка в божьем храме,
Горит, дрожит пред памятью святой.