Ихняя Палестина

Когда щупаешь в мониторе литературный гравий и видишь, как жиды русский язык картавят, хочется тоже сходить на ихнюю Палестину - заложить в талмудит-иврит нашу русскую мину. И стать там великими еврейскими писателями, размягчения Иерусалима предсказателями, так, чтоб в каждой ешиве в кабинете литературы со временем встали не только наши портреты, но и в рост златые скульптуры.
А потом с русскими ряхами - в шнобелевский комитет - говорить несомненно талантливым пейсателям: "Нет! Ну, куда вам? Так коряво и не по-еврейски пишете... Зря пыжетесь, вон, учитесь лучше у Абрам Степаныча, лауреата нашего рыжего...! "
И самые лучшие на иврите детские книжки напишет наш Иван Петрович Мартышкин, а не какой-нибудь там Мойша Срульевич, провозившийся год с "Двенадцатью стульями", да так и не смогший на родимый толково перевесть (уж коль Ягве талант не дал - тут хоть треснь...). Ну и вообще, своих графоманов всегда тащить за уши на Парнас, а их плоть от плоти и соль земли иорданской незаметно и по-тихому на всех сайтах сливать в унитаз...
Так и видишь, как какую-нибудь курчавую мордву объявляем мы ихним всё и гоним два века молву, что до него иврит был не живой еврит, а тяжеловесица, которую как прочтешь страницу, так сразу и хочется повеситься.
Понятно, добавить им букв, падежей, - сделать вселенским, чтоб на иврите говорили и писали даже в Смоленске, чтобы местечковый иврит стал великоивритским, наравне с великокитайским и великоедритским.
А что, устроить им лет так на сто наше биеннале, чтоб они, суки, потом свой родной язык не узнали! Чтоб в результате "естественного" языкового развития все срули обрусели и стали обычными колями, витями. Чтобы потом, когда перемелятся времена и нравы, обелокуренные даже во сне не вспомнили племенной свой гортанно-картавый...