Ворон Велимир

Во посаде Боголюбове в хмурое ненастье,
Хуже зверя лютого слуги царской власти,
На конях повадились грабить, куролесить,
Их чумной заразы разрасталась плесень.

Девок подбиваючи на дела срамные,
Саблями играючи - петухи хмельные,
Резали и вешали влево и направо,
Обойди ты , грешного, царская расправа.

Нынче к целовальнику в питейный дом наведались,
За свечою сальной занялись беседой,
Там, в углу пришелец был - хмур, в кафтане отрок,
Он вина почти не пил, всё сидит да смотрит.

Не по нраву царским псам пришлась его личина,
Без суда расправа там и от ран кончина,
Вдоволь накуражились и живот был вспорот,
Сели после бражничать, а он промолвил  : ”Скоро...”.

Не был гость посланником Сварога и Рода,
А случайным странником вороньего народа,
Оборотень да ведун, с мудростью и норовом,
Прозван же он был за то Велимиром Вороном.

От утех уставшие, утром в путь снаряжены,
Ехали опричники - надоело бражничать,
Занималася заря пламенем багровым,
Ждут народец слёзушки, смерти и погромы.

Через лес дорога шла, тут редок посторонний,
Потому молва пошла, а прозван лес - Вороний,
На конях уставшие царские холопы,
Завели их кони те да в глухие тропы.

Холодом разбужены сонно смотрят в стороны,
На ветвях простуженным хрипом кричат вороны,
Стаями слетаются, близится гроза,
Всадникам стараются выклевать глаза.

Длился до полудня их кровавый пир,
Правосудие вершил знахарь Велимир,
Разлетелось сытое к ночи вороньё,
А костьми забито всё царских холуёв.

Воронов не трогайте, династии царей,
Чтоб, как тать убогая, не лежать в земле,
Потому что вороны выклюют глаза,
Шли б, цари, вы в сторону. Куда? Сказать нельзя.