-- : --
Зарегистрировано — 133 308Зрителей: 74 914
Авторов: 58 394
On-line — 49 877Зрителей: 10035
Авторов: 39842
Загружено работ — 2 311 071
«Неизвестный Гений»
Закату и его маме Надежде
Пред.![]() |
Просмотр работы: |
След.![]() |
Стихи Анна Долгарева
Закату и его маме Надежде
Звали её Надежда,
учительница в школе.
И был у неё ласковый сын сероглазый.
А когда началось – на временном расколе –
ушёл на войну, не сомневаясь ни разу.
Отложил мечты когда-нибудь доехать к Байкалу,
отложил мечты – повзрослею, мол, подрасту.
И слышался сердца стук и колёсный стук.
И большая страна за окном вагона мелькала,
и было ему тридцать три.
Как Илье Муромцу или Христу.
Когда она прочитала
«Погиб самый светлый парень»,
Ей даже имя не нужно было – и так поняла.
И был сентябрь горячей кровью ошпарен,
и Оскол-река как из бутылочного стекла.
Звали её Надежда, но надеяться было не на что.
Сползала по стеночке.
Хоронили в открытом гробу, сдержать не могла вой.
Господи, почему.
Господи, для чего.
А потом подошла – такая уже, не юная
(Это её на иконах молодой рисуют, с младенцем),
Говорит: я своего тоже на руках баюкала,
Тоже потом хоронила – куда же деться.
А потом, говорит, восстал через три дня.
Так, говорит, и будет, слушай меня.
И открыла Надежда глаза – а рядом более никого.
И только плат на плечах чужой –
сияющий,
огневой.
Свидетельство о публикации №542042 от 12 ноября 2026 годаЗакату и его маме Надежде
Звали её Надежда,
учительница в школе.
И был у неё ласковый сын сероглазый.
А когда началось – на временном расколе –
ушёл на войну, не сомневаясь ни разу.
Отложил мечты когда-нибудь доехать к Байкалу,
отложил мечты – повзрослею, мол, подрасту.
И слышался сердца стук и колёсный стук.
И большая страна за окном вагона мелькала,
и было ему тридцать три.
Как Илье Муромцу или Христу.
Когда она прочитала
«Погиб самый светлый парень»,
Ей даже имя не нужно было – и так поняла.
И был сентябрь горячей кровью ошпарен,
и Оскол-река как из бутылочного стекла.
Звали её Надежда, но надеяться было не на что.
Сползала по стеночке.
Хоронили в открытом гробу, сдержать не могла вой.
Господи, почему.
Господи, для чего.
А потом подошла – такая уже, не юная
(Это её на иконах молодой рисуют, с младенцем),
Говорит: я своего тоже на руках баюкала,
Тоже потом хоронила – куда же деться.
А потом, говорит, восстал через три дня.
Так, говорит, и будет, слушай меня.
И открыла Надежда глаза – а рядом более никого.
И только плат на плечах чужой –
сияющий,
огневой.
Голосование:
Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0
Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0
Проголосовало пользователей: 0
Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0
Голосовать могут только зарегистрированные пользователи
Вас также могут заинтересовать работы:
Отзывы:
Нет отзывов
Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Трибуна сайта
Наш рупор






