Я ваял её из тишины,
из колючих, промозглых ветров,
из надежд, из мечты, из весны
и обрывков волшебных снов…
Я пытался в безмолвный гранит
влить тепло арестантской крови,
но художник, который творит,
сам — лишь пленник своей же неволи…
Может, я перепутал черты,
может, в душу подмешан был яд?
Но в глазах её нет теплоты,
лишь таёжный застыл закат…
Лишь холодный, бездушный гранит,
лишь оскал ледяной пустоты…
Моё сердце попало в силки,
птицей бьётся о грани мечты…
Я хотел оживить идеал,
чтобы в этой таёжной глуши
кто-то нежно меня ласкал
в беспросветной, как стынь, ночи…
Но творенье моё — лишь мираж —
отражение боли моей…
Бессердечный, пустой антураж
в беспробудности серых дней...
_________________________________
Там, где высится ельник седой,
где кончается право на крик,
я оставил свой призрак немой —
этот, в камне застывший, лик…
Свидетельство о публикации №537191 от 29 сентября 2026 года