-- : --
Зарегистрировано — 130 660Зрителей: 72 674
Авторов: 57 986
On-line — 44 268Зрителей: 8855
Авторов: 35413
Загружено работ — 2 236 436
СОЦИАЛЬНАЯ СЕТЬ ДЛЯ ТВОРЧЕСКИХ ЛЮДЕЙ
«Неизвестный Гений»
К ДНЮ ПАМЯТИ ВОИНОВ-ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТОВ!
Пред. |
Просмотр работы: |
След. |
14 февраля ’2016 
23:37Добавлено в закладки: 5
А я умер вчера.
Не на нашей земле -
на руках моих пыль
чужедальних дорог.
Не из нежных вьюнков
мне постелят постель,
не под сенью берёз, –
я вернуться не смог.
Взрывом мощным душа
разорвала простор
и взлетела туда,
где её и не ждали -
на отрогах холодных
безрадостных гор
для неё места нет,
да и будет едва ли…
Прости, мама, меня!
И отец - не ругай.
Знаю, что был не прав,
убежав в никуда.
Перейдя ту черту,
я шагнул через край,
где уже ничего…
И теперь навсегда…
Мне уже не познать
соловьиной весны,
и сады как цветут,
и как пахнут поля
ароматом хмельным.
И не снятся мне сны –
здесь покой, тишина.
Но чужая земля
вряд ли примет мой прах –
всё развеют ветра…
***
На ресницах тает первый снег.
Ночь чужая. И мороз по коже.
Только лязг затворов в тишине,
словно смерть крадётся осторожно.
В небе сумасшедшая луна.
Ослепляет, но и освещает
мир, где не закончена война.
И когда закончится не знает
здесь никто. А это значит - нам
в край родимый не вернуться скоро.
Для кого-то не придёт весна
и накроют мрачной тенью горы…
На губах солёная роса…
Сухо в горле. Как перед атакой
ангелов я слышу голоса.
Страха нет. Но хочется заплакать.
Не навзрыд – израненной душой,
что болит и сильно кровоточит.
Тишина. Но робок тот покой,
переменчив этой злою ночью.
В небе сумасшедшая луна…
После боя.
Раскалённое белое солнце.
И такой же белый песок.
Злой «афганец» нам в лица плюётся.
Горизонт, как растёртый желток.
Пыль скрипит на губах воспалённых,
а язык - будто лишний во рту.
Необстрелянных и зелёных
нас погнали на ту высоту.
Всё гудело, рвалось под ногами.
Я стрелял в никуда – наугад.
Шли без крика, скупыми шагами
на свой первый последний парад.
Пули – дуры. Но нас открестило.
«Повезло», - произнёс старшина.
А ребят с непрывычки мутило –
нелегко нам давалась война…
***
Я вернулся, мама,
птицей перелетной,
и, расправив крылья,
сяду на крыльцо.
И спою, родная,
о стране далекой,
посмотрев украдкой
в милое лицо.
Я вернулся, мама,
соловьиной трелью,
ласковым закатом
и грибным дождем.
А коль пожелаешь,
я приду капелью –
тем, что мы
в надежде
даже вечность
ждём.
Я вернулся, мама.
Не уйду.
Останусь.
Уходить – не страшно.
Больно – не прийти.
И пусть всех ушедших
не сомнёт усталость
на тернистом долгом,
жизненном
пути.
Я вернулся, мама…
СТАРЫЙ ФОТОСНИМОК.
Как слепок с нашей жизни этот снимок,
как памяти замедленный сюжет.
И мы на нём такие молодые
в неполные те девятнадцать лет.
Мы шли вперед, щетиня в небо дула,
наивные, готовые стрелять,
в крови топить мятежные аулы
и за идеи чьи-то умирать…
Там нас пасла беда,
по нам стреляли горы,
горела под ногами
прожженная земля…
Но верные приказам
из Кремля
свой грех не признавали
мы позором.
Всему учил Афган –
проклятый и прекрасный.
В стреляющих горах,
в расплавленных песках
познали: наша кровь
была такой же красной.
Мы вытерпели боль
и пережили страх!
Когда наш срок истек, -
прощанье было вечным.
Мы не стыдились слёз –
безусые, седые…
Бегут вразброс года.
Но память - бесконечна.
И мы на старом снимке
все те же -
молодые.
Стихи мои из цикла "АФГАН 1979-1989" .
Песня "А я умер вчера". Музыка и исполнение моего друга и соавтора Виктора Кислякова
Не на нашей земле -
на руках моих пыль
чужедальних дорог.
Не из нежных вьюнков
мне постелят постель,
не под сенью берёз, –
я вернуться не смог.
Взрывом мощным душа
разорвала простор
и взлетела туда,
где её и не ждали -
на отрогах холодных
безрадостных гор
для неё места нет,
да и будет едва ли…
Прости, мама, меня!
И отец - не ругай.
Знаю, что был не прав,
убежав в никуда.
Перейдя ту черту,
я шагнул через край,
где уже ничего…
И теперь навсегда…
Мне уже не познать
соловьиной весны,
и сады как цветут,
и как пахнут поля
ароматом хмельным.
И не снятся мне сны –
здесь покой, тишина.
Но чужая земля
вряд ли примет мой прах –
всё развеют ветра…
***
На ресницах тает первый снег.
Ночь чужая. И мороз по коже.
Только лязг затворов в тишине,
словно смерть крадётся осторожно.
В небе сумасшедшая луна.
Ослепляет, но и освещает
мир, где не закончена война.
И когда закончится не знает
здесь никто. А это значит - нам
в край родимый не вернуться скоро.
Для кого-то не придёт весна
и накроют мрачной тенью горы…
На губах солёная роса…
Сухо в горле. Как перед атакой
ангелов я слышу голоса.
Страха нет. Но хочется заплакать.
Не навзрыд – израненной душой,
что болит и сильно кровоточит.
Тишина. Но робок тот покой,
переменчив этой злою ночью.
В небе сумасшедшая луна…
После боя.
Раскалённое белое солнце.
И такой же белый песок.
Злой «афганец» нам в лица плюётся.
Горизонт, как растёртый желток.
Пыль скрипит на губах воспалённых,
а язык - будто лишний во рту.
Необстрелянных и зелёных
нас погнали на ту высоту.
Всё гудело, рвалось под ногами.
Я стрелял в никуда – наугад.
Шли без крика, скупыми шагами
на свой первый последний парад.
Пули – дуры. Но нас открестило.
«Повезло», - произнёс старшина.
А ребят с непрывычки мутило –
нелегко нам давалась война…
***
Я вернулся, мама,
птицей перелетной,
и, расправив крылья,
сяду на крыльцо.
И спою, родная,
о стране далекой,
посмотрев украдкой
в милое лицо.
Я вернулся, мама,
соловьиной трелью,
ласковым закатом
и грибным дождем.
А коль пожелаешь,
я приду капелью –
тем, что мы
в надежде
даже вечность
ждём.
Я вернулся, мама.
Не уйду.
Останусь.
Уходить – не страшно.
Больно – не прийти.
И пусть всех ушедших
не сомнёт усталость
на тернистом долгом,
жизненном
пути.
Я вернулся, мама…
СТАРЫЙ ФОТОСНИМОК.
Как слепок с нашей жизни этот снимок,
как памяти замедленный сюжет.
И мы на нём такие молодые
в неполные те девятнадцать лет.
Мы шли вперед, щетиня в небо дула,
наивные, готовые стрелять,
в крови топить мятежные аулы
и за идеи чьи-то умирать…
Там нас пасла беда,
по нам стреляли горы,
горела под ногами
прожженная земля…
Но верные приказам
из Кремля
свой грех не признавали
мы позором.
Всему учил Афган –
проклятый и прекрасный.
В стреляющих горах,
в расплавленных песках
познали: наша кровь
была такой же красной.
Мы вытерпели боль
и пережили страх!
Когда наш срок истек, -
прощанье было вечным.
Мы не стыдились слёз –
безусые, седые…
Бегут вразброс года.
Но память - бесконечна.
И мы на старом снимке
все те же -
молодые.
Стихи мои из цикла "АФГАН 1979-1989" .
Песня "А я умер вчера". Музыка и исполнение моего друга и соавтора Виктора Кислякова
Голосование:
Суммарный балл: 0
Проголосовало пользователей: 0
Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0
Проголосовало пользователей: 0
Балл суточного голосования: 0
Проголосовало пользователей: 0
Голосовать могут только зарегистрированные пользователи
Вас также могут заинтересовать работы:
Отзывы:
Вниз ↓
|
Оставлен:
12 февраля ’2018 14:30 |
Goodwin50
|
|
Оставлен:
13 февраля ’2018 00:37 До СЛЕЗ!!!!!!!!!!!! БОЛЬ! УЖАС! ГИБЕЛЬ!!!!!!!
ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ, ГЕРОЯМ!!!!!!!!!! и ЗДОРОВЬЯ Всем - УЦЕЛЕВШИМ, после ВОЙНЫ!!!!!!!!! |
|
|
Оставлен:
17 февраля ’2018 23:26Сергей.... с болью такое читаешь.....
Пробирает до самых уголков души..... |
|
|
Оставлен:
21 февраля ’2018 00:41Сергей & Виктор, такие песни, как рана по сердцу!
Особенно, когда жил, участвовал, сопереживал и смог выжить! Браво за такие песни, за единство афганцев, за ваше Мужество и силу! Спасибо за стихи, которые напечатал |
|
Вверх ↑
Оставлять отзывы могут только зарегистрированные пользователи
Трибуна сайта
Наш рупор
