Небо шептало.

Как тоску эту, Господи, сбросить с груди?
У холодных икон как на крае земли
Перед бездной, разверстой над самой душой.
За какие грехи Ты так грозен со мной?

Страшный час безутешно громами гремит
И холодная полночь расправой грозит
За прекрасные крылья и небо в глазах,
За любимое имя твоё на устах.

Ты меня не услышишь, несбывшийся мой.
Это грозы мои у Тебя за спиной
В белых молниях следом из пленной дали
Стонут птицами в небе с мольбой о Любви.

Это зов Эвридики в разливах и бурях
Сквозь плотины, Тебя добиваясь, бушует
Против всех приговоров земного Суда,
Что с Тобой не бывать мне уже никогда.

Ночь гогочет и плещется чёрным крылом,
Добивая меня в поединке земном.
Я одна в этом дьявольском царстве теней
На растерзанном ложе печали своей,

Где ни лика, ни вздоха в ответ, ни души
Под ревнивым надзором безумной Луны,
Бъющей молнией в грудь из туманов седых
На распятье лучей одичавших своих.

Тянет губы к моим воспалённым губам -
Поделить этот адский огонь пополам,
Утолить, наконец, эту эту дикую кровь,
Променяв небеса на земную Любовь.

Но сгорая под утро в слепых миражах,
Оставляет в объятьях лишь пепел и прах
На руинах судьбы, где дышать всё больнее
Без любви, без души, без улыбки Орфея.

Не о войнах и горе в судах трибунала
Проливными дождями мне небо шептало,
А о том, как запаленно мчатся года,
Сгоряча - в никуда. Как в костёр без Тебя.

Любава Журава

" Lowland sereniny"