Элла Фицджералд

Бивень мамонта двух цветов, эбен.
Высота с подставкой 24 см.
2008 г.
Божественный голос и бесконечно тяжёлый и счастливый одновременно труд освоения этого Божьего дара. Математически точный просчёт импровизаций – что может быть более парадоксальным. Но именно так пела Элла, не сразу ставшая джазовой певицей. Долго и осторожно входила она в джаз, как в некий тайный и нежный, несмотря на небывалую энергетическую мощь, мир. Парадокса нет. Она проектировала свои «полёты», но не заранее, а за миллисекунды до того, как звуки конструировались её голосовыми связками и ещё чем-то, что делало её пение завораживающим и для тонких ценителей джаза и для людей, откровенно не любящих его. Конечно, как у любого профессионала, у неё были какие-то заготовки, но думаю, что в моменты, когда их уместно было бы употребить, запланированные варианты становились ей неинтересны, и она сворачивала на новую дорогу.
На сцене Элла кажется нервной и неуравновешенной. Но её отрывистые движения – это своеобразный «свинг» мысли: уже придумано новое развитие, но нужно допеть оставшуюся сзади фразу. Нет, она не была профессионалом, – это слово, которым можно было бы наградить немало выдающихся личностей, слишком сухо для Эллы Фицджералд. Она была творцом. Скромная, неприхотливая в мирской жизни, она умножала счастье на планете.