Цыплята лучше яиц Фаберже!

Отрывок из повести "Тема и Рома в Спиногрызии".

Есть на карте волшебного мира маленькая страна Карапузякия. А живут там смешные толстячки - мальчики карапузоны и девочки карапузяки.
А что любят толстячки? Конечно же - сладко покушать, пошалить, а ещё - путешествовать. Куда только не заносила любовь к приключениям карапузонов Тёму и Рому!
Сегодня я расскажу о том, как они побывали в стране Спиногрызии.
Там карапузоны поселились у домового Григория, познакомились с его друзьями из мира нечистой силы и, как всегда, успели влипнуть в несовсемприятности. Какие? А вот послушай.


По тропинке около покосившегося курятника, заломив крылья, бестолково носилась туда-сюда причитающая рябая наседка. Её обступили другие куры и петухи, сочувственно о чём-то кудахтающие.
- Что случилось? - поинтересовались Тёма и Рома у стоящих поодаль гусей, тоже с интересом наблюдающих эту картину.
- Да, обычное дело, - ответил один из гусей. - Ряба опять яйцо Фаберже, вместо настоящего куриного, снесла.
- Она раньше золотые яйца несла вперемешку с нормальными, - добавил второй. - А потом так наловчилась, что теперь одни Фаберже выскакивают. Хозяева, конечно, рады. А курочке этой, Рябе, одно расстройство. Ей с цыплятами повозиться охота, а вместо них один антиквариат получается! Совсем забыла, как нормальные яйца нести. Зато Фаберже эти всё искуснее и искуснее получаются. Прямо шедевр! Но ей-то от этого какая радость?!
- Сглазили Рябу. Точно вам говорю! - заговорщицки подмигнул жирный индюк с трясущимся подбородком.
- И, главное, нет таких специалистов, которые бы наседке помочь могли! - заметил первый гусь.
- В Дохляндии есть, - вспомнил свой поход в гадальный салон Тёма. - Не может быть, чтобы здесь, в Спиногрызии, никаких гадалок или ведьм подходящих не нашлось!
- Надо поговорить с Григорием, - догадался Рома. - Может, подскажет, к кому здесь обратиться, чтобы сглаз или порчу Рябину сняли.
- Точно! Григорий всех ведьм тут знает! Он, вообще, эрудит!
- Ну, поговорите, поговорите с вашим Григорием, - не слишком веря в успех этого мероприятия, загоготали гуси. - А то жаль Рябу-то. Скоро все петухи от неё отвернутся. Несёт один брак!

И карапузоны, наполненные решимостью помочь курице Рябе, прямиком направились в сарай к деду Григорию.
Домовой сидел в своём кресле и уплетал сушёные грибы из подаренного Гликерьей и Свистушкой венка, закусывая их шоколадкой.
- Как же не быть? Есть у нас ведьмы! - оживился старик после того, как Тёма и Рома попросили его помочь рябой несушке. - Надо только сообразить, кто из них лучший специалист по курам-то будет. Пожалуй, без Альберта Шевелюровича здесь не обойтись. Он своих подшефных ведьм, как облупленных, знает, какая на что способна. Сидите здесь и ждите. А я, так и быть, ради такого дела, сам в ведьминское общежитие сгоняю и всё у Шевелюровича разузнаю.
И, прихватив с собой парочку грибков, чтоб ублажить начальника общежития, Григорий испарился в воздухе.
Вернулся он довольно скоро и не один. Вместе с ним в комнате возникла чёрная сгорбленная старуха в лохмотьях и с волосами, состоящими из ковтунов вперемешку с паутиной и мышиным помётом.
- Вот. Крысина Мухоморовна - самая заслуженная из ведьм, главный преподаватель волшебной школы, - представил старуху дед Гриша.
Между тем, колдунья, не тратя времени на разговоры и церемонии, разложила на деревянном столике домового какие-то скрюченные корешки, мухоморы и сушёные хвостики крыс и мышей. И, ловко орудуя ими, стала перекладывать эти инструменты с места на место, как карты. При этом она недовольно качала трясущейся от старости головой, прицокивала языком и, наконец, обратив внимание на нетерпеливо ожидающих её решения карапузонов и Григория, произнесла:
- Да. Порча лежит на вашей курице. Сглазили её ещё в яйце. Позавидовал кто-то матушке вашей Рябы, что у неё такое крупное яйцо получилось. Да ещё и пятнистое, не такое, как у других. Вот теперь чёрти-что у этой наседки и получается! Без колдовства тут не обойтись. Только дело это запущенное. Может, даже я не справлюсь!
- Ой, попробуйте, пожалуйста! Жаль несушку! - взмолился Рома.
- Попробовать-то попробую, но за результат не ручаюсь! Но, самое главное, для успеха дела мне понадобится последнее снесённое этой курицей яйцо. Без него и браться не буду! Так что, когда доставите яйцо, обращайтесь! А пока, дед, отволоки-ка меня назад, откуда принёс. Стара я сама по лесам да деревням лётать! А ждать тута тоже не могу - дел невпроворот! И так, небось, мои ученицы меня заждались. Я им сегодня обещала рецепт приворотного зелья дать.

- Как же мы это яйцо достанем? - задумались карапузоны, когда Крысина Мухоморовна, забравшись на загривок домовому, исчезла вместе с ним из сарайчика. - Хозяева его, небось, берегут пуще своего ока! Это ж настоящая кража получается! Яйцо-то не простое - драгоценность! Да ещё какая! Произведение искусства! За это и в тюрьму загреметь можно!
- Да. Тут всё до мелочей продумать нужно, прежде, чем такое рискованное дело затевать! - резонно заметил Рома.
- Я так думаю, одни мы не справимся. Тут нам помощь потребуется. Надо ведь сначала разузнать, где это яйцо хранится, - подхватил Тёма.
- Тоже мне проблему нашли! - вздрогнули карапузоны от голоса, как всегда, неожиданно возникшей Гликерьи. - Про какое яйцо узнать надо?
- Про яйцо Фаберже, которое курочка Ряба сегодня снесла, - оживился Тёма.
- Плёвое дело! Что тут узнавать-то? Вся округа знает, что это яйцо в сейфе хранится.
- В каком сейфе?
- В каком, в каком? Понятно, в каком! В бронированном!
- А где этот сейф находится-то?- нетерпеливо допытывался Рома.
- Ясно, где. У Скоробогатиковых!
- А это ещё кто такие?
- Ух, какие вы несообразительные! - не выдержала Гликерья. - Да хозяева этой самой курицы Рябы!
- А достать его оттуда можно?
- Плёвое дело! Конечно, можно! Если ключи есть. У вас есть ключи-то?
- Нет, конечно.
- Ну, тогда остаётся только взорвать сейф энтот! Петарды за пару шоколадок я вам организую.
- Нет. Нам надо незаметно достать, без шума.
- Это украсть по-тихому, что ли?
- Ну...- замялся Тёма, - позаимствовать на время.
- Ну, тогда даже и не знаю, как вам помочь-то. Ключи энтот Скоробогатиков всегда на шее носит, никогда с ними не расстаётся!
- Может, с шеи стянуть попробовать? - подключился к беседе только что материализовавшийся Григорий.
- Можно, конечно, попробовать, - задумалась Гликерья. - Хотя, дело, конечно, рискованное. Но, ради вас, я могла бы пойти на риск.
- Ой, рискни, рискни, Гликерьюшка! - обрадовался домовой. - Мы тебе спасибо скажем!
- Гликерьюшка! - передразнила его кикимора. - А как одну-единственную шоколадку просила, что ты мне, Гриш, ответил? А спасибо твоё не шелестит! Помогу, если шоколадку мне выделите!
- Ох, какая ты, всё-таки, Гликерья, корыстная! - насупился старик. - Ну, ладно уж. Достанешь ключ - получишь одну шоколадку. Только без обёртки!
- Это почему без обёртки?! - выступила вперёд старушка. - Мне, конечно, энта обёртка, может, и не нужна. Но это уже дело принципа! Или с обёрткой, или две шоколадки!
- Ишь, губы раскатала! Да мне Черепушкина и бесплатно ключи стырит! - пошёл в наступление домовой.
- Ха! Да твоя Черепушкина и не плюнет за просто так! - не унималась Гликерья. - Ну, ладно, давай без обёртки, раз ты такой скупердяй! - подумав, протянула ладошку кикимора.
- Щас!!! Тебе дай - потом ключей не дождёсся! Сначала доставь ключи, а уж потом и ладошку протягивай! - отрезал дед.
- Ну, ладно, - обиженно согласилась Гликерия. - Попробую ночью спереть энти ключи несчастные. Когда Скоробогатиковы спать лягут.
- Ну, вот и хорошо, - успокоился Григорий. - А пока лети к себе на болото, вздремни немножко.
Отправив кикиморку, старик снова достал свой венок из грибов и продолжил прерванный ужин. А Тёма и Рома пошли прогулять перед сном щенка Томика.

Когда ночь спустилась на деревню, карапузоны и Григорий, закутавшись в одеяла, уселись ждать вестей от Гликерьи. Но вскоре сон сморил их.
Проснувшись, Тёма увидел, что уже светает. Рома и Григорий мирно спали. А кикиморы, похоже, так и не было.
Повертевшись в своей кроватке без сна, Тёма, захватив с собой щенка, вышел во двор, чтобы умыться. На влажной траве сверкали нежные бусинки росы. Свежий утренний воздух был пропитан прохладой. А в соседних дворах, перекликаясь друг с другом, горлопанили петухи.
Умывшись колодезной водичкой и напоив Томика, карапузон вернулся в сарайчик. Там он застал проснувшихся Григория и Рому, беседующих с только что возвратившейся с дела Гликерией. Вид у кикиморы был невыспавшийся и недовольный.
- Цельную ночь прокараулила энтого Скоробогатикова! - оправдывалась она. - Сначала он никак спать ложиться не хотел. Всё пультом щёлкал. Телевизор, значиться, смотрел. То туды щелканёт, то сюды - всё энтому деду не нравится. То поют плохо, то танцуют, то диктор толстый, то фильм заумный! Ну, не нравится - так не смотри! А он только щёлкает и критикует себе под нос. Наконец, угомонился, старый хрыч. Ну, думаю, сейчас ляжет, захрапит, я тихонечко ключик-то и срежу. А он - к компьютеру. И давай, как школьник, игры всякие, значит, гонять. Мне уже от игр энтих плохо, круги в глазах плывут, а ему хоть бы что! Ну, наконец, лёг он, значить. Но и здесь угомониться не может - всё скачет. Бессонница, видите ли, у него! Смотрю, всё. Не шевелится, вроде. Только начинаю тихонечко так к нему с ножницами-то пристраиваться, вдруг, как вскочит опять! И опять всё по новой! Раз десять так подбиралась. Чуть заикой меня не сделал, ирод проклятый! Наконец, под утро захрапел. Ну, я обрадовалась. Подбираюсь, значит, опять. А тут старуха его вдруг проснулась. И нет бы, встать тихонечко и идти себе кур кормить или огород полоть! Так нет же! Лежит рядом с дедом, иронический детектив читает. Пришлось и мне сзади неё пристроиться и тоже почитать. Думала, уснёт снова старая. Так нет же! Дочиталась до того, что дед снова проснулся! Так что вот. Не получу я, значит, шоколадку, что ли? - с надеждой глядя на домового, спросила кикимора.
- Догадливая ты, Гликерья! - протянул дед.
- А я думаю, надо ей шоколадку дать, - предложил Рома. - Гликерья ведь не виновата, что так получилось. Она же старалась.
- Ещё как старалась! - с готовностью откликнулась кикимора. - Я за всю свою жизнь никогда столько не читала! Даже когда в волшебной школе училась! Аж цельный детектив прочитать пришлось! Там, между прочим, тоже история, похожая на нашу, расписана. Как энти, рецидивисты, грабёж устраивали. И хитро так, значит, придумали! Устроили они, значит, пожар в музее. Чтобы, значит, все ценности выносить на улицу и спасать начали. А когда те ценности вынесли, то грабители энти просто так, запросто, их и перехватили. И всё. Даже с сигнализацией и ключами возиться не пришлось. Может, и нам поджечь энтих вредных Скоробогатиковых?
- Совсем ополоумела, старая?! - возмутился Григорий. - Ещё всю деревню спали! На тебе шоколадку, раз уж хозяева так решили, и давай спать отчаливай! И чтоб без самодеятельности! Тепереча мы тут сами решим, что делать.
Обрадованная кикимора, схватив шоколадку, тут же испарилась. А Григорий и карапузоны продолжили разрабатывать план похищения драгоценного яйца.
- Между прочим, Гликерья дело подсказала, - заметил Тёма. - Надо заставить Скоробогатиковых это яйцо из сейфа достать и на улицу вынести. А там уже полдела останется.
- Ну, против поджога я категорически возражаю! - выступил Григорий. - Надо так энто дело завернуть, чтоб и курице помочь, и хозяевам её не навредить. А то что ж получится - одну спасаем, а других поджигаем?!
- Да никто их поджигать и не думает! - заверил Рома. - Тут надо что-то похитрее придумать.
- А, может...- задумался Тёма. - Кажется, я придумал. Только придётся этим Скоробогатиковым несколько дней в противогазах походить.
И карапузон рассказал свой план Роме и Григорию.
- Ну, что ж. Это можно. Не совсем приятно, конечно. Но, ради такого дела, на некоторые жертвы пойти можно! Вылетаю за Дыркой от Бублика.



Грабёж средь бела дня



И карапузоны приступили к осуществлению намеченного плана.
Первым делом они направились к сарайчику с вывеской "Ферма "Нежный аромат".
Жучкины уже повели новых экскурсантов, понаехавших чуть свет, смотреть легендарное поле, где произошёл их контакт с инопланетянами, и на речку - слушать лягушачий концерт.
А разряженные в праздничные костюмчики скунсы скучали в своём сарайчике, ожидая следующего прихода любопытных спиногрызов. Тут же, перед сараем, растянувшись на травке, грелся на солнышке крокодил Пупсик. Давно не видевший карапузонов, он очень обрадовался их приходу. А ещё больше - тому, что Тёма и Рома научились понимать его язык.
Пошептавшись с аллигатором и скунсами, карапузоны остались довольны итогом беседы. Они захватили с собой Пупсика и одного из скунсов - Болгарскую Розу - и отправились осуществлять намеченную операцию.

Прежде всего, карапузонам предстояло разведать, дома ли хозяева курицы Рябы. Поэтому, оставив животных в засаде, Тёма и Рома начали не спеша прогуливаться вдоль их ограды, делая вид, что выгуливают своего щенка и беседуют. Так они ходили довольно долго. Скоробогатиковы не появлялись.
- По-моему, не стоит нам здесь мельтешить, - наконец сообразил Рома. - Надо тоже спрятаться в укромное местечко где-нибудь неподалёку и наблюдать оттуда.
- А если они так и не выйдут весь день? Как мы узнаем, в доме эти Скоробогатиковы или нет?
- Да...Честно говоря, мне уже тоже надоело ждать. У кого бы спросить? Может, кто-то их видел?- задумался Рома.
- Нельзя спрашивать. Потом нас заподозрить могут.
- Это точно. Слушай! Мы же с животными разговаривать можем! Так давай у них и спросим.
- Молодец! Я и забыл совсем! Вон галка на дереве сидит.
- Извините, - вежливо обратился к галке Рома, - Вы здесь давно сидите?
- А что? - заносчиво ответила птица.
- Просто, мы у Вас спросить хотели, Вы тут Скоробогатиковых не видели?
- Как не видать? Конечно, видала.
- Давно? - обрадовались карапузоны.
- Не очень.
- А сейчас они где, не знаете?
- Как, где? В избе, небось, сидят. Мюсли, небось, едят. Кашу такую новомодную с орешками и сухофруктами. Вон запах какой по всей округе разносится! - мечтательно засопела галка.- Я тут потому и сижу. Жду, может, останется у них каша эта? Понесут, может, остатки на компостную кучу выбрасывать. А я - тут как тут! Только ещё ни разу такого счастья на мою голову не сваливалось. Жадные эти Скоробогатиковы, не добрые!
- Так Вы точно знаете, что в избе они? - на всякий случай ещё раз уточнил Рома.
- А вы сами понюхайте, раз не верите! Сказала же уже! - обиделась галка.
Карапузоны тоже принюхались, но никакого особенного запаха не почувствовали. Наверно, у этой галки обоняние лучше, чем у них, развито. Или желание вкуснятинкой полакомиться больше.
- А вам они зачем? Может, тоже мюсли караулите? - насторожилась птица.
- Да нет! Мы кашу не любим, - заверил её Тёма. - Нам они по другому делу нужны.
- Ну, что? Раз они дома, можно начинать, - зашептал Рома. - Тащи сюда скунсиху. А я Дырку от Бублика предупрежу.
Через минуту Болгарская Роза в полной боевой готовности уже стояла, повернувшись задом к окну Скоробогатиковых, и ждала условного сигнала к началу атаки. Сигналом должен был послужить лай Тёминого щенка.
Дав отмашку пёсику, карапузоны отбежали на безопасное расстояние и издали стали наблюдать за происходящим.
Дальше всё разворачивалось по заранее намеченному сценарию. Сразу же после того, как Томик залаял, пятнистая скунсиха встала на передние лапы, задрав вверх своё главное оружие и направив его прямо в окно ничего не подозревающих Скоробогатиковых. Потом, как и было задумано, она дала залп. То, что Болгарская Роза сделала это качественно, почувствовали даже находящиеся на очень приличном расстоянии Тёма и Рома.
Тут же после газовой атаки избушка Скоробогатиковых заходила ходуном, и через мгновение на её пороге с драгоценным яйцом в руках, как и предполагали карапузоны, показались многострадальные хозяева. Не разбирая дороги, они стрелой понеслись на улицу. Но выбежать за калитку так и не успели, так как неожиданно наткнулись на раззявленную зубастую пасть крокодила. Ополоумев от ужаса, Скоробогатиковы заметались по двору, сшибая всё на своём пути. Они на бешеной скорости в двадцать шестой раз проносились вокруг своего дома, каждый раз натыкаясь на возникающего в самых неожиданных местах аллигатора с раззявленной пастью. И уже были абсолютно уверены, что их двор кишмя кишит голодными крокодилами, мечтающими только о том, как бы поскорее их слопать. Но впереди несчастных ждало ещё большее потрясение.
Вдруг перед носом обезумевших от страха и бешеной гонки владельцев яйца совершенно ниоткуда возник образ синего приветливо улыбающегося совершенно лысого существа с серебряными антеннами на голове. Как ни странно, именно это симпатичное, можно даже сказать, милое существо со скромной улыбкой и не обладающее ни острыми клыками, ни одуряющим запахом, окончательно добило многострадальную парочку.
Метнув в него до сих пор не выпускаемую из рук драгоценность, Скоробогатиковы тихо осели в траву, усиленно крестясь и уже не надеясь на спасение.
Какова же была их радость, когда супруги увидели, что синий монстр, всё с той же улыбочкой и даже, как им показалось, несколько обиженным видом, так же внезапно испарился в воздухе, как и возник.
Скоробогатиковы тихо заплакали, радуясь тому, что гуманоид удовольствовался яйцом и решил не лишать их жизни. Они даже почти смирились с одуряющим запахом, почитая его не таким уж большим злом в сравнении с тем, чего им удалось избежать. И стадо крокодилов куда-то пропало. В общем, окончательно опомнившиеся супруги решили, что только что пережили своё второе рождение, и отправились в дом отмечать это событие. Правда, они всё же отыскали долгие годы пылившиеся без дела противогазы.

А в сараюшке Григория собрались все участники только что проведённой гениальной операции.
- Вот! Правильно я жаловался! Что эта грымза из меня сотворила! - чуть не рыдал Дырка от Бублика. - Так разукрасила, что народ при виде меня готов отдать самое дорогое, лишь бы я испарился! Даже зубастого аллигатора и вонючего скунса не так испугались! Долго мне теперь жить таким уродом?!
- Ты, Дырочка от Бубличка, зря так говоришь! - опять начал успокаивать его домовой. - Ты сам не понимаешь, какое доброе дело сейчас сделал! Да заради такого и в перьях вываляться можно, не только подсеребриться да подсиниться! Ты, может, только что живое существо спас, мать будущую! Без тебя, Дырочка от Бублика, она бы так всю жизнь и несла дрянь всякую вместо яиц куриных! Ты теперь, можно сказать, крёстным отцом стал для цыплят ейных будущих! Настоящий героический поступок совершил! И всё благодаря красоте твоей сине-серебряной! От лица всех присутствующих и отсутствующих, объявляю тебе, Дырка от Бублика, значит, благодарность!
- Да что я совершил такого? - засмущался лесовик. - Улыбнулся только малость. Как просили.
- Молодец! Молодец! - похлопал его по плечу Григорий. - Все молодцы, кто в энтом деле поучаствовал! Теперь можно и Крысину Мухоморовну тащить, чтоб она, значит, дальше своё колдовство к энтому яйцу недоделанному применила. Сидите все здесь, значить. Сейчас я энту заслуженную ведьму сюды приволоку. А вы яйцо охраняйте.

Через пятнадцать минут Крысина Мухоморовна уже слезала с загривка Григория. Оправив многочисленные складки своей старой мантии, она, наконец, оглядела собравшуюся в сарае Жучкина аудиторию.
- Это ещё что за собрание? - недовольно пробурчала старая ведьма. - Чтоб сию минуту тут и духа никакой нечисти, кроме хозяина, не было! И живность энту уберите! - показала она на Пупсика, Болгарскую Розу и Томика. - А то, не ровён час, нечаянно перепутаю чего, потом беды не оберёшься!
- Мы тоже пойдём погуляем, - предусмотрительно предложил Тёма.
- А вы останьтесь! - осадила его старуха. - Может, помощь какая понадобится!
Подождав, пока за животными закроется дверь, Крысина Мухоморовна принялась извлекать из самых неожиданных мест необходимые орудия своего труда. Из складок мантии она натрясла, кроме уже знакомых карапузонам сушёных хвостиков грызунов, мухоморов и корешков, десятка три противных зелёных гусениц, которые, получив свободу, тут же начали расползаться по всему столу. Но ведьма одним дуновением остановила это движение насекомых. Мерзкие гусеницы, как искусственные, замерли в том положении, в котором застало их дуновение повелительницы.
Потом старуха подняла вверх свою костлявую руку, что-то тихо прошептала, и в её скрюченных пальцах откуда-то возникло помутневшее от времени зеркало с длинной ручкой. Крысина Мухоморовна положила его перед собой и, накрыв тонкой вуалью, сплетённой из паутины, начала тихонько шаманить. Она долго водила над зеркалом своими страшными руками с согнутыми, как у курицы, когтями чёрного цвета, шепча при этом какое-то заклинание, которое ни Тёма, ни Рома не могли разобрать. Затаив дыхание, они замерли, как гусеницы, только что застывшие на столе, и только со страхом в глазах следили за происходящим.
Между тем, дама с коготками уже извлекла откуда-то несколько оплавившихся свечей. Плюнув на них, разожгла огонь и сейчас окутывала чёрным дымом всё помещение. Наконец, она приступила к стоящему до этого в стороне яйцу Фаберже, снесённому курицей Рябой.
Крысина Мухоморовна осторожно взяла его, внимательно осмотрела со всех сторон, поводила вокруг руками. Потом она начала катать яйцо по столу и постепенно завертела его, как волчок, одновременно дунув на своих гусениц. По приказу хозяйки, зелёные насекомые тут же ожили и шустро поползли в сторону драгоценного яйца. Уже через минуту всё оно было опутано выделяемым гусеницами веществом и превратилось в огромный кокон, напоминающий тот, из которого появляется бабочка.
А Крысина Мухоморовна резко рванула в сторону Григория и вырвала волос из его бороды, чем до полусмерти напугала домового, не ожидавшего такого вероломства. Затем она, не обращая на испуганного старичка никакого внимания, начала рвать этот волос на мелкие кусочки, держа его над зеркалом и не переставая быстро-быстро бормотать себе под нос волшебные слова. И чем меньше становился волос, тем всё больше обнажалось из-под вуали зеркало. Вскоре паутина, окутывающая его, совсем исчезла, и все присутствующие, как на экране телевизора, увидели в зеркале рябую курицу, мирно клюющую зёрнышки в окружении таких же наседок.
При виде несушки, Крысина Мухоморовна хищно оскалилась, обнажив кривые зубы, и метко плюнула в её изображение. Многострадальная Ряба тут же закудахтала, заволновалась и сломя голову рванула в курятник. Там ровно через минуту она благополучно снесла столь долгожданное самое обычное белое куриное яйцо.
Старая колдунья, сделав свою работу, в изнеможении откинулась на спинку стула. А наблюдавшие эту картину Тёма, Рома и Григорий прослезились от умиления, став свидетелями зарождения новой жизни. Со словами благодарности бросились они к ведьме. Но старуха, отстранившись рукой, только безучастно прошамкала:
- Пустяки. Вам повезло, что я ещё кое-что помню. Яйцо это доставите туда, откуда взяли, - показала она на снова очистившееся от кокона яйцо Фаберже. - А ты, старый, чего расселся?! Через десять минут у меня лекция по технологии перелётов на метле. Давай-ка, доставь меня быстренько к моим ведьмулечкам. А то подумают, что я заболела, и смоются на дискотеку.
Одним жестом отправив в широкий рукав все свои колдовские штучки, шустрая не по годам бабка уже погоняла домового, поторапливая его.

- Ух, я чуть не умер от страха, когда она тут полный сарай дыма напустила, - признался Тёма.
- Да. Сильное зрелище! - поддержал его Рома. - А как она гусениц утихомирила?!
- Хорошо хоть, всё получилось!
- Ага. Только теперь опять надо думать, как это яйцо Фаберже к Скоробогатиковым доставить.
- А что тут думать? Перебросим через забор, и все дела! Они сами его найдут.
- Нет. Так не пойдёт. Это же всё-таки драгоценность! Вдруг потеряется? Отвечай потом! Старуха ведь не сказала, что будет, если его не доставить на место, - размышлял Рома. - Надо его так отнести, чтобы оно не потерялось, и Скоробогатиковы его обязательно обнаружили.
- Ну, ладно уж. Помогу ещё разок, - раздался голос Дырки от Бублика.
Лесовик восседал в любимом кресле Григория и преданно смотрел на карапузонов, поглаживая их пёсика.
- А как ты поможешь? - проболботал Тёма.
- Да опять так же и помогу. Выйдут эти невежливые Скоробогатиковы на двор. Я опять так же, как в прошлый раз, тихонечко возникну с их яйцом, отдам его и исчезну. Чего здесь ещё думать-то? Они меня уже видели, попривыкли, небось. Думаю, на этот раз не испугаются. Встретят, как родного. Тем более, с их же яйцом.
- Ну, насчёт родного не знаю, - засомневался Рома. - Но очень сильно испугаться, наверно, не должны. Ты там, главное, долго не задерживайся. Отдай яйцо - и назад.
На том и порешили.
Забрав антикварное яйцо, лесовик исчез вместе с ним и стал поджидать Скоробогатиковых у них во дворе.

Напуганные последними событиями, хозяева курочки Рябы до сих пор сидели в противогазах в своей избушке и смотрели телевизор. По всем программам показывали многочисленные интервью с супругами Жучкиными, где они всё живописнее и живописнее рассказывали про посетивших Дуракавалялкино инопланетян.
- Ишь ты, как раскукарекался этот Жучкин! - наконец, первым не выдержал Яков Скоробогатиков. - Подумаешь, издали увидел пришельцев, а какое ему теперь внимание! Прям, звезда экрана! Круче президента!
- Да, Яш, - поддержала его супруга. - И жена ейная вон какая расфуфуренная стоит! Я уже у неё восемь нарядов за сегодня насчитала! Цельный день переодевается! Тоже мне, фотомодель выискалась!
- Несправедливо это! - отрезал Скоробогатиков. - Мы от этих гуманоидов куда больше пострадали, а никто про это и не знает! Давай, Моть, надевай тот розовенький костюмчик, который я тебе в прошлом годе подарил. Пойдём тоже звездеть!
- Так, Яш, то ж не в прошлом годе-то ты мне дарил, а на свадьбу нашу. Я, наверно, выросла из него давно!
- Ничего! Всё равно, надевай!
- Ну, как скажешь, Яш.
С трудом облачившись в розовый кримпленовый костюм, размеров на пять меньше нужного, Мотя прикрылась шалью, чтобы не было видно разъехавшуюся "молнию". Яков тоже нацепил свой лучший наряд. И уже через полчаса нарядные Скоробогатиковы решительно вышли за дверь своего дома с твёрдым намерением покорить телевизионный олимп и утереть нос зазнайкам Жучкиным.
Сделав несколько шагов в направлении калитки, супруги вдруг остановились, как вкопанные. Величественное выражение их лиц сменилось масками ужаса. Прямо перед носами разряженной парочки висел всё тот же синий гуманоид с серебристой макушкой и, как показалось Скоробогатиковым, издевательской улыбочкой на лице.
Тут же забыв о карьерах звёзд, супруги опрометью рванули в дом и захлопнули дверь перед носом так и не успевшего вернуть им яйцо Дырки от Бублика.
-Ну, что за народ?! - совсем оскорбился лесовик, нарезая круги вокруг дома невежливых Скоробогатиковых и заглядывая к ним в окна. - Что я, нанялся, что ли, целый день с этим яйцом нянчиться?!
А ошалевшие от испуга Яков и Мотя забились под кровать и, стараясь особо не дышать, попытались создать видимость, что никого нет дома.
Устав носиться с антиквариатом вокруг избушки, Дырка от Бублика попытался протиснуться в помещение через печную трубу, но её отверстие оказалось слишком узким для его полненького животика.
Наконец сообразив, как решить проблему, замученный лесовик решил подбросить надоевшее яйцо в курятник его мамочке, что он благополучно и сделал. Бросив вслед раскудахтавшимся от страха курам:
- Сами возитесь со своими яйцами! Нашли дурака! - С чувством выполненного долга, он растворился в воздухе и помчался в лес, чтобы утолить жажду болотной водичкой и предпринять ещё одну попытку смыть с себя опостылевшую краску.

Просидев до вечера под кроватью, голодные и до ужаса напуганные Скоробогатиковы решились, наконец, осторожно выползти из-под неё. Не обнаружив никаких следов сине-серебряного гуманоида, через пол часа они осмелели настолько, что даже решились включить телевизор. Правда, уменьшили до предела его громкость.
По всем каналам снова мелькали ещё более разряженные и красноречивые Жучкины.
- Ты смотри, совсем обнаглели! Про нашего гуманоида рассказывают! - возмутилась Мотя.
- Они миллионы зарабатывают, а мы под кроватью в противогазах лучшие годы проводим! - поддержал жену Яков. - За что ж несправедливость-то такая?!
- А, может, ещё раз попробуем пробиться к людям-то? - не очень решительно предложила Мотя. - Только вот костюмчик-то мой под кроватью малость помялся, и "молния" ещё больше разъехалась.
- Ничего! "Молнию" шалью замаскируй. А что мятый - даже хорошо. Пусть все видят, как мы от этих пришельцев пострадали! Может, какую компенсацию выплатят. Яйца-то мы лишились.
И, опасливо озираясь по сторонам, забывшая снять противогазы парочка осторожно выползла за дверь. Не обнаружив на улице ничего синего и серебристого, они молнией выскочили за калитку и помчались по направлению к дому Жучкина. Там Яша и Мотя надеялись застать какую-нибудь съёмочную группу.
Надо сказать, что появление Скоробогатиковых вызвало в деревне не меньший переполох, чем прилёт инопланетян. Все встреченные ими по дороге соседи, завидев непонятных существ с огромными стеклянными глазами, хоботами и резиновыми головами, спешили тут же скрыться в своих домах и поскорее запереть двери на все засовы. Но зато, когда, прибежав к Жучкиным, Скоробогатиковы, наконец, догадались снять противогазы, и недоразумение разрешилось, они произвели на телевидении не меньший фурор, чем Жучкины. Они сразу затмили последних своими эмоциональными рассказами об охоте за ними инопланетной банды зелёных зубастых монстров под предводительством сине-серебряного главаря.
Если бы у Дырки от Бублика был телевизор, то этот милый добродушный лесовик мог бы наслушаться о себе много новых интересных вещей. Оказывается, у него глаза светились жутким зелёным светом и были размером с фонарь светофора. На голове находилась сложная система спутниковых антенн. В каждый ноготь обеих гигантских рук была вмонтирована видеокамера. А когда он улыбался, из зубов раздавалось щёлканье спусковых затворов и вспышек многочисленных фотоаппаратов.

Вот так закончилась эта детективная история. После манипуляций Крысины Мухоморовны курица Ряба не снесла больше ни одного яйца Фаберже. Её хозяева стали звёздами телевидения. Когда история с инопланетянами немного забылась, им предложили вести одну очень известную телепередачу. Так что перевоплощение их волшебной курочки в самую обычную Мотю и Якова особенно не огорчило. Кстати, яйцо Фаберже они вскоре нашли, но никому об этом не рассказали, чтобы не возвращать обратно полученную за него компенсацию.