И на камнях растут томаты... 29 глава

глава 29

- Катю позовите, пожалуйста – попросила Лера кого-то, стоящего по ту сторону закрытой двери. Чуть погодя, дверь распахнулась, и маленькая, худенькая, курчавая девушка, глядя прямо на Валерию, неожиданно громко выкрикнула:
- Кити! Тут твоя раненная тебя спрашивает!
Через семь секунд появилась Катя с «чалмой» из полотенца на голове.
- О, Лерка! Привет. Каким ветром перемен тебя в наш бункер занесло? – не прекращая массаж рук, воскликнула Катя.
Номер, где жила Катерина со своими подружками, и вправду можно было назвать «Бункером»: он находился в цокольном этаже. Тёмный глухой коридор, делая несколько поворотов, упирался в металлическую дверь. Девчонки ещё в шутку называли свою комнату «карцером». Номер, рассчитанный на троих, был заселён квинтетом девчат. Такое уплотнение являлось обычной практикой в «Диане». Завершающей жирной точкой была решётка на окне. Ещё большое счастье, что окно было в полстены! Вид открывался на пустырь, который приспособили под автостоянку. Площадку просто разровняли бульдозером, не догадавшись заасфальтировать, поэтому в сухую погоду (а именно таковой она является в Ливане подавляющую часть года) автомобили поднимали колёсами такую пыль, что можно было снимать фильм о пустыне! Лучших пыльных декораций и не найти. По этой причине окно постоянно было закрыто. Проветривали комнату девочки лишь тогда, когда приходили ранним утром с работы. Между пятью и шестью часами утра реально выпадала возможность подышать относительно чистым воздухом.
- Катенька! Ты меня прости, я понимаю - на работу собираешься, но тут такое экстренное дело, и мне обратиться не к кому – начала с мольбой в голосе и глазах Визг, топчась на пороге номера.
- Не пугай, товарищ. Что ещё стряслось? – Сняла полотенце с головы Катя.
- Кать, это очень личное. Давай, выйдем в коридор.
Девушки вышли в тёмную «кишку», и Лера тихим голосом начала:
- Катя, одной танцовщице нужна медицинская помощь, но так, чтобы об этом не узнал никто. Ты сама поймёшь, когда увидишь. Ей обратиться не к кому, да и она в таком состоянии, что только и жди суицида. Глубокая депрессия на почве постоянного страха. Я тебя умоляю, Катюха, пойдём, посмотришь, что сделать-то можно? – схватила за руку Лера единственную надежду.
- Блин, если б не бухала – давно б свихнулась в этом адском раю! Ладно, Лер, я через десять минут поднимусь. Номер тот же? – ни минуты не раздумывая, пообещала Катерина.
- Да! От лифта прямо и направо.
- Ладно. А ты позаботься, чтобы осталось как можно меньше ушей и глаз.
- Спасибо, солнце! – преданно посмотрела Лера в глаза Кате, и побежала к лифту.
Зайдя в номер, Визг сразу увидела Наташу: она лежала на кровати, свернувшись в «бублик» и накрыв голову подушкой. На тумбочке разрывался телефон. Лера сняла трубку
- Алло?
- Наташа, плыыз – Валерия вздрогнула оттого, что сразу узнала голос Фаруха.
- Сори, бат Наташа спик виз импресарио нау – ответила первое, что пришло на ум, Лера.
Фарух тут же отключился.
- Слушай меня, Наташа. Сейчас придет девушка, которая мне оказывала помощь, когда я палец прищемила, помнишь? Так вот, ты ей покажи свои… повреждения – тихо заговорила Лера, с усилием отодрав подушку от головы жертвы. Наташа молчала, глядя невидящими глазами неизвестно куда. В никуда. Из душа вышла Юлька. Лера быстро встала и подошла к ней.
- Юленька, ты не могла бы пойти в 420 номер и посидеть там у Антонины? Очень надо, котёнок! – шёпотом, на самое ухо, сказала Лера. Юля тут же взяла в охапку приготовленные для вечерней работы вещи, косметичку, и без лишних вопросов, удалилась. Буквально через минуту появилась Катя.
- Ну, что здесь случилось? – спросила непривычно серьёзная и так же непривычно трезвая гостья.
- Наташа, не будь дурой, очнись! Тебе нужна помощь, а Катя – медсестра. Всё, давай без психов и истерик. Девочка моя, покажи ноги, здесь некого бояться – уговаривала Лера, гладя Наташу по волосам. Девушка судорожно вздохнула, и села на кровати. Потом она медленно встала и подняла подол платья. Лера видела, как у Кати расширились зрачки и дрогнули уголки рта. Наступила гробовая тишина. Все втроём перестали даже дышать. Прошла минута.
- Где ж ты на такого зверя нарвалась-то? – только и смогла произнести Катерина. Наташка стояла, как оловянный солдатик.
- Кать, может, нужно какое-то лекарство купить? Я сама у Леона попрошу, как вроде бы для себя. Только скажи, какое именно?
- Наташа, я сейчас прощупаю тебя, а ты должна мне говорить всё, что почувствуешь, договорились? – присела на корточки перед Наташей Катерина. Жертва садизма медленно кивнула. Катя начала осторожно прикасаться к синим узорам жуткой картины, в паху Наташки. Опустим подробности осмотра – это не для трагикомичного романа, а, скорее, для мистично-криминального опуса.
- Лера, не знаю кто, но этот кто-то повредил нервный пучок в паховой впадине. У девчонки обширная гематома, и если ничего не предпринять, начнётся заражение. Ей необходима госпитализация!
- Катюша, а может быть попробовать какую-то мазь? – предположила Лера, цепляясь за надежду.
- Визг. Я не доктор, а всего-навсего медсестра, но вижу очень ясно, что если в течение трёх-четырёх дней не сделать операцию в стационарных условиях… - Катя пожала плечами и вознесла глаза к небу. Наташа села на кровать, совершенно безучастная и равнодушная. На лицо были все признаки депрессионного ступора.
- Я побежала к Леону! – вскочила Валерия и рванула к лифту. Катя осталась с Наташей в номере.
Время уже поджимало, автобус, везущий девочек на работу, должен был подъехать через полчаса. Зои в отеле не было, да это и не вызывало беспокойства: в последнее время девушка редко появлялась в гостинице, уйдя с головой в свой роман с Али, хозяином кабаре. Юля в 420-м номере. Вот только куда испарилась Светлана?
- Где Леон? – спросила портье Лера.
- Он в кабинете – лаконично и, как всегда улыбаясь, ответил радушный Парис, самый приятный парень во всём Ливане.
- Я могу пройти к нему?
- О, да! Конечно, леди Лера! – ещё шире улыбнулся портье.
Визг благодарно поклонилась Парису, сложив на японский манер руки, и прошла в кабинет к импресарио. Леон сидел у окна, положив ноги на журнальный столик, и слушал музыку. Это был джаз.
- Леон, здравствуй! Проблема! – прямо с порога ошарашила расслабленное существо, каковым в этот момент являл собой араб, возбуждённое существо, коим предстала Лера.
- Что? Какая проблема? – встрепенулся смуглый воробушек.
- Наташу надо срочно везти в больницу!
- Как в больницу? В какую больницу? – удивился импресарио.
- Я не знаю, как ты будешь всё это улаживать. Уверена, что ты в курсе всех связей наших танцовщиц, и так же уверена в том, что тебе известны садистские наклонности Наташиного кавалера. Так? У тебя, Леон, большая проблема! Наташа может умереть уже через неделю! Срочно что-то предпринимай! Сейчас же! – уже не сдерживаясь, кричала Лера. Целый день напряжения вылился вот таким ором.
Леон соскочил со своего кресла и пытался успокоить Валерию, которая в этот момент совершенно оправдывала свою редкую фамилию. Молодящийся старичок подпрыгивал на месте, не зная, как свести на «нет» эту лавину эмоций. Он принёс сифон и нажал на клапан, направив струю Лере в лицо. Всё резко стихло. Лера стояла и обтекала, а Леон перепугано прижимал к своей пестрой рубахе сифон.
- Лера, теперь по порядку – медленно обратился сухой араб к мокрой украинке.
- Наташа в очень плохом состоянии. Необходима помощь специалистов. Хирурга и психиатра. Теперь ясно? – подражая Леону, так же медленно разъяснила девушка. Леон опустил голову, запустив пятерню в шевелюру. Он думал. Потом стремительно бросился к выходу. Лера понеслась за ним. У лифта собралась очередь. Какая-то румынка кричала в щель закрытой двери в шахту. Лера поняла только то, что лифт застрял. Леон, не раздумывая, побежал к лестнице. Лера не отставала. Уже через пару минут дуэт пыхтящих особей ворвался в номер. Наташа, как сомнамбула, сидела на кровати и смотрела в зеркало.
Леон молча уставился на девушку и так стоял молча минуты две.
- Наташа. Ты на работу сегодня не идёшь. Оставайся в комнате, а я приведу врача. Лера, а почему ты ещё не одета? – вдруг без какого-либо перехода, заявил Леон.
Лера растерялась, но, собравшись, ответила:
- За меня не переживай, мне семнадцать секунд понадобиться на сборы. Ты лучше Наташе помоги!
На этом всё и закончилось. Лера побежала в автобус, прихватив Юльку из 420-го номера, а Наташа осталась в комнате. Сегодня она была освобождена от ночной повинности.
Зайдя в зал клуба, Лера, по сложившейся нехорошей традиции, снова зашлась кашлем.
- Визг! У тебя явная аллергия на клуб! – встретила подругу улыбкой Зоре. Она уже сидела в перьях и в прекрасном настроении.
- Бери выше, Зоре. У меня аллергия на Ливан. Привет, дорогая! – искренне обрадовалась Лера тому, что хоть кто-то в хорошем настроении.
- А где Светка с Наташкой?
- Первая, думаю, сейчас появится, а вот с Наташей – беда.
- Не поняла? – прервала процесс покраски губ Зоя.
- Зоре, сегодня Наташа не танцует и, я серьёзно подозреваю, что нам придется держать программу вчетвером. До конца контракта. Давай, подкорректируем сегодняшнее выступление – Одеваясь на ходу, быстро выдавала свеженькую информацию Лера.
- Ты мне толком объяснить можешь, что стряслось?
- Наташа травмирована. Ей необходимо лечь в больницу. Леон сейчас этим занимается – очень ёмко и конкретно ответила Визг.
Дверь распахнулась и на пороге появилась Света. Опершись локтем на косяк, а в другой руке держа банку пива, Светлана так и осталась стоять в дверном проёме.
- Всем прювет! – отсалютовала подружка, и зашла в гримёрку. Тяжело плюхнувшись в своё кресло, она залпом допила пиво, икнула и повернулась к Зоре с Лерой.
- Ничего не хочешь сказать? – спросила Валерия ухмыляющуюся симпатичную мордашку. Светлана пожала плечами и засмеялась, запрокинув голову. Потом резко замолчала, и, обхватив себя руками, вдруг зарыдала. Обескураженные подруги непонимающе переглянулись и не нашли ничего лучше, чем подскочить к Светке и прижаться к ней.
- Что, что ты делаешь?! Света, очнись! Наташи сегодня не будет! Всё более чем серьёзно! – почти речитативом выпалила Валерия. Света резко замолчала. Потом, глядя мимо всех, заговорила:
- Меня в покое не оставят. В лучшем случае – убьют. В худшем… - она не закончила, а как-то сразу съёжилась и подурнела. Все молчали, не находя слов.
Паузу прервала Маша.
- Ой, а я опаздываю безбожно! Мы с девчонками в пабе посидели! Клёво! Первый раз здесь, в этой тюряге, почувствовала свободу! А что у вас так мрачно? Президент Кучма при смерти? Объелся ананасами и обпился шампанским? Хотела бы я закончить жизнь такой сладкой смертью! – Как нельзя более кстати пошутила Мария.
- Маша, сегодня работаем программу вчетвером. Наташа заболела. Я беру на себя её партию, но не танцую один сольник. Вам с Зоей придётся поторопиться после своих дуэтов. Чечётку Света будет танцевать одна, а я выйду на «Шадэ» сразу после Зоре. Света, Зоя, вы согласны? – снова взяла на себя инициативу Лера. Девочки просто кивнули, всё ещё не пришедшие в себя после быстро разворачивающихся событий.
- Всё верно. Лера, у нас у всех осталось очень мало времени. Всё! Собрались и работаем! – подвела итог Зоя, и весь квартет приступил к подготовке.
Программа началась вовремя. Нельзя сказать, что девчонки танцевали блестяще. Видимо, стрессы дня оставили свой негативный отпечаток на каждой танцовщице. Во-первых, Лера только видела танец «Антре», но ни разу его не репетировала вместе со всеми, и поэтому в некоторых местах не попадала синхронно. А ещё Наташа почти на голову была ниже Леры, и костюмы её партий Визг были тесны. Но это всё мелочи. Шоу девочки отработали, и никто не заметил замены в группе. После программы, все вчетвером остались сидеть в гримёрке. Сидели молча минут десять, а потом не выдержала Машенька.
- Кто-нибудь может мне толком разъяснить, что здесь происходит?
- Мы сегодня с Наташей, Светой и Юлей были в гостях у Светланиного … друга. Там произошло нечто, после чего Наташе необходима госпитализация – попыталась как-то разъяснить Лера, но её прервала Светлана:
- Я ей говорила, чтобы она в случае чего мне пожаловалась, а она, дурище, молчала!
- Так ты была в курсе всех издевательств? Судя по ранам, это не единичный случай. Наташку, практически, пытали. Светка, как ты могла?! Ведь Натаха – твоя сестра! – возмутилась Валерия.
- Наташка, в отличие от тебя, приехала сюда денег заработать! Это ты у нас, великомученица, успокоения в смерти ищешь, а не в деньгах! Натаха знала, за что терпит! Ей столько Фарух платил, что тебе, этичной, и не снилось! Что вылупилась? Всё кривишься от чужой грязи, обвиняешь в бессовестности, а сама? Когда соглашалась с нами к Алехану ехать в гости, на что рассчитывала? Да на то, что трахнут тебя и денег дадут! Да кому ты здесь, идейная чистоплюйка, нужна?! Над тобой местные смеются! Видите ли, Гётте она цитирует на языке первоисточника! Да кто этот немецкий здесь понимает, а? Ты ноги раздвигай и купюры получай! А если не умеешь, так и танцуй за свои копейки и не рыпайся! – Света замолчала, а в воздухе ещё продолжали звенеть её слова. Звенеть, прилипать к стенам, сползать с них и растекаться липкой, смердящей лужей.
- Надеюсь, теперь тебе стало намного легче? Как же! Столько грязи в себе носить?! И освободиться, наконец! Я рада за тебя, но речь не обо мне, а о твоей сестре, которую ты тупо подставила. Не стану о совести говорить. Не о чем! Ты Бога моли, чтобы Наташка выкарабкалась. Я в зал пойду. Не могу с тобой в ограниченном пространстве находиться! – закончила Лера и вышла из гримёрки. Сразу же случился приступ кашля. Страшно в этом было то, что не появлялось никакой возможности вздохнуть. Лера опрометью бросилась снова в артистическую комнату, где в кармане брюк она оставила ингалятор.
Забежав в комору, Лера стала свидетелем жёсткого действа: Маша, сидя прямо на полу, удерживала Свету за руки и за ноги, а Зоя в это время безжалостно хлестала подругу по лицу!
- Получай, стерва! Сука! Сутенёрша! Дрянь мерзкая! Руки убери, погань! Я тебе сейчас мозги выбью, гидота! – не кричала, а шипела разъяренная Зоя. Светка зажмурилась, и пыталась высвободить вторую руку из цепких конечностей Маши. Лера замерла, вдохнув, и снова закашлялась своим хриплым, лающим кашлем. Девчонки остановили экзекуцию. Маша встала и отряхнула с себя перья, блёстки и различную мишуру, накопившуюся на полу гримёрки. Зоя взяла полотенце, и демонстративно кривясь, вытерла руки. Светка сидела на полу, закрыв руками лицо и содрогаясь всем телом от беззвучных рыданий. Все молчали о своём и про себя.
Почему-то именно сегодня клуб закрылся не в пять, как всегда, а в четыре утра. Надо сказать, что Леон так и не появился. Светлана сидела с каким-то молодым арабом всю ночь, и накачивалась спиртным по полной программе. Лера тоже не оставалась без компании. Пришёл парень, который уже пару раз заходил в это кабаре.
Сначала он просто смотрел программу, а потом, пообщавшись с официантом (это было неделю назад), пригласил к общению Леру. После того он ещё два раза приходил, и сразу после окончания шоу приглашал именно Леру. Они беседовали на различные темы. Парень представился Бобом, и очень отличался от остальных арабов. Лера осмелела, и спросила Боба о таком заметном различии.
- Моя мама – немка, а папа - египтянин – засмеялся Боб.
- А ты, понятное дело, коренной «либанонец»? – весело закончила логическую цепочку Валерия.
- Я – наследник папиного бизнеса, который мне, по большому счёту, совсем не интересен. Я люблю путешествовать, узнавать новые места и знакомиться с новыми людьми. А вынужден контролировать строителей нашей фирмы, дышать цементной пылью, лазая по недостроенным этажам, уверять заказчика, что надо бы расширить финансирование. Вобщем тоска ещё та! – махнул рукой Боб, показывая своё вселенское разочарование в том, какова реальность его жизни.
Лере не оставалось ничего другого, как только кивать в знак согласия. Хотя, по правде говоря, девушка не разделяла романтического настроения своего собеседника. Она бы на месте Боба предпочла бы стабильность офиса романтике путешествий!
Именно с Бобом Лера и провела остаток ночи, разговаривая о Лао Дзы и Конфуции. Боб был очень удивлён тому, что девушка из ночного клуба знакома с такими серьёзными вещами.
Но давайте всё называть своими именами: Лера в силу каких-то совпадений и трагических случайностей попала в нетипичную для неё обстановку. Жестокая безработица в родном краю принудила девушку уехать в Киев и там искать что-нибудь, чтобы не пропасть. По этой причине и попала в то, во что попала. Главной же задачей в этих условиях для неё стало не опуститься до состояния овцы. Ей было тяжко осознавать, что в минуты слабости она сознательно втаптывала себя в дерьмо. Но чтобы оценить чистоту, надо познать грязь, чтобы было с чем сравнивать! Ох, и набралась же она опыта! Как же Визг теперь ценила «разумное, доброе, вечное»! Многое, очень многое Лера хотела бы просто забыть и никогда не вспоминать, но природа человеческая – штука часто очень жестокая и не даёт забыться, постоянно напоминая о грязном, стыдном и предельно неприятном. С этим надо как-то жить.
- Господа! Наш клуб всегда рад вам! Мы ждём вас завтра и каждую ночь! А сейчас – спокойной ночи! – сладким баритоном попрощался с гостями ди-джей, и в зале включился весь свет. Гости начали расходиться. Когда последний человек вышел из зала, Лера огляделась, ища глазами своих подруг по танцам. Зоя выходила из туалета, а Маша подошла к Лере со спины. Все втроём принялись высматривать Светлану. В хлам пьяная, она лежала на том диване, на котором почти два месяца назад Лера нарвалась на маньяка.
- Светка! Вставай! Автобус пришёл – тряхнула за плечо Зоя мирно лежащее бревно. Светлана никак не отреагировала. Тогда все втроём девчата подняли бесчувственное тело и приняли на себя, потащив его к выходу. Официанты провожали неловкий квартет насмешливыми взглядами.
В автобусе Света пришла в себя и запела дурным голосом

«Что стоишь, качаясь, тонкая рябина?»

Все с удивлением посмотрели на исполнительницу и… поддержали её хорошо спетым хоровым коллективом. Бедный водитель чуть не выехал на встречную полосу! Салон гремел сначала «рябиной», потом перешёл на Галю, которая несёт воду, и закончили традиционным на всей территории бывшего СССР «Ой, мороз-мороз!». Светка упала на колени и зарылась лицом в Зоины колени. Зоре не стала отталкивать горемыку, а положила руку ей на голову. Так и доехали до отеля.
Из автобуса сначала вышли девчонки-консуматорши, а за ними, осторожно поддерживая Свету, танцовщицы. Весь квартет медленно направился к стеклянным дверям.
- У нас кофе закончился – вдруг встрепенулась Светлана.
- Какой кофе? Сейчас ляжем спать. Надо будет рано встать и разрулить вопрос с Наташей. Вы заметили, что Леон в клубе не появился даже? – ответила Лера.
- Я сейчас кофе куплю – упёрлась рогом Света.
- Где ты его купишь? – поинтересовалась Маша.
- Знаю где – только и сказала Светлана. Высвободившись из объятий Леры и Зои, Светка очень резвенько развернулась на 180* и мигом пропала за входной дверью.
- Ну, и хрен с ней! Пусть пойдёт, подышит. Никуда не денется! – заключила Зоя, и все втроём девчата пошли к лифту. Через пять минут они зашли в комнату, стараясь не шуметь, Юля быстро догнала своих «сокамерниц», и, не спрашивая, включила верхний свет. Тут же на инициативную девицу все зашикали:
- Ты что? Наташе плохо. Не дай Бог – разбудишь!
- А здесь никого нет! – громко оповестила Юлька, мухой заглянув за перегородку.
Наташи действительно не было в номере. Мало того, исчезли и все её вещи!
- Круто! - только это и смогла сказать Лера, сев на пустую Наташину кровать.
- Да, понятного мало – продолжила тему Зоя.
- На фиг, вообще ничего не ясно! – закончила Маша.
- Может, у Наташи свидание? – предположила ничего не ведущая Юленька.
Девушки переглянулись и болезненно скривились.
- Нет, Юль, это исключено – отмела такое предположение Лера. Все сели на кровать и задумались. Открылась дверь и вошла Светлана с банкой кофе в одной руке и со связкой бананов в другой. Она уже достаточно уверенно держалась на ногах.
- Я пойду, поставлю чайник. Кофе попьём – в утвердительной форме поведала свои планы «автобусная певица». Никто не стал протестовать. Что и говорить, все устали просто смертельно! Ведь психическое напряжение куда более утомительно, чем физическое. Надо бы стресс снять. Пусть это будет кофе перед сном. Что там дальше будет? Поспим – посмотрим.