Для тех, кто поги́б в бою́,
есть специальный рай,
где не надо просыпа́ться
по крику «ВСТАВА́Й!»,
где вражеская не прёт пехо́та,
не утюжит прице́льно арта́,
где нет дурака-замполи́та,
штабны́х бумаг,
вообще ни черта́ из земно́го стра́шного...
и в обед
борщ с картошкой жа́реной
вместо гале́т.
В какой-то моме́нт
он стучи́т по столу́
специа́льново а́нгела
тако́во в пого́нах
тако́во стро́гово,
уви́денново впервы́е,
говорит: да сами долби́тесь
тут в этом со́нном о́муте;
я требую увольни́тельную
на боевые!
Ангел что-то че́ртит
в блокно́те пальцем.
Он говори́т: я понима́ю,
вам неважно, кто там
у меня оста́лся,
но име́йте ж совесть,
ёшкин ваш кот,
там же до сих по́рто
война идёт.
Ему ве́жливо объясня́ют:
всё это не по пра́вилам,
как бы самово́ оконча́тельно не угро́било.
понима́ете, говоря́т ему,
мёртвые там ничево не мо́гут,
это не я приду́мал, не серди́тесь вы, ра́ди бо́га,
про́сто у вас там совсе́м ничевó не бу́дет,
ну заче́м вам всё э́то ви́деть,
как цветко́м распуска́ется мина,
как ги́бнут лю́ди,
вы ведь уже разучи́лись
быть,
любить,
ненавидеть,
то́ есть,
когда ва́ши там бу́дут
с жи́знью проща́ться,
вы вообще́ не смо́жете
ну ника́к вмеша́ться.
Он стучи́т по столу́,
разбива́ется ча́шка,
у а́нгела поре́заны па́льцы.
в крови́ у нево́ па́льцы,
и а́нгел крыло́м ма́шет,
бормо́чет под нос:
да чёрт с ним...
сле́дующий ка́др:
террико́ны,
на за́днем пла́не поля́ весе́нние,
пехо́та идёт в наступле́ние,
миномёт па́шет,
молодо́й па́рень
над ухом слы́шит
непоня́тное бормота́ние
и уда́р...,
сло́вно сза́ди толкну́ли:
оберну́ться необходи́мо...
обора́чивается,...
и пу́ля...
пролета́ет мимо!
Свидетельство о публикации №532435 от 18 августа 2026 года