… сказка…, для взрослых.

… сказка…, для взрослых.


Посвящается возлюбленному ”ОШО”. (To beloved OSHO.)


( Композиция "clouds", муз. исполнение и оранжировка Jacob Nakhman ).


Жила – была веселенькая, белая тучка. Целыми днями она носилась по небу, изображая из себя диковинные картинки, то лающую собачку, то задумчивое дерево, помахивающее своими легкими, нежными листочками, а иногда изображала собой парящую на бледно – голубом небосводе, испуганную, лесную лань.
Она любила это занятие, - превращаться, мгновенно менять очертания, то теряя высоту, то вновь набирая её. Иногда она окутывала своим проворным телом небольшую вершину, ловко переваливаясь с океанского побережья в жаркую долину и принося с собой неожиданную прохладу.
Она играла, - эта маленькая шалунья и была совершенно счастлива лишь этим, у неё не было иных забот или каких – то обязанностей, ничто не обременяло её.
Однако,… - вот наконец – то, и мы произнесли то слово с которого и начинаются настоящие истории, а до этого все сказанное было просто прелюдией, которая позволяет всем по удобнее устроится и начать по – настоящему выказывать свое внимание автору.
Однако,… - как вы с очевидностью понимаете, тучка представляла собой взвешенные высоко в воздухе мельчайшие капельки воды. Они - то, соединенные между собой невидимыми силами взаимного притяжение и есть наша знакомая тучка.
И, однажды, случилось то, что обычно случается с маленькими тучками. Она встретилась с другими такими же маленькими тучками, подружилась с ними, как водится зацепилась своими крохотными, изящными ручками за них и они, обнявшись как старые добрые друзья, постепенно превратились в одну большую, темную тучу, я бы даже сказал – в одну зловещую, громадную тучущу…
Теперь это чудовище стало грозно посматривать на долину, выясняя куда – бы ей излить своё тучное тело и разрешившись от бремени большими дождевыми каплями вновь подняться в высь и продолжить свой стремительный полет маленькой белой тучкой.
Теперь стоит прервать наше последовательное повествование о маленьких тучках и обратиться к предистории всего вышесказанного.
Все дело в том, что когда наша знакомая тучища… еще не была таковой, а просто бегала по небу легкой белой бабочкой, ланью или козочкой, - это уж как вам будет угодно, в самой её сердцевине жили две капельки.
Звали их как водится Инь и Янь. Инь – была хрупкой, полной чаровательной грации – девочкой, а Янь – мужественным и стройным мальчиком. Они жили в тучке с самого детства, дружили, вместе играли в незатейливые игры, в которые обычно играют капельки, живущие в маленьких тучках и постепенно для них обоих по – настоящему влюбились друг в друга.
Славная получилась бы история, не встреть на своем пути наша тучка своих подружек. И вот тучка росла и росла, пока не превратилась в ту самую тучущу…, будь она не ладна… К тому же, откуда - то подул сильный ветер и всё устремилось по направлению к громадному океану.
Океан часто встречался на пути тучки, и она его побаивалась, уж очень необъятным и таинственным он казался ей.
Инь и Янь знали из рассказов взрослых капелек, что в океане живут миллиарды капелек, их далекие родственники, однако никто из них не возвращался из океана назад в облако, а может быть и возвращался, но совершенно ничего не помнил о своей предыдущей жизни.
Проплывая над океаном, Инь и Янь с любопытством наблюдали как на поверхности воды играли большие волны, не спеша накатываясь на скалистые берега океана.
Изумрудные, светло - зеленые, голубые – они разбивались на тысячи искрящихся мелких осколков, разлетались во все стороны и снова и снова возвращались в величественную толщину необъятного океана, который когда – то ошибке назвали “Тихим”.
Становилось холодно, влюбленные, прильнув друг к другу, пытались согреться слившись в одну крупную, неразделимую каплю, но отрывистые порывы ветра всякий раз мешали их соединению. Они смотрели друг на друга со страхом и большой нежностью, т. к. понимали, если их разъединят, может случится что – то непоправимое.
Ужасающая и прекрасная, яркая, словно тысяча солнц одновременно, вспыхнула молния, - ослепила все вокруг и через короткое время все пространство между океаном и небом охватила мощная звуковая волна, гром – необыкновенной силы обрушился на мокрые, скалистые берега. Крохотные ручки возлюбленных на какое – то время расцепились и Янь, оторвавшись от тучки скользнул в темную, океанскую пучину!
На мгновение Янь увидел расширенные от ужаса глаза любимой и под действием силы свободного падения он устремился навстречу самой смерти. Внизу его ожидал бушующий океан вселенского Бытия.
Мимо проносились миллионы таких же капелек, но это были другие, незнакомые ему капельки.
А внизу их уже ожидала мрачная бездна черного океана, как будно томимая жаждой она мечтала о новой порции живительной небесной влаги.
Когда — то падение должно было закончиться..., и оно закончилось..., но совсем не так, как себе представлял это Янь. Проникая сквозь толщу мрачного океана Янь обнаружил, что теперь ему совсем не страшно и точно уж не больно, он мягко скользил между нежными тельцами других капелек и кажется они улыбались появлению их нового пришельца.
Он совсем не ощущал своего тела, оно просто исчезло, скорее всего он почувствовал себя маленькой частью какого — то безбрежного организма, спокойного, уверенного в неоспоримой правоте собственного существования, и он стал частью самого существования, величественного и само собою разумеещегося.
И если бы не отсутствие возлюбленной Инь, то содержание его существования было бы полным и абсолютно тотальным, но теперь то он знал, пройдет немного времени и это непременно случится..., ибо все составляющие Бытия рано или поздно обречены на счастье... Только некоторые об этом догадываются еще при жизни, а другие познают только в смерти.